Армагеддон Лайт - Георгий Зотов

— Подвезти, красавица?

Лукреция обернулась, высунув раздвоенный язык. Водила в испуге взревел турбинами и исчез меж прозрачных зданий. Блин, вот так всегда. Почему хозяин не сотворил её прекрасной русской красавицей в красном сарафане, с толстыми соломенными косами? Да ладно, даже не это важно. Предыдущая реальность нравилась ей куда больше. При таком количестве демонов-инкубов у неё был шанс устроить личную жизнь, нарожать чешуйчатых чертенят и построить будущее. То бишь взять кредит госпрограммы «Сатанинский домик», копить ядовитую слюну для плевков в соседей и набирать баллы на син-карте. На крайняк можно окрутить и кухонного демона — а что такого, очень полезное в хозяйстве существо. Здесь же её ждала постылая жизнь без любви и полное забвение. Хозяин, привыкший к ласкам земных ведьм, к ней равнодушен, а его брат и вовсе смотрит как на самое настоящее животное. Поганая реальность. И почему господин не остался жить в Сатанграде? Ох, тяжела жизнь слуг Ада второго сорта. А ведь Лукреция могла уродиться настоящей демоницей благородных кровей, от самых что ни на есть сатанинских папы и мамы. И, повзрослев, стала бы ничем не хуже хозяина, разве что рангом пониже. «Натуральные» суккубы вполне уважаемый народ на службе Дьявола, они вызывают у мужиков эротические сны и собирают их семя для колдовских зелий.[37]Некоторые демоны считают, что доить мужчин — дело неприятное и даже унизительное, но Лукреция так вовсе не думает. Фыркнув, она поймала языком муху, разжевала насекомое: брр, безвкусно, как и остальное в Городе Солнца. Немудрено, что китайцы кладут в еду такое дикое количество специй. Она остановилась на переходе, — впереди маячил огромный небоскрёб из дымчатого стекла с лозунгом «Десять тысяч лет счастья Городу Солнца!» из красно-жёлтых иероглифов. Суккуб поморщилась. Ей надо именно туда.

Улица внезапно озарилась десятками фотовспышек.

Современные биомодели камер были встроены в очки прохожих, для снимка достаточно моргнуть. На перекрёстке затравленно озирались два существа из района «Русьтаун», видимо, случайно выбравшиеся за проволоку: парень и девушка в белых, расшитых красным орнаментом одеждах. Один из полицейских вертел в руках их удостоверения, и его губы дрожали от смеха. Он показал паспорт своему коллеге:

— Мэй Лю, гляди, какая смешная фамилия — Иванов!

Оба, не сговариваясь, захохотали на весь проспект Девяти Драконов.

«Пожалуй, не надо в Ад приглашать гастарбайтеров, — подумала демоница. — Даже если будут проситься. Китайцы опасный народ, хуже Адама с Евой. Сегодня их двое, через неделю уже двадцать, а там и сам великий Сатана, проснувшись поутру, обнаружит у себя на голове раскосые восточные рога плюс на столе — миску с лапшой». Неподалёку слышался грохот: в соседнем районе происходила разборка триад.[38]Мафия в Городе Солнца не возбранялась и не одобрялась, она была такой же частью общества, как и публичные туалеты. Чтобы стать ближе к народу, отдельные граждане Города работали одновременно и в полиции, и в мафии, успешно совмещая эти два занятия. На лавочке у подъезда в дымчатый небоскрёб пара торговцев крабами насиловала девушку, причём последняя никак не могла определиться: это преступление или она отдаётся добровольно? Негодование на её лице по очереди сменяли страсть и безразличие. Суккуб мало что знала о религии, но из отрывков разговора хозяина и ангела поняла: это нечто, устанавливающее правила поведения. Жители города не знали правил, не верили в загробную жизнь, не различали хорошее и плохое. Они просто делали то, что им хотелось, без любых внутренних ограничителей. Добрые поступки мешались с ужасными, мутируя в нечто шизофреническое. В фешенебельных районах Города стояли бесплатные роботы-автокиллеры для самоубийц — в достаточных количествах, ибо жизнь горожанами не ценилась. Никто никому не молился о деньгах, не просил счастья и здоровья, и поэтому в Городе не было надежды. Даже порок представлялся скукой, ведь не существовал на свете Дьявол, чтобы объяснить: наркотики, секс и heavy metal безумно крутые вещи.

Лукреция исчезла в подъезде дымчатого небоскрёба.

Суккуб поднялась на лифте на сорок шестой этаж. Подошла к нужной квартире и приложила ладонь к светящейся панели. Под потолком включился глазок камеры.

— Это я, — пресным голосом сказала демоница.

Дверь отъехала в сторону, как у шкафа-купе. Суккуб вошла внутрь. В глубине квартиры, защищённое бронебойным стеклом, светилось синим усталое лицо божества ифритов.