Руины из роз - К. Ф. Брин

после себя густую черную ночь. Я превратила деревяшку в нечто вроде факела, который рассеивал тьму и разбрасывал тлеющие угли по своему следу. Шлейф дыма жег мне глаза. Неустрашимая, я продолжала бежать трусцой по звериным тропам и прислушиваться к окружающим звукам. Я не знала, в какое время ночные твари обычно появляются в этих лесах, но понимала, что лучше мне с ними не сталкиваться. Пусть Чудовище не собиралось меня убивать, но я бы не стала ожидать того же от кошмарного пересмешника, а ведь он здесь был такой не один. Возможно, мне предстояло с боем выбираться из этого леса. Однако благодаря Найфейну у меня появилась помощница: Финли номер два наполняла меня силой и энергией или просто брала контроль на себя, когда ситуация становилась опасной.

«Главное, постоянно поддерживать контакт теперь, когда мы далеко от Найфейна», – мысленно сообщила я самке, увидев развилку на пути. За ней смутно угадывались очертания дерева, стоявшего на страже поля. Не в силах сдержаться, я быстро побежала в ту сторону и увидела поле эверласса, разросшегося и одичавшего.

Значит, Найфейн ухаживал не за всеми полями. Вероятно, не успевал. Тогда понятно, почему он выбрал поля поближе к замку – как я предполагала, это был его долг, – но почему же он ухаживал за полем, расположенным рядом с нашей деревней, почти на краю его королевства?

«У тебя никогда не получалось прийти незаметно, но я никак не мог тебя поймать», – сказал мне он.

Не поэтому ли он ухаживал за тем полем? Чтобы помочь мне?

Внезапно мне стало трудно дышать.

Я повернулась в направлении дома, и самка влила в меня энергию. Я чуть было не спросила, зачем ей собственные запасы энергии и силы, но передумала. Я вряд ли могла понять многое о ней, о себе, пока не совершила первое превращение. Поэтому пока я решила просто пользоваться ее помощью и не задавать вопросов.

В черном небе над головой раскинулась россыпь слабых мерцающих огней. Ярче всего светило Южное сияние, по которому я привыкла ориентироваться в пути, что сделала и сейчас, двигаясь как можно быстрее и избегая при этом касаться корней и лоз.

Раздавшееся вдалеке слева рычание насторожило меня. Страх просочился в мою кровь. Это рычал не Найфейн. Твари Запретного Леса вышли на охоту.

Я лихорадочно размышляла. Упоминал ли кто-нибудь в замке, что другие оборотни сохранили способность к превращению? Если Найфейн мог менять облик, то он, вероятно, был не единственным. Возможно, лес в действительности был совсем не опасен. Возможно, здесь бродила просто кучка стражей, охраняющих земли своих предков.

Вот только я помнила, как Найфейн напал на кошмарного пересмешника.

С другой стороны, тот преследовал меня. Может, это был взбешенный житель деревни?

Нет, я не могла сбросить со счетов все те шрамы, что покрывали крепкое, мускулистое тело Найфейна. Они говорили о годах постоянных сражений. Если лесные твари смогли сотворить такое с Чудовищем, то какие у меня были шансы на выживание без способности превращаться?

Вот и как теперь избавиться от страха, бурлящего в моей крови?

Ладно, ребята, сейчас мы просто успокоимся. Давайте замедлим шаги и будем ступать осторожно. Но как же нам отвлечь от себя внимание?

«С кем, черт возьми, ты болтаешь?» – спросила самка.

Как объяснить кому-то свои странности, когда ты очень напуган?

Меня отвлек визг, эхом разнесшийся среди деревьев. Казалось, звук шел отовсюду и ниоткуда. Рев превратился в искаженный вой, как будто он исходил от какого-то зомби-волка.

Мне всегда говорили, что зомби не существует. Что они – выдумка, придуманная для того, чтобы пугать детей у костров. С другой стороны, мне также говорили, что никто не может менять облик, и что Чудовище – это порождение ночи, а не сломленный принц с проклятием, висящим на его шее. В последнее время я перестала доверять слухам.

Споткнувшись ногой о корень, я нырнула головой вперед в сухой папоротник. Мои колени проехались по земле, а факел упал в охапку мертвой травы.

– Вот черт! – выпалила я, как можно быстрее вскакивая на ноги и пытаясь затоптать быстро разгорающееся пламя. Огонь пробежал по земле и принялся лизать дерево. Я затаптывала пламя, чувствуя на себе пристальные взгляды. Я создала маяк, чтобы ночные твари могли найти меня.

«Беги!» – крикнула самка.

Мне не нужно было повторять дважды.

Но не успела я повернуться, как пламя потускнело, а затем погасло, словно дерево было огнестойким.

«Чары?» – мысленно удивилась я, не задерживаясь на месте.

«Здесь что-то не так».

«Ничего себе, да? Какими еще невероятно очевидными наблюдениями ты хочешь со мной поделиться?»

«Тебе не помешала бы энциклопедия».

«Заткнись, – прорычала я, увидев знакомую местность. Этот высокий и тонкий куст с потрепанной верхушкой, ива с проплешиной в ветвях… я приближалась к дому. – Осталось недолго».

Раздался крик, подозрительно напоминающий человеческий, и у меня кровь застыла в жилах. Крик перерос во что-то вроде хриплого стона, чересчур громкого, на мой взгляд, и оборвался.

Лучше бы зомби и впрямь не существовали, ребята, иначе мне всю оставшуюся жизнь будут сниться кошмары.

«Меня начинает тревожить то, что ты как будто с кем-то разговариваешь, – мысленно обратилась ко мне самка, прокачивающая силу через меня. – Я хочу проверить, сколько контроля над телом я смогу взять на себя, прежде чем мне нестерпимо захочется превратиться. Держись крепче».

«Держаться крепче за что?!»

«Черт тебя побери, умственная недалекость обитателей того замка начинает сказываться на тебе. Держаться крепче – это просто образное выражение. Я знаю его, потому что оно известно тебе».

Самка стала давить изнутри, отталкивая меня в сторону, а затем завладела конечностями. На меня нахлынуло многообразие запахов, пока я не отодвинулась еще дальше, позволив самке справиться с ними. Наша скорость резко возросла. Самка продолжала обретать все больше контроля. Она пыталась управлять телом, которое плохо знала, – я чувствовала, как постепенно происходит наше слияние. Ощутила зуд на нашей коже и прилив энергии, готовой превратиться во взрыв. Кожу на голове начало покалывать, а спину словно пронзали ножи. Однако тьма отступила.

Вокруг нас из темноты проступили фигуры, в основном черные, белые и желтые.

«Это… примерно… все, на что я способна», – сообщила мне самка, и я почувствовала, как она борется.

Не теряя времени, самка ускорила шаг. Она двигалась легко и проворно, хотя предпочла бы бежать на четырех ногах. Перепрыгивала через корни, о которые я могла бы споткнуться, и избегала сухих кустов или потрескивающих веток, которые выдали бы нас.

Моя рука потянулась в карман и извлекла перочинный