Мешок с костями - Стивен Кинг

— А ты не хочешь пи-пи?

— Нет. — Она недовольно посмотрела на меня. — Я узе. Читайбыстрее, а то я не успею дослушать.

— Я попробую, — пообещал я и перевернул страницу. ТеперьЗолушка, добрая душа, махала рукой, провожая на бал своих зловредных сестриц,одетых, словно старлетки в дискотеке. — Как только Золушка попрощалась с ТаммиФей и Вэнной…

— Так звали сестей?

— Я их так назвал. Не возражаешь?

— Нет. — Она устроилась поудобнее, положив головку мне нагрудь.

— Как только Золушка попрощалась с Тамми Фей и Вэнной, вуглу кухни вспыхнул яркий свет. И прямо из него выступила красивая женщина всеребристом платье. Драгоценные камни в ее волосах сверкали как звезды.

— Фея — кьесная, — буднично прокомментировала Кира.

— Да.

Мэтти вошла с бутылкой «мондэви» (мы выпили только половину)и почерневшей решеткой, на которой жарились гамбургеры. На ней былоярко-красное летнее платье и белоснежные кроссовки. Конечно, в загородном клубев таком наряде появляться не стоило, но в трейлере она смотрелась великолепно.Она поглядела на Киру, потом на меня, выразительно вскинула брови, показаларуками, не пора ли девочке бай-бай. Я покачал головой, полагая, что еще рано.

И продолжил чтение, пока Мэтти оттирала решетку от сажи. Ивсе напевала себе под нос. Когда же она закончила с решеткой, я увидел, что уКиры уже закрываются глазки. Положил «Золотую сокровищницу сказок» на кофейныйстолик, рядом с двумя книжками, которые, должно быть, читала Мэтти. Поднялглаза, увидел, что она смотрит на меня из ниши-кухни, и победно вскинул руку.

— Нунэн, победа в восьмом раунде техническим нокаутом.

Мэтти вытерла руки полотенцем, подошла к нам.

— Дайте ее мне.

Но я поднялся с Кирой на руках.

— Я отнесу. Скажите, куда.

Она указала:

— Налево.

По узкому коридорчику (мне пришлось идти боком, чтобы нестукнуть ее ножки об одну стену, а головку — о другую) я протиснулся к двери влевой стене. Коридорчик упирался в безукоризненно чистую ванную. Закрытая дверьв правой стене вела, по моим предположениям, в спальню, которую Мэтти раньшеделила с Лэнсом Дивоуром и где теперь спала одна. Если же в трейлере ислучалось бывать бойфренду, стараниями Мэтти его присутствие ничем не давалосебя знать.

В левой комнатушке я увидел маленькую кроватку, застеленнуюпокрывалом с розочками, столик, на котором стоял кукольный домик, картинкуИзумрудного города на стене. Вторую стену украшала надпись

ДОМ КИРЫ

Большие, яркие буквы. Дивоур хотел забрать ее отсюда, увезтииз старого трейлера, поселить в другом месте, как он полагал, идеальном длядевочки. Однако ей было очень неплохо и здесь, в маленькой комнатке с громкимназванием

ДОМ КИРЫ

— Положите ее на кровать и налейте себе стакан вина, —предложила Мэтти. — Я только переодену ее в пижаму и присоединюсь к вам. Язнаю, нам есть о чем поговорить.

— Хорошо. — Я положил Киру и наклонился, чтобы поцеловать еев нос. Уже подумал было, что не стоит но все-таки поцеловал. Когда я уходил изкомнатки, Мэтти улыбалась. Значит я все сделал правильно.

* * *

Я плеснул в стакан вина, прошел в гостиную, сел на диван,посмотрел на книги, что лежали рядом со сказками Киры. Мне всегда любопытно,что читают люди. По книгам о них можно узнать не меньше, чем по содержимомудомашней аптечки. Только рыться в лекарствах хозяина всегда считалось дурнымтоном.

Книги настолько разнились, что возникло подозрение, а нешизоид ли тот, кто их читает. Одна, карманного формата, принадлежала перуРичарда Норта Паттерсона. «Молчаливый свидетель». Судя по закладке — игральнойкарте, — Мэтти уже прочитала три четверти книги. Я отметил ее хороший вкус.Демилль и Паттерсон, пожалуй, лучшие из нынешних популярных авторов. Под нейлежал увесистый том в переплете: «Избранные рассказы Германа Мелвилла». Уж ктоне сочетался с Ричардом Нортом Паттерсоном, так это Герман Мелвилл. Согласнолиловой печати, книгу эту Мэтти взяла в библиотеке «Фор лейкс коммунити».Красивое каменное здание, в котором располагалась библиотека, находилось в пятимилях к югу от озера Темный След, где Шестьдесят восьмое шоссе покидало Тэ-Эр ипереходило в Моттон. Похоже, там Мэтти и работала. Я открыл книгу на странице,где лежала закладка, еще одна игральная карта. «Бартлеби».

— Странную пару вы подобрали для чтения, — заметил я,положив книги на место.

— Паттерсона я читаю для удовольствия. — Мэтти зашла накухню, быстро глянула на бутылку вина (я понял, что она не отказалась бы еще отстаканчика), потом открыла холодильник, достала кувшин с «кул-эйдом». Напередней панели холодильника ее дочь уже выложила из букв-магнитов:

КИ, МЭТТИ И ХОХО

(как я понимаю, подразумевался Санта-Клаус). — Наверное, яобе книги читаю для удовольствия, но наш литературный кружок собираетсяобсудить «Бартлеби». Мы собираемся в библиотеке по четвергам. А мне ещеосталось прочитать десять страниц.

— Читательский клуб?

— Да. Его возглавляет миссис Бриггс. Кружок этот онаорганизовала задолго до моего рождения. В «Фор лейкс» она — старшийбиблиотекарь.

— Я знаю. Линди Бриггс — сестра жены моего сторожа.

Мэтти улыбнулась:

— Мир тесен, не так ли?

— Нет, мир широк и огромен, но городок мал.

Она хотела продолжить разговор, прислонившись к столу заспиной, но передумала.

— Почему бы нам не посидеть во дворе? Тогда любой, ктопроедет мимо, увидит, что мы по-прежнему одеты и ничем таким не занимаемся.

Я в изумлении вытаращился на нее. Она чуть улыбнулась.Циничной такой улыбкой, которая совсем ей не шла.

— Мне только двадцать один год, но дурой я себя не считаю.Он наблюдает за мной. Я это знаю, да и вы, скорее всего, тоже. В другой вечер ябы подумала, да ну и хрен с ним, но во дворе куда как прохладнее, а дым отжаровни будет отгонять комаров. Я вас шокировала? Если так, извините.

— Да нет же. — Если и шокировала, то чуть-чуть. — Извинятьсявам не за что.

Со стаканами в руках мы спустились по ступеням изшлакоблоков и бок о бок сели в пластиковые кресла. Слева от нас в жаровнекраснели угли, над ними поднимался дымок. Мэтти откинула голову, прикоснуласько лбу запотевшим стаканом, потом осушила его на три четверти. Звякнули кубикильда. Вокруг стрекотали цикады. Далеко впереди, на Шестьдесят восьмом шоссе,сияла белыми флуоресцентными лампами вывеска «Лейквью дженерэл». Покой иумиротворенность охватили меня. Это дешевое кресло я бы не променял ни на какоедругое. Давно уже я так хорошо не проводил вечер… Но еще предстоял разговор оДжоне Сторроу.