Смертельная ночь - Хизер Грэм

Между ними пока не было ничего серьезного. Пока. И разве улаживать конфликты — это не значит строить серьезные отношения?

«Подожди, — мысленно одернула она себя, — ты слишком торопишься».

Однако никакие предупреждения уже не действовали. Даже предупреждение мисс Эйди об опасностях плантации, где зло подстерегало ее.

И эта кукла вуду… Ее подбросили ей под дверь. Пока она спала. Если задуматься, то мурашки ползут по коже. На плантацию тоже подбросили кукол, но тогда, когда в доме никого из братьев не было. Это подсказывало ей, что сделавший это был трусом, не решавшимся противостоять мужчинам.

Эйдан ждал ее в передней, задумчиво глядя на большой скелет в смокинге, висевший у двери.

— Готова? — Он обернулся.

— Да. Но мне нужно заехать домой — взять вещи и покормить Иезавель.

— Заедем.

Он прошел вместе с ней в квартиру и вызвался покормить кошку, пока она будет собираться. Иезавель, с самого начала полюбившая Эйдана, громко замурлыкала. Кендалл слышала ее даже из спальни.

Вернувшись из спальни в кухню, она увидела, что Эйдан открыл дверь и вышел во двор. Он помахал ей, направляясь к воротам. Это были большие и тяжелые ворота, достаточно широкие, чтобы пропускать экипажи. Он взобрался наверх без видимого усилия, перебрался на другую сторону и спрыгнул в переулок. Затем проделал все в обратном порядке.

— Кендалл, — позвал он.

Она подошла.

— Сюда совсем нетрудно залезть по петлям. Так, наверное, он — или она — и забрались сюда.

— Представляю. — Она помолчала. — Может быть, позвонить в полицию? Пусть приедут и снимут отпечатки пальцев?

— Им даже до костей дела нет, — усмехнулся Эйдан. — Не думаю, что они — как бы они тебе ни симпатизировали — станут рыть землю. И потом, других отпечатков, кроме моих, они тут не найдут.

— Почему?

— Потому что тот, кто притащил этих кукол, был в перчатках.

— Кукол? Но моя кукла была дешевая, а твои — дорогие.

— По-твоему, их подкинули разные люди?

— Нет, — сказала она и скрестила руки на груди, чувствуя легкий озноб.

Спускались сумерки. Хорошо все-таки, что она согласилась поехать с ним. Ей меньше всего хотелось оставаться здесь одной, когда наступит ночь.

Ночной диджей на радиостанции был человек-гигант по имени Эл Фишер. Он любил людей, музыку, именно он первым предложил Джереми сделать рекламу вечеринки. Сегодняшний прямой эфир проходил без сучка и задоринки, пока не позвонил слушатель с голосом хеллоуинского чудовища.

— Ваша первая вечеринка состоится в «Аквариуме», так? — проскрипел он.

— Да, — ответил Джереми.

— Говорят, что вторую вы хотите провести в унаследованном доме.

Джереми даже растерялся. Идея провести большой прием на плантации приходила им в голову, но они пока ни с кем ее не обсуждали. Интересно, откуда этот парень узнал?

— Так что же? — понукал звонивший.

— Да, есть такое предложение.

— Вам лучше от него отказаться, — угрожающе посоветовал голос. — Вы не должны этого делать. Может быть, вы и Флинн, но если вы пригласите туда людей, то произойдет страшное. Я вам это обещаю. Мертвецы должны покоиться с миром. Уезжайте оттуда, или вы умрете.

— Какой чудесный хеллоуинский розыгрыш, — прокомментировал Эл, прежде чем отключить слушателя.

Остаток эфира прошел без происшествий, однако, помня о куклах вуду на лужайке, Джереми не мог отделаться от мысли об угрозах звонившего. Когда они закончили, он снял наушники и взглянул на Эла.

— Коммутатор ведь фиксирует телефонные номера тех, кто звонит?

— Конечно.

— Узнай, кто это, ладно?

— Какой-то недоумок, — отмахнулся Эл.

— Мне все-таки интересно.

— Сейчас.

Они вышли в коридор, и Эл направился в операторскую. Джереми остался ждать у дверей. Через некоторое время Эл вышел и сказал, нахмурившись:

— Извини, Джереми. Этот звонок поступил с телефона-автомата. Никак нельзя определить, кто это звонил.

— Спасибо, — поблагодарил Джереми.

Он так встревожился, что решил позвонить братьям, но затем передумал. Может быть, приятель Эйдана из ФБР сможет помочь? Хотя вряд ли. Насколько он знал, даже у ФБР не было способа отследить звонок, сделанный с телефона-автомата, особенно если звонивший был не дурак и платил монетами, а не кредиткой.

Была уже совсем ночь, когда они выехали из города. На ярко освещенном хайвее было много машин, но дорога вдоль реки скрывалась в темноте.

В пути Кендалл расспрашивала Эйдана о том, как прошел его день, решив на время забыть о его подозрениях в отношении ее друзей.

— В общем, удачно. Я съездил в гостиницу, где останавливалась Дженни Трент, и получил список других постояльцев. В ту ночь в гостинице было еще четыре человека: пожилая супружеская пара из Южной Дакоты — когда я им позвонил, трубку взял муж и закричал жене, чтобы та принесла слуховой аппарат; учительница из Детройта и еще один молодой гуляка, снимавший комнату на чердаке, — он пришел поздно и сразу отрубился. Учительница сталкивалась с Дженни в коридоре, но ночью ничего не видела и не слышала. Глухой старик, однако, вставал среди ночи в туалет, который там один на всех в конце коридора, и видел Дженни. Он говорит, что она была в черных джинсах и майке наизнанку и собиралась встретиться с каким-то гением, чтобы сделать удивительное открытие.

— Вот видишь! — торжествующе воскликнула Кендалл. — А я тебе что говорила! Винни тут ни при чем. Он чист как младенец.

— Слова «как младенец» и «Винни» не очень вяжутся друг с другом, — заметил ей Эйдан. — Откуда нам знать, что Винни не тот самый гений, который хотел поделиться с ней захватывающим открытием?

— Слова «гений» и «Винни» тоже как-то не очень сочетаются.

— Но ты не отрицаешь, что Вини — гений гитары?

С минуту она сидела задумавшись, а затем произнесла:

— Эйдан, даже если Дженни Трент заходила ко мне в салон, а затем в бар, это не означает, что она не заходила куда-то еще, где могла познакомиться с кем угодно.

— Согласен.

— И что же ты будешь делать дальше? Похоже, ты оказался в тупике.

— Когда оказываешься в тупике, нужно вернуться обратно на улицу и выбрать другой маршрут, — сказал он, скалясь в улыбке. — Благодаря твоей подруге Ребекке я решил вернуться назад и начать с Йонаса. Я заставлю его отправить кости, кровь и платье либо в Куантико, либо в Вашингтон. Я позвоню старым друзьям, которые у меня там остались.

— Но тебе это не поможет узнать, что случилось с Дженни, когда она вышла из гостиницы.