У судьбы две руки - Наталья Калинина

— Да.

— Так вот, мы искали и сам ритуал. Это было непросто, но нам удалось обнаружить среди архивных документов, относящихся к концу пятнадцатого века, запись допроса некой девушки, испанки, обвиненной в служении темным силам. Девушка не признала за собой вину, но поведала о ритуале, свидетельницей которого стала. Схематично, а Вике я и нарисовал схему, он мог выглядеть так: начертанная звезда с четырьмя прямыми лучами и вогнутым верхним. В центре, там, где находится «верхушка» вогнутого луча, устанавливался центральный алтарь. На нем приносилась жертва, кровь которой проливалась на печать. И затем печать перемещали из центра наружу, символизируя тем самым открывающиеся ворота и призывая Владыку. Представляете все себе, Герман, этот воображаемый луч? Образуемый проход?

— Очень даже хорошо, — ответил мужчина, вспоминая рассказ Алины. — Могу даже развить тему. Представим себе, что звезда не чертится, а образуют ее каменные алтари. Или другие каменные сооружения, их камуфлирующие. Как, к примеру, дольмены. Слуги демона сопровождают ритуал песнопениями, может, танцами. Всем руководит жрец или жрица. Печать находится на центральном алтаре, на котором затем совершается жертвоприношение. Все опять же сопровождается ритуальными песнопениями, танцами и так далее. Затем печать выносится, как вы сказали, вверх. Жрец с нею образуют верхушку «луча», а слуги, допустим, выстраиваются так, чтобы создать сам луч или, как вы сказали, проход. И Владыка, которому они поклонялись, выходит из центра, то есть тьмы, в свет. Так?

— Да-да, — поддакнул профессор. — Вы все очень образно представили!

— Значит, таким образом можно вызвать демона разрушения, мора, голода и прочих несчастий? — спросил Герман, вспоминая о найденных им в газетах упоминаниях о различных происшествиях.

— Демона и мелких бесов — шкодливую шушеру.

— А может ли эта шкодливая шушера, как вы выразились, влиять на людей посредством гипноза? Внушать что-то? — спросил он, вспоминая и слова Алины, и рассказ молодого полицейского, который опрашивал жителей Гористого.

— Не думаю. Силенок все же для этого недостаточно. Так, обморочить ненадолго, застлать глаза — возможно. А на большее вряд ли способны. Потому что в противном случае все было бы куда серьезнее. Не нужно было бы выбирать жертву, ею бы стал кто угодно. Да и навнушать могли бы людям страшные вещи. Начался бы полный хаос!

— Понятно, — вздохнул с видимым облегчением Герман.

— Но, конечно, молодой человек, вы отдаете себе отчет в том, что это всего лишь мифология. Фольклор.

— Да-да, конечно, — пробормотал Герман, думая о том, что Вика, похоже, и отправилась разыскивать эту «фольклорную» печать. Впрочем, сейчас он уже готов был поменять свое мнение. Он видел, где Вика начала раскопки, и это место не являлось центром. То, что Вика не знала о «вогнутом» луче и центральном алтаре, где могла бы храниться печать, опровергли слова профессора. По всему выходило, что она не только знала о луче и печати, но и о самом ритуале. Получается, ее интересовал уже даже не ритуальный предмет, а сам процесс? Тогда кто нашел печать?

— Скажите, Степан Васильевич, если бы такая печать оказалась найдена, она бы представляла очень большую ценность?

— Ну-у, молодой человек! Еще спрашиваете! И ценность ее заключалась бы не только в драгоценном металле, но и в возрасте. Записям, в которых упоминается печать, добрых пятьсот лет. А самой печати наверняка намного больше!

— Спасибо, — от всего сердца поблагодарил профессора Герман. — Вы мне очень помогли.

Когда он заканчивал разговор, телефон известил о пришедшем электронном письме. Герман торопливо открыл почту в надежде, что ему сбросили ответ на его запрос по гербам. Но следом раздался новый звонок.

— Получил? — спросил старый знакомый, приятель Вики.

— Как раз собирался смотреть.

— Интересная история раскопалась. Даже не думал, что так быстро смогу все найти. Герб оказался ниточкой из клубка.

— Значит, эти гербы на самом деле существовали? Ты что-то о них нашел?

— О первом — достаточно. Герб с виноградной лозой и башней принадлежал довольно знатной феодальной семье де ла Торре. Четырехконечная звезда присоединилась к гербу при Диего де ла Торре.

Герман невольно присвистнул. Откуда это могла знать Алина? Неужели ее сны оказались вещими? Удивительная девушка!

— Диего де ла Торре меня и интересует. Удалось что-то найти?

— Год его рождения неизвестен, смерти — приблизительно девяностые годы пятнадцатого столетия. Умер де ла Торре довольно молодым. Несчастный случай на охоте: некто выстрелил по недоразумению в его коня. Тяжеловесное животное завалилось на бок и придавило хозяина, размозжив тому ногу. Де ла Торре, несмотря на все потуги врачевателей, умер вскоре от сепсиса.

Сердце Германа неожиданно пропустило удар. И странной ему самому казалась его реакция, но эта история, будто виноградная лоза, вплелась в его мысли.

— Возможно, о де ла Торре не сохранилось бы записей, как о множестве его современников, если бы не одна история. Диего де ла Торре оказался напрямую причастен к судебному процессу над одной девушкой, Исабель Гарсия, с которой у него были отношения. Девушку обвиняли в колдовстве, связи с Сатаной, и доказательством тому был найденный у нее ритуальный предмет. С другой стороны, обвиняемая отрицала свою причастность к ритуалам и клялась, что выкрала объект, чтобы спасти город от бед. Исабель Гарсия призывала в свидетели своего любовника, но де ла Торре не подтвердил ее слов. И девушку казнили. А предмет, как следует из записей, пропал. Вскоре после этого и произошел несчастный случай на охоте. Умирая, де ла Торре в горячке говорил о проклятии, якобы насланном на него казненной.

— Вот как, — пробормотал Герман и невольно перенес вес тела с вновь заболевшей ноги на здоровую. — А что по второму гербу?

— Его я не нашел. Но вот что интересно. Петух и лев вместе в древней мифологии являлись символами бога преисподней, ужаса и истребления. У него много имен. Но чаще всего он предстает как владыка подземного царства, повелевающий мертвыми, насылающий ужас, развязывающий несправедливые войны и насылающий чуму и другой мор.

— Вот как, — пробормотал Герман. Многое сходилось.

— Еще кое-что интересное, — продолжил собеседник. — Я поискал документы по узкому временному отрезку. И нашел упоминания о том, что примерно в то время, когда казнили Исабель Гарсия, к кораблю, который отплывал из Испании на восток, ночью пришел Луис Гранде, известный мошенник и вор. Он передал находящейся на борту даме некий тяжелый предмет, очертаниями напоминающий книгу. И хоть дама путешествовала инкогнито, имя ее стало известно — Летисия Флорес. Корабль останавливался где-то на территории современного Краснодарского края. И предположительно дама сошла на берег именно там. Я нашел, что с тем местом, где ты сейчас находишься, связана легенда о дольменах, в которых дремлют демоны-разрушители и одновременно стражники мира мертвых. По преданию, привела их за собой дама. Дольменам тем около пяти сотен лет, поэтому есть все основания подозревать причастность той дамы к их созданию.