Обычная магия-5 - Андрей Волковский

Лицо у наставника сделалось на секунду невыразимо печальным. Потом он стиснул зубы и проговорил:

— А я-то думал, что сдурел совсем. Смотрю на мальчишек — и иногда такая тоска в душе, хоть волком вой. А это всё…

Дверь распахнулась, и Тумэн закричал:

— Папа, не уходи!

Руслан, чувствуя себя последним мерзавцем, сказал:

— Прости…

— Перестань! Замолчи! — прокричал мальчик, затыкая уши руками. — Мама, мама!

Бьёрн схватил ученика за руку и кинулся вниз по лестнице. В спину им летел отчаянный плач.

На улице Бьёрн спросил:

— Помнишь, где мы вляпались?

— Очень смутно… Кажется, мы поехали к тебе на родину…

— Счас деду звякну.

Наставник вытащил телефон и начал искать номер. Вдруг изменился в лице, но промолчал. Руслан не удержался, сунулся посмотреть: Бьёрн нашёл в телефонной книге номер мамы.

— Прости… — повторил Руслан. — Мне очень жаль…

— Ты-то что, — он махнул рукой и позвонил:

— Здорово, дед, тут такое дело…

Пока он разговаривал с дедушкой, город вокруг то становился плоским, как рисунок, то снова делался объёмным и убедительным. У Руслана разболелась голова. Особенно слева.

— Понял. Ага. Эй, ученик, что ты ярче всего запомнил в Удэ?

— Дацан и то кафе рядом.

— Отлично. Дай руку, закрой глаза. Все представляем дацан на проспекте Строителей. Ну!

Руслан схватил наставника за руку и зажмурился. Представил в деталях причудливое белое здание с красными полосами, зелёную крышу и оленей у колеса Сансары. Колонны, высокое крыльцо.

— Получилось! — воскликнул рядом Бьёрн.

Руслан открыл глаза и огляделся: да, они втроём стояли у дацана. Рядом прогремел трамвай, где-то залаял пёс.

— Что теперь? — хрипло спросил Руслан.

Голова раскалывалась от боли, а левый глаз почти не видел.

— Теперь ищем место, которого тут нет и не может быть, — сказал дедушка Бьёрна. — Не в смысле Эйфелеву башню или врата в ад, а место не отсюда. Далеко не расходимся.

Нужное место Руслан увидел у светофора. Вместо перекрёстка, который там должен быть, здесь была лестница, спускающаяся вниз и окаймлённая чужими деревьями. Посреди лестницы застыл серый кот, неподвижный и как будто неправильный.

— Вот оно, — сказал Руслан.

— И верно! — согласился наставник. — Идём.

— Будьте осторожны, — предупредил дедушка. — Никто не знает, что там, снаружи.

Они медленно пошли по лестнице: впереди Бьёрн, потом Руслан, дедушка в конце. Каждый шаг давался всё тяжелее. Сначала идти было просто не очень сподручно, как будто в лицо дул сильный ветер. Потом к упругим ударам ветра добавилась тряска: лестница задрожала, грозя развалиться и рухнуть в никуда. А следом решетчатые ограждения стали ледяными, и Руслан, отдёрнув руку, чуть не упал.

Ограждения и деревья слева рухнули, открывая головокружительный вид в бесконечное ничто, а лестница, которой давно полагалось закончиться, стелилась под ноги бесконечными ступенями.

— Давайте-ка я попробую, — добродушно проворчал дедушка. — Глаза берегите!

Руслан повернулся и успел заметить, как старик рванул рубашку на груди, а потом всё вокруг залил беспощадный яркий свет. Сияние ослепило, оглоушило и выбило воздух из лёгких.

Руслан захрипел, заметался — и открыл глаза. Судорожно вдохнул неприятный стоялый воздух и попытался понять, где он.

Вокруг было темно, сыро и очень странно пахло: потом, ношеной одеждой, стоялой водой и болотом.

Всё тело опутали какие-то ветки или корни. Руслан осторожно пошевелился и тут же почувствовал возню неподалёку.

— Бьёрн? — хрипло позвал он.

— Тут. Дед?

— Живой, живой, — прокряхтел дедушка. — Что за пакость, а? Тьфу ты! Живо с себя дрянь снимайте — это паразит!

Руслан отодрал последнюю пару «корней» и выдохнул: они живы, а это уже хорошо.

Глаза постепенно привыкли к темноте, и Руслан понял, что они оказались в какой-то подземной пещере. Дотронулся до стены, но тут же убрал руку: стена показалась неприятно живой.

— У тебя рюкзак цел? — спросил Бьёрн, откуда-то слева и снизу.

Руслан медленно приподнялся и осознал, что рюкзак на нём. Чем было то мягкое, куда провалился рюкзак, пока сам он лежал, думать не хотелось.

— Доставай фонарь.

Через минуту пятно света выхватило из темноты недовольного, тут же прищурившегося наставника, а затем изрядно помятого, но безмятежно улыбающегося дедушку.

Потом Руслан осветил пещеру. Стены были густо увиты корнями, неприятно напоминая о корневике. Руслан поёжился и посветил на пол. И почти тут же увидел опутанное «корнями» паразита тело. А рядом ещё одно. И ещё…

Он вскочил, тяжело дыша, и посветил себе под ноги. К счастью, под ним тела не было. Зато в паре шагов от его правого берца лежал побуревший скелет.

— Не паникуй! — скомандовал Бьёрн. — Вдохнул, медленно-медленно. Выдохнул. Вдохнул. Выдохнул. Теперь сам. Молодец.

— Расслабляться рано, — вставил дедушка. — Успокоился маленько?

Руслан кивнул и хрипло сказал:

— Ага. Извините.

— Да какие извинения! — возразил дед. — Я, когда в твои годы, земляного червивня увидел, бежал километра три и орал не переставая.

Он засмеялся, и Руслан подумал, что, хоть дедушка наверняка шутит, всё равно приятно, что он не считает его, Руслана, трусишкой.

— Внук, готов злого духа звать?

— О да, — мрачно согласился Бьёрн.

— Давай!

Наставник снова произнёс странное, длинное имя — и спёртый воздух пещеры задрожал, начал стремительно остывать справа от Руслана и нагреваться слева.

— Пришёл! — взвыл знакомый голос.

— Ты чуть не убил нас, тварь!

— Как могу, так выживаю! — неожиданно мирно отозвался злой дух без рёва, скрежета и визга.

— Покажись.

— Да, иду я, иду.

Руслан заледеневшими от ужаса руками повёл фонарём и увидел, как в паре метров от Бьёрна на полу шевелятся густо сплетённые корни. Из корней, как зомби из земли, выбрался мужчина в грязной одежде. Его лицо было опухшим настолько, что глаз почти не было видно. Руки тоже были отёчными. Стоял он криво, сильно скособочившись на левую сторону.

— Видишь, до чего я докатился? — рот человека остался неподвижным, но голос слышался отчётливо.

— Ты изводишь ребёнка?

— Обещанного сына? Не извожу я его — он мой по праву. Я жду. Мне нужно переселиться. Это тело почти разрушено. Хорошо хоть, дикую грибницу нашёл. Она меня подпитывает понемножку. А мальчик, повторяю, мой!

— Откажись, — повторил наставник.

— А куда мне вселяться⁈ У меня должников-то немало, но у