Стисни зубы и умри - Лорел Гамильтон

Все гостевые ванные комнаты были очень белые и современные, и совершенные, но когда я стояла в белой кафельной душевой кабине, мне было на это плевать. Вода была горячей, что было и хорошо, и плохо. Хорошо, потому что горячая вода помогала побороть задеревенелость от лежания на холодных камнях в течение нескольких часов, а плохо потому, что вода обнаруживала каждое болезненное место, каждый синяк. Следы от укусов были единственными видимыми ранами, но по ощущениям, я вся должна была покрыться синяками. Хотя, может, и нет. Может быть, быстрое заживление устранит большинство синяков так же, как и вампирские укусы. Синяки - всего лишь разрывы кровеносных капилляров под кожей, но получала ли я такое их количество до всех вампирских меток? Я стояла под горячим душем и не могла вспомнить.

Почему-то меня беспокоило то, что я была не в состоянии вспомнить, получала ли я столько ушибов когда-либо раньше. Глупо, но это так. Я чувствовала, как сила скользит по моей коже. Вода внезапно стала слишком горячей. Я повернула кран вниз так, что пошла холодная. Жар был не в воде, он был от силы. Я знала этот вкус - Хейвен. Моя львица посмотрела на меня, и на секунду я увидела, как она оторвала свою морду от водоема, из которого пила. Словно поместив свое человеческое тело под воду, я также смогла визуализировать в воде мою львицу. Странное двойное видение заставило меня протянуть руку. Я дотронулась до прохладной, гладкой плитки, и это помогло мне обрести устойчивость. Я была здесь, в душе. Я была человеком. Я не была львом, пьющим из какого-то водоема посреди жаркой, высушенной солнцем саванны. Дерьмо. Ощущение было таким, словно мир льва стал более реальным, чем раньше, и это произошло не из-за Хейвена, а из-за львов и целительства, которое мы провели вместе с ними. Что-то из этого сделало мою львицу более "реальной".

Она зарычала низким грудным звуком. Мы не любили его, как прежде. Но у симпатии к нему не было ничего общего с желанием. Его сила прошлась, как теплая ладонь, по моей голой коже, и все холодные души в мире не могли ничего поделать с этой мощью. Она была невероятной. Почти любой другой мужчина в моей жизни постучал бы, но я услышала, как повернулась ручка. Он просто пытался войти ко мне. Но я заперла дверь. Старые привычки отмирают с трудом.

- Анита, это Хейвен, открой дверь, - позвал он с другой стороны двери.

Одна из причин, по которой я была в душе в одиночестве, заключалась в том, что поскольку Натаниэль, Дамиан и Мика проснулись, я не знала, с кем идти в душ, так что в какой-то странной попытке быть справедливой я пошла одна. Теперь это не казалось мне такой уж хорошей идеей. Я не думала, что Хейвен так быстро очнется. После того, как я ощутила его силу вчера вечером, мне следовало это предвидеть. Блядь.

- Анита, открой дверь.

- Мне просто нужно промыть волосы, и я закончу. Дай мне минуту и сможешь принять душ.

- Мы можем принять душ вместе, - предложил он.

Я знала, что это плохая идея. Я закончила со своими волосами в рекордный срок и выключила воду. Тишина казалась более громкой, чем следовало. Я схватила одно из мягких белых полотенец и, обернув его вокруг своих волос, стала вытирать тело другим полотенцем. Я очень сильно хотела одеться и ругала себя последними словами, что так легко оставила поиски своего оружия. Но в гостиной был такой беспорядок... Так как многие из нас были вооружены, кобуры и оружие были разбросаны среди бессознательных тел, как акционные призы в коробке с крекерами.