Ассоциация - Бентли Литтл

Трэвис, кивнув, пошел дальше.

– Я же знаю, что я видел, – уперся Барри.

– Я тоже видела, – подхватила Морин.

Майк пожал плечами.

– А я знаю, что я видел… Да ладно, замяли. Давайте к сетке! Мы с Тиной зададим вам жару!

Однако Барри никак не мог успокоиться. Из-за его рассеянности они проиграли. Вернувшись домой, Барри сказал, что идет на прогулку.

– Ну нет, не на прогулку, – отозвалась Морин.

– То есть?

– Думаешь, ты самый хитрый? Знаю-знаю, куда ты собрался.

– И куда?

– Искать Культю.

– Как ты угадала? – смутился Барри.

– Не первый год с тобой живу. Знаю ход твоих мыслей.

– Слушай, мы с тобой оба видели, что Культя умер. Я просто хочу найти подтверждение.

– Почему не позвонить шерифу?

– Ага, так он нам и скажет правду.

– Ну-у…

– Хочешь, пойдем вместе?

Морин покачала головой.

– Нет уж, хватит с меня физкультуры на сегодня. Приму прохладненький душ и почитаю интересный журнал, а ты, коли охота, играй в юных следопытов.

– Пожелай мне удачи.

– Удачи.

Барри отправился той дорогой, на которой впервые встретил Культю. Тропинка сворачивала в лес недалеко от Пихтового кольца, где Майк сегодня якобы видел калеку.

Неизвестно, что там на самом деле видели Майк и тот прохожий; во всяком случае, Культю они встретить никак не могли, и Барри твердо решил это доказать.

Тропинка пересекала рощицу манзанитовых кустов и ныряла в канаву для водостока. Барри перепрыгнул жидкую грязь на дне, наступая на торчащие там и сям камни. Дальше тропинка огибала здоровенный валун, какое-то время шла вверх по склону, а потом вновь углублялась в лес.

Так далеко раньше Барри не забирался. Непонятно, зачем кто-то морочит людей, старается им внушить, будто бы Культя жив. Ясно одно: каким-то боком тут замешана ассоциация. Трудно сказать, кому это выгодно, и тем не менее творится обман.

Барри уже хотел было вернуться домой и все-таки позвонить шерифу, как вдруг слева явственно зашуршало. Сердце замерло. Шуршать в кустах могло что угодно: птица, кабан, пума и еще сотня разных существ, но Барри узнал этот звук. Он уже слышал его раньше.

Нет. Невозможно. Культя умер. Барри сам видел переломанное тело. Морин проверила пульс. И Хитмэн подтвердил.

Хрустнула ветка. Зашелестели листья.

Все это до жути напоминало сцену из какого-нибудь его романа. Барри представилось, как шериф привозит труп к коронеру, а там Культя оживает и глухой ночью, извиваясь, выползает из морга.

Низко над землей кто-то простонал. Барри обернулся, готовый в любую секунду кинуться бежать. Неужели Культя превратился в зомби? Или сделался вампиром? А то и еще чем-нибудь похуже?

Среди ясного дня Барри пробрала дрожь, словно он вновь стал маленьким мальчиком, который боится возвращаться домой по темной улице, посмотрев в кино страшный фильм.

На тропинку с криком вывалился Культя.

Нет… Не Культя. Другой. Тоже грязный, голый, без рук и без ног, продвигается ползком, судорожно выгибая торс, вскидывая голову и обдирая до крови гениталии. В растрепанных космах застряли репьи и колючки, единственный глаз мутный, бессмысленный, на месте второго – глубокий провал. Между опухших губ виднеются два уцелевших, надколотых зуба.

Изуродованное лицо почему-то казалось знакомым. Несмотря на страх, Барри остался на месте. Нетрудно понять, почему Майк и тот прохожий обманулись. На беглый взгляд очень похоже на Культю, но, если дать себе труд всмотреться, становятся заметны отличия.

Калека пополз к зарослям папоротника, невнятно взвизгивая, когда камни царапали ему живот. Барри вдруг осенило.

Кенни Толкин!

Он мысленно добавил синюю повязку на глазу и узнал искаженные черты. Разом пересохло во рту.

– Кенни? – позвал Барри.

Новый Культя тупо посмотрел на него и завыл в бессильной злобе, широко распяливая рот с обрубком языка.

Барри прикончил очередную банку пива и швырнул пустую жестянку на дощатый пол террасы. Он теперь жил в романе ужасов. Работа и жизнь слились воедино. Еще неизвестно, как на такую бредятину откликнутся читатели. О друзьях-маньяках читать будут. О призраках и бессмертных демонах – безусловно. А о зловещей ассоциации домовладельцев, которая отрезает руки-ноги жителям элитного коттеджного поселка за неуплату членских взносов? Для истинной фантастики слишком близко к реальности и в то же время слишком фантастично, чтобы такой сюжет приняли всерьез.

Барри открыл еще одну банку и сделал глоток.

Мысленно пробежался по списку литературы. Романы ужасов – его специальность. Найти бы хоть какой-то смысл в происходящем, тогда можно будет вычислить, с чем он имеет дело, и проработать стратегию защиты. Однако смысл не находился. Насколько знал Барри, Бонита-Виста не была построена на территории древнего захоронения. В прошлом здесь не случалось злодейских убийств и массовой резни. Вряд ли в ассоциации домовладельцев состоят последователи древнего культа плодородия, как в романе Томаса Трайона «Дом урожая» или в романе Теодора Кляйна «Церемониал», а увидеть за всем этим происки дьявола и вовсе глупо.

Что же остается?

Барри остро чувствовал свое бессилие.

Он вспомнил, как Кенни Толкин корчился на земле, с едва поджившими культяшками и ободранными в кровь гениталиями. А ведь не исключено, что Культю специально убили, чтобы скрыть, как ассоциация расправилась с Кенни. Хитмэн, очевидно, с ними заодно. Незаметно избавиться от трупа и подсунуть одного калеку вместо другого – никто бы и внимания не обратил, если бы не Барри и Морин. Тут мерзавцы просчитались – нельзя было давить несчастного Культю прямо у их дома.

Рэй говорил, что судьи чаще всего берут сторону ассоциации против отдельной личности, и все-таки убивать и калечить людей наверняка незаконно. Никакой суд этого не одобрит и ни один служитель правопорядка.

Кроме, конечно, всеми любимого шерифа Хитмэна.

Попробуем мыслить логически. Если сообщить в ФБР или еще какую-нибудь стороннюю организацию, возможно ли доказать, что Барри говорит правду?

У Кенни невозможно взять отпечатки пальцев, не осталось и зубов, которые можно было бы сверить с медицинской картой стоматолога. Можно проверить группу крови и код ДНК, если только данные о нем где-нибудь имеются.

Черт, да найдут ли они вообще этого Кенни? К тому времени его, наверное, запрячут так, что не отыщешь. Или убьют. А труп сожгут и по ветру развеют. Доказывай потом…

Барри допил пиво и бросил банку в общую кучу. В висках билась тупая боль.