Стигмалион - Кристина Старк

* * *

Мы оставили машину на парковке перед баром и зашли внутрь. Я осмотрелась: приятное старомодное место, где было не слишком много молодежи, зато полно стариков, решивших пропустить по стаканчику перед сном. В воздухе витал аромат мяты и лимона, и какая-то очень старая песня, которую я точно когда-то слышала…

Мы сели за барную стойку и попросили стакан, который я старательно протерла салфеткой. Потом барменша – здоровенная татуированная девица с гроздями сережек в ушах – плеснула нам в него джина.

– Итак, контрольная проверка, – объявила я, заглядывая в стакан через воображаемую лупу. – Готово. Ни одной вредоносной молекулы. Чище только слезы Христа. И мои помыслы. И твоя «Тесла».

Вильям улыбнулся, молчаливо следя за мной.

– Кстати, почему «Тесла»? Почему не «Ауди», «БМВ», «Лексус»?

– Мне нравится то, что он делает. Илон Маск, – ответил он, принимая из моих рук стакан.

– Основатель «Теслы»?

– Не только. «Пэй-Пал», «СоларСити», «Спейс-Икс», «Хайперлуп» и еще куча невообразимых проектов – это все тоже придумал он…

– Какой неутомимый бизнесмен.

– Маск не столько бизнесмен, сколько великий мечтатель: ему нужно спасти Землю от катастрофы, колонизировать Марс – на случай, если дела на Земле будут не очень, создать экологически чистое топливо и самое современное космическое оборудование. Он чокнутый – в самом хорошем смысле слова. Он делает вещи, на которые ни у кого никогда не хватило бы ума, фантазии и дерзости. Но ему это все как-то удается…

– И ты, как преданный фанат яростного защитника Земли…

– Это тот случай, когда, покупая машину, ты покупаешь глоток чистого воздуха для своих потомков, – пожал плечами Вильям. – Ты же знаешь, что электрокары – экологически чистые машины? Не выделяют ни углекислоты, ни выхлопных газов, ничего вредного и ядовитого…

– Ты, случайно, не экологию в Тринити изучаешь?

– А что, очень заметно? – улыбнулся он.

– А что, я угадала? – удивилась я.

– Нет, но была близка. Я изучаю инженерию возобновляемых источников энергии. Ветер, солнце, волны и все, что они могут дать. Очень скоро нефть закончится и тогда…

– И тогда все побегут к тебе, – закончила я.

Вильям рассмеялся, и я в очередной раз подумала, что у него роскошная улыбка.

– И тогда нам всем очень пригодятся солнечные панели и ветряки, – сказал он, разглядывая меня с улыбкой. – И машины, которые можно заряжать дома от розетки.

– «Теслу» можно заряжать дома от розетки?! – изумилась я. – Точно! Это же электрокар! Не смотри на меня так, я обычно соображаю быстрее… Да это же чудо, а не машина. Не то, что моя морально устаревшая телега, построенная алчным гигантом, бессовестно подделывающим экологические тесты…

– У тебя прекрасное чувство юмора, Долорес, – сказал вдруг Вильям, касаясь меня плечом, и я тут же возрадовалась, что в пабе царит полумрак, и Вильям не увидит, как сильно у меня загорелись щеки от комплимента. Уж я-то чувствовала, что они так и пылают…

– Спасибо. Наверное, перепало от бабушки по наследству. Она у меня шутница хоть куда, – с улыбкой кивнула я. – Это, кстати, она и подарила мне машину. Мне тогда было только шестнадцать, у меня еще не было прав, и родители пришли в ужас. Но слышал бы ты, как она с ними спорила! Я до сих пор смеюсь, когда вспоминаю.

– Бабушка? Разве не бойфренд?

– Нет, – покачала головой я. – Это все бабуля. А шоу с бойфрендом я устроила только для того, чтобы от меня все отстали и перестали вести «охоту».

– Вот оно что.

– Я удивлена, что ты купился. Бойфренд для меня все равно, что прыжок с парашютом – интригует, но потенциально смертельно.

– Теперь ты знаешь, что не так уж смертельно.

– Да, наверное, стоит попробовать… обзавестись… парнем. Как ты открыл все это? Откуда узнал, что горячая вода обладает такими свойствами?

– От первооткрывателя. – Вильям залпом допил джин и подал знак барменше налить еще.

– То есть?! – встрепенулась я.

– Я нашел в сети парня с таким же заболеванием, как у нас с тобой.

– Да ладно! – Мне не терпелось услышать продолжение. Я чуть из штанов не выпрыгивала, стул подо мной аж зашатался.

– Тео. Тео Хантер. Австралиец, бунтарь, экспериментатор… По его рассказам, чего он только не перепробовал. Кислоту, щелочи, спирты… Они тоже разрушают чужие белки, но серьезно вредят коже. И действуют почему-то не так быстро и эффективно, как горячая вода. Он многому меня научил. Например, что руки можно покрывать восковыми спреями – они создают плотную защитную пленку, и ты можешь прикасаться к чему угодно без перчаток.

– Где он сейчас? – улыбнулась я. – Может быть, он захочет стать моим бойфрендом?

Вильям долго молчал, пока не собрался с силами и не ответил:

– В могиле.

Воздух резко вырвался из моих легких. Так вот кого он хоронил…

– Не успел смыть то, что оставила на нем девушка. А она постаралась… Он был сильно пьян и потерял бдительность. Обжег кожу и истек кровью. Скорая ничего не успела сделать.

– Мне очень жаль, – вымолвила я.

– Все случилось на его дне рождения. Он приглашал меня, но я подумал, что не смогу провести сутки в самолете с ожогами, в бинтах… Пожалел себя. И в результате потерял друга…

Вильям сжал челюсти и отвернулся. Алкоголь разговорил его, сорвал все замки, за которым он прятался, и я вдруг осознала, какая большая оказана мне честь: он позволил себе выглядеть передо мной слабым и разрушенным.

И я не сдержалась – опустила руку на его ладонь и сжала ее. Вильям посмотрел на мою руку, повернулся и вдруг сказал:

– Сейчас я жалею, что рассказал тебе о воске и горячей воде. Потому что если с тобой что-то случится – это останется на моей совести… Вода – не панацея. Всего лишь уловка. Тонкая проволока, придерживающая створки капкана. Пока ты начеку – опасности нет, но стоит зазеваться… Лори, будь осторожна. Всегда. Я очень тебя прошу…

Вильям поднял руку и подозвал барменшу. И меня снова качнуло на стуле, когда он сказал:

– Еще один стакан для девушки, пожалуйста.

– Нет, Вильям, нет. Кто повезет тебя домой? – заспорила я.

– Возьмем такси, а моя машина подождет на парковке до утра. Серьезно, Долорес. Выпей со мной…

Я заколебалась, понимая, что это не самая лучшая идея. Но он просил меня. Он просил, и ему было плохо. И, очевидно, ему нужен был не тот, кто будет сидеть рядом, трезвый и рассудительный, и присматривать за ним, – а тот, кто разделит с ним горе…

В общем, я сдалась. И достала из сумочки еще одну стерилизующую салфетку. Вильям плеснул в мой стакан джина, и я осторожно приложилась губами к стеклу. Он смотрел, как я пью, и улыбался.