Демоны ночи - Алексей Атеев

Павел взглянул на часы. Начало пятого. Пора убираться отсюда. И все же: было или не было? Если было, то и остальные должны видеть и слышать то же самое. Сейчас уточним.

– Эй, вставайте! – воскликнул он.

Народ зашевелился. Бурышкин сел на край кровати и принялся протирать глаза.

– Точно песку насыпали, – пробурчал он. – Помню, в Каракумах…

– Вы видели или нет? – бесцеремонно перебил старого путешественника Павел.

Он воззрился на Павла:

– Видел ли я?! Ну, конечно! Эта огненная пустыня… Зловещие фигуры… Как Катя с ними, а?.. Ловко, ничего не скажешь. Но это было действительно похоже на сон. А эти… Не знаю уж, как их обозначить.

– Демоны, наверное, – подсказал Павел.

– Лучше не скажешь. Но у меня создалось такое впечатление, что общаться с ними могла только Катя. Где, кстати, она?

– Да вон, под зеркалом лежит.

– Живая, надеюсь?

– Вполне. Видно, притомилась, отдыхает.

– Не мудрено. Здорово она их…

– Да было ли это?

– Но мы же оба видели! Катя, вставай. Нужно отсюда сматываться.

– И я так думаю, – заметил Павел. – Мы, наверное, весь дом перебудили? Сейчас сюда милиция приедет или ОМОН.

– Не приедет, – поднимаясь, сказала шаманка. – Никто ничего не слышал. – Она с кряхтением почесалась. – Это не тут было.

– А где, Катя? – с любопытством спросил Бурышкин.

– В Нижнем мире.

– Ты в него ходишь, как к себе домой. Но как мы-то туда попали?

– Не могу объяснить. Попали, и все тут. Эти, наверное, помогли. И в прошлый раз, когда ты, бурундучок, сюда приходил, все так же было. Они тебя к себе таскали… Бурышка правду говорит. Я там бывать могу, а вы нет. Поэтому и кажется, что снится.

– Квартира – ход в другое измерение! – восторженно произнес Никифор. – Я слышал о таких вещах.

– Наверное, в научно-фантастических романах читали? – съязвил Павел.

– Какая разница где? Ведь мы все трое – свидетели, что подобное существует.

– А если галлюцинация?

– Текилы, в отличие от вас, мы не пили, – отпарировал Бурышкин. – Ладно, давайте отсюда выбираться.

Когда они вышли из квартиры, дом спал. Стояла абсолютная тишина, и Павлу казалось, что он слышит, как под домом шныряют крысы.

Консьержка все так же беспробудно спала. Они осторожно прокрались мимо нее и выбрались из подъезда.

Было тепло, тихо, шел легкий снежок.

– Благодать! – воскликнул Никифор. – Дышится-то как после этой вонючей квартиры! И все же мы не зря в ней побывали. Теперь я лично убедился в существовании иных измерений.

– А я никакой радости от подобных открытий не испытываю, – удрученно сообщил Павел. – И лично для себя никакой радости не вижу.

– Чего так?

– Вы же сами слышали, эти демоны добираются именно до меня. Вот вас, к примеру, они не трогают! А я им зачем-то понадобился.

– Я – старый, – отозвался Бурышкин, – мной не то что демоны, уже и женщины не интересуются. А вообще чего это вы так сразу испугались? Насколько я понял, убивать они вас не собираются. Наоборот, имеют какие-то виды. Подходит, говорят, нам этот паренек. Как эта лисица высказалась? «В меру тщеславен, в меру подл…» Емкое определение.

– А вы разве не из того же теста слеплены? – разозлился Павел. – Позерство, фанаберия и желание прославиться любой ценой.

– Насчет фанаберии вы перегнули.

– А истории эти дурацкие, – распалялся Павел. – Вы же все придумали! С Громыко он, видите ли, был знаком, с Гагариным, с Софи Лорен… Еще с кем?! Может, с Джоном Ленноном челомкались?!

– Чего не было, того не было. Лишней славы мне не нужно, – холодно отозвался Бурышкин.

– Славы?!. Подобной славой обладал барон Мюнхгаузен!

– Скажите, молодой человек, чего это вы на меня окрысились? Ведь не я к вам пришел за помощью, а вы ко мне. Ой, спасите! Черти одолели!

– От вас только хуже сделалось. Жил бы себе, не тужил… Ни про каких демонов не ведал. А тут на тебе! Приехали с орехами… Может, каждый второй обуреваем нечистой силой? И ничего, живут. А вы сами?

– Что я?

– Да как же! А Катя? Эта же, с хвостом, сказала про добро и зло. Никто, мол, не знает конечного результата. А шаманизм не что иное, как колдовство, черная магия… Вот и получается… – Павел запнулся.

– Договаривайте! – ледяным тоном приказал Никифор Митрофанович.

– А я и не стесняюсь. Думаю, все вы заодно. И вы, и Катя, и эти… Демоны!

– В таком случае позвольте с вами распрощаться, – церемонно заявил Бурышкин.

– Да пожалуйста! Не было печали!.. – и Павел повернулся на сто восемьдесят градусов.

– Эй, бурундучок?! – услышал он брошенный в спину возглас Кати. – Приходи к нам, не стесняйся.