Там, на той стороне - Стэнли Дж. Гриммс

Мужчина моргнул. Первый раз за все время. Но ужасная улыбка, искаженная в злобной гримасе, не исчезала. Его лицо, вернее нижняя его часть, будто состояло из двух разных половинок. Как две неподходящие друг другу детальки.

Но не это пугало. А глаза. В них она видела особую пустоту, точно на нее смотрела сама смерть.

Мужчина показал на нее указательным пальцем, а затем провел большим по горлу.

— Ты какая-то бледная, — услышала она у себя под ухом обеспокоенный голос Наоми.

— А?

Она вздрогнула и взглянула на нее.

— Я говорю, ты будто увид…

— Мужчина…

Саша принялась разглядывать то место, где стоял незнакомец.

— Тебе плохо?

Наоми всерьез заволновалась.

— …только что стоял здесь, — закончила Саша.

Ее голос переходил в истерику.

На том месте было пусто. Он исчез.

Глава 13

ГЛАВА 13

I

Нож прошелся по мясу, оставляя за собой темный, но довольно глубокий кровавый след. Он разрезал волокна так хорошо, что хватало одного раза. Сукровица выступила наружу вперемешку с сливочным маслом, щедро осыпанным приправами. Мясо, такое горячее, что масло тут же подтаяло, превращаясь из ровного квадрата с прямыми углами в бесформенную желтовато-белую массу. Оно растекалось по золотистой корочке, а затем стало проникать в прорези от ножа, заполняя пустоту.

— Эмили! — строго проговорила Саманта Де Ламаркан хриплым голосом. — Не смей играться с едой. Если ты не голодна, я попрошу Роланда, чтобы он проследил за тем, чтобы ты не таскала еду с кухни.

— Ну м-а-а-а-м! — произнесла растянуто Эмми, будто у нее пытались забрать любимую игрушку. Она была не в настроении. И мамочка это знала. Все это знали.

Зал был по истине впечатляющим. Саманта Де Ламаркан пыталась воссоздать в миниатюре все то, чем она когда-то владела за пределами Штатов. Освещенный канделябрами на современный лад и украшенный гобеленами и резными существами. Они были выполнены так хорошо и так точно, словно делались с натуры.

Прямо над ее головой нависло одно из чудищ. Оно оскалило пасть в усмешке, на кривых острых как у акулы зубах выступала черная смола. Руки, покрытые шерстью, а на спине вдоль позвоночника росли твердые как мозоль угловатые бугры. Чудище замахнулось на что-то темное, похожее на монаха в сутане, ее длинные когти проскользнули сквозь него не оставляя следов. Мужчина был вооружен. Его рука сжимала костяной меч, заточенный с двух сторон, но оно смотрело вниз, словно он не сражался.

Подобных существ было очень много. Как и на гобеленах. Можно часами разглядывать сцены сражений, убийств и соития между людьми и монстрами. Да, здесь много обнаженных тел.

Но особую гордость для Саманты представляла картина, выжженной солнцем земли. Она была так реально, что скорее походила на фотографию. Золотая рамка изрядно потрепалась, покрытая царапинами и сбитыми углами.

За длинным семейным столом сидели все, кто смог прийти.

— Том, — произнеси молитву пожалуйста.

Том придвинулся поближе к Эмили и положил огромную руку ей на колено. В ответ, она ущипнула его настолько, насколько хватало сил. Том попытался сдержать смешок, но не вышло.

— Я сказала, что-то смешное?

— Нет мам, — ответил Том. И снова смешок. — Это Эмили меня смешит.

Саманта поправила очки и провела рукой по столу.

— Ну же, Томми, сделай, что я прошу.

Том напрягся, его бугристые плечи и шея вздулись, и он сложил руки вместе в замок.

Он зажмурил глаза, при этом его лоб наморщился и на нем проступила еле видная изогнутая полоска.

— Милостивая матушка! Благодарим тебя за этот дар, который питает наши тела… наши тела… м-м-м…

Эмми шепотом произнесла:

— И души, кретин!

— И души кр…

Том запнулся. Эмили, прикрыв рукой рот, засмеялась.

— Д-д-даруй нам силу и мудрость для продолжения нашего пути. И дай заблудшим детям найти твой путь.

Саманта с упоением слушала молитву. Словно это и была ее пища. Невидимые потоки силы проникали внутрь.

— Хорошо Томми… очень хорошо. Можешь взять добавки. В отличии от Эмили.

Она глянула на нее.

В ответ, Эмми посмотрела на нее обиженно. Из ее рта торчал кусочек сочного стейка, а рот измазан соусом вперемешку с кровью и сливочным маслом. На веснушчатом лице запылали розовые щечки. Она сердилась. Но мамочка была непробиваема. Обычно, она таяла при виде больших зеленых глаз. Но не сегодня. Саманта Де Ламаркан была не в настроении и даже немного… рассеянной? Неужели это из-за нового брата Натана? Эмми вздохнула. Он ей понравился.

— Приятного аппетита мои дети, — пожелала Саманта Де Ламаркан.

Она оглядела всех.

Крепыш Томми, сообразительный Роланд, Ким-ей досталось самое редкое, острый ум. И конечно же маленькая красотка Эмили. Вечно ей все сходит с рук.

Не хватало только непоседы Марко.

— Эмили, ты знаешь, где твой брат Марко?

Девушка, не поднимая головы промычала.:

— Неа, — но звучало это как: — М-м-м-м.

Она отпила со стакана и жуя с открыты ртом проговорила:

— Последний раз он звонил пару дней назад… кажется из Нью-Йорка. Но ты же знаешь Марко, мамочка, он любит поболтаться. Ему всегда мало.

— У него беда с головой, он не может себя контролировать, — сказал Том, явно не подумав о последствиях.

— У него хотя бы хватает ума это признать... в отличии от некоторых.

Эмили защищала брата. И Саманта одобрительно кивала.

— Что? Разве я не прав? Что тут такого? Мы два дня протирали задницу в тесном Бьюике, чтобы привезти этого новенького… — при словах задница, Саманта прикоснулась пальцем к губам и издала звук: — Ш-ш-ш-ш!

— А он, что? Забавляется в Нью-Йорке! Наверное, нашел себе какую-нибудь новую дырочку и трахает ее.

— Томми! Ну-ка прекрати немедленно. А то я забуду о том, чтобы отпустить вас с Эмили на выходные в Талсу.

Эмми пнула под столом Томми босой ногой и заохала, схватившись за