Сверхъестественное. Врезано в плоть - Тим Ваггонер

– Ты та тень, которую я видел.

Мужчина кивнул:

– Заражение, полученное тобой через укус пса Диппеля, сделало это возможным. Но ты это уже знаешь.

– Кто ты? Жнец?

– Да.

– Так я действительно умер? – Сэм оглядел окружающий их сюрреалистический пейзаж. – Надо сказать, я как-то уже умирал, но не припомню ничего подобного.

– Яд в сочетании с принятыми тобой стимуляторами оказался непосильной нагрузкой на твое тело. Тем не менее, как я уже сказал, ты почти мертв. Это, – он развел руками, – творение твоего подсознания. Очень театральное к тому же.

– Так ты здесь, чтобы проводить меня в загробную жизнь. Я так понимаю, отговорить тебя не получится?

– Я пришел забрать тебя отсюда, но наша цель – не вечность. У нас обоих незаконченные дела в мире живых.

– Диппель, – проговорил Сэм.

– Больше нет. О нем… позаботились. К несчастью, создание, которое он пронес в материальный мир, представляет из себя куда более опасную угрозу, чем он сам. Это Хель, скандинавская богиня смерти, она использует тело Бэки Ласс в качестве сосуда. Я был заточен в Lapis Occultus, но твой брат освободил меня, позволив проникнуть в это место, созданное тобой, и забрать тебя отсюда. Я могу вернуть твой дух обратно в тело и даже противостоять заражению, которое почти уничтожило тебя, но иной помощи предложить не в силах. Хель слишком могущественна, чтобы я мог напрямую сразиться с нею, особенно учитывая, что Диппель использовал некоторое количество моей собственной силы, воскрешая Маршалла и Бэку. – Он опустил взгляд на пепелище. – Мои способности действовать в материальном мире ограниченны, и я надеялся… использовать тебя и твоего брата, чтобы одолеть Диппеля. Если бы я придумал другой способ…

Не сказать, чтобы Сэм понял все, о чем говорил Жнец, но суть уловил.

– Об этом не беспокойся. Ты делал свою работу точно так же, как мы свою. Итак, посоветуешь что-нибудь перед тем, как я вернусь?

– Мне позволили вернуть тебя к жизни лишь в этот раз, потому что на краю гибели ты оказался по вине противоестественной силы. Так что вот мой совет: больше не умирай.

Сэм мрачно улыбнулся:

– Постараюсь.

* * *

Сэм открыл глаза. Он чувствовал себе лучше, чем когда-либо за последние дни: был бодр и полон энергии, как будто только что отменно выспался. В руке все еще лежала «Беретта», и он сжал пистолет крепче и приподнял голову, чтобы разглядеть происходящее. Диппель исчез, о его существовании напоминала лишь кучка одежды. Девочка-подросток – Бэка Ласс, как он понял, или, по крайней мере, ее тело – стояла на веранде, прижимая к груди руку. На ее лице читалась жгучая ненависть. У ее ног были разбросаны осколки синего камня. Остатки Lapis Occultus, сообразил Сэм, чем бы это ни было. Кэтрин Ласс стояла около твари, принявшей облик ее дочери, и казалась потерянной и сбитой с толку. Дин поднимался на ноги в каких-то метрах пяти от Сэма, целясь в неподвижно стоящего перед ним Маршалла, но того это, кажется, не волновало. Он рычал, словно зверь, но несмотря на то, что в его глазах полыхала ярость, напасть он не пытался. Его руки больше не окутывала темная энергия – точнее, Сэм ее не видел. Жнец свое слово сдержал. Заражение ушло, но с ним и посмертное видение. Сэм предположил, что Маршалл по-прежнему обладает способностью вытягивать жизненную энергию, а значит, нужно держать его на расстоянии, чтобы не дотянулся.

Сэм моментально оценил ситуацию и понял еще одно: никто не заметил его возвращение в мир живых.

«Прости, Бэка». – Он сел, быстро вскинул «Беретту» и выстрелил.

Голова девочки мотнулась назад, когда пуля пробила ее череп. Кэтрин Ласс с воплем «Нет!» бросилась к дочери. Но Бэка не упала. Она выпрямилась и посмотрела на Сэма. Струйка черной крови бежала из дырки в ее голове.

– Кажется, тебе стало намного легче, мальчик. Интересно, кто-то помог?

Она протянула руку, и пуля, выпав из отверстия, скатилась ей на ладонь. Девочка некоторое время рассматривала ее, затем повернула руку и позволила пуле клацнуть о пол.

– Это тело создано быть сильным, а сейчас оно пропитано ещё и моей силой, так что ему не причинить вреда такими простыми средствами. Ты не в силах остановить меня, охотник. Мой новый слуга выпьет жизненную силу из вас обоих, потом я подниму ваши оболочки и сделаю вас первыми солдатами моей армии мертвецов.

Дин, не отводя взгляда от Маршалла, проговорил:

– Хороший выстрел. Хорошо, что ты вернулся.

– Хорошо, что я вернулся. Так у нас тут очередное наглое божество, а?

– Веришь ли? Чертовы твари ползут отовсюду, как тараканы.

– И похоже, она планирует захватить мир, – добавил Сэм.

– Ага. Вот сюрприз. Ты когда-нибудь задумывался, что все эти шуты собираются делать с миром после его завоевания? Место-то не маленькое.

– Поддерживать его в чистоте – та еще работенка.

Гнев Хель исказил черты Бэки:

– Я не допущу насмешек. Маршалл… убей их обоих.

– Плохие! – взревел Маршалл и, подняв руки, бросился к Дину.

Хотя Сэм больше не мог видеть темную энергию, он был уверен, что руки Маршалла окутаны ею.

Дин дурачился. Он дважды выстрелил из «Кольта», проделав по дырке в каждой ноге Маршалла. Того раны не впечатлили, но ноги его подогнулись, и он растянулся на земле. Дин сунул пистолет за пояс и перехватил шланг огнемета:

– Хоть эта штука и разбавлена, уверен, искра-другая там осталась.

Он нажал на кнопку и выпустил несколько потоков жидкости в Маршалла. Маршалл зажмурился и принялся отплевываться, когда разбавленный керосин попал ему в лицо. Он пытался подняться на ноги, из свежих ран лилась кровь. Дин достал из кармана факел, зажег его и бросил на Маршалла.

Пламя окутало его, и хотя Маршалл, казалось, не ощутил пулевых ран, но эту боль он стерпеть не мог и издал пронзительный вопль чистой агонии.

– Господи! – взвизгнула Кэтрин. – Маршалл!

Услышав голос жены, Маршалл сумел подняться на ноги и потянулся к веранде. Как бы ни повлиял на его воскрешение Lapis Occultus, он не сделал Маршалла менее горючим, чем прочие творения Диппеля. Спустя считаные секунды он превратился в ходячий костер: пламя ревело и потрескивало, жирный дым валил в небо, наполняя воздух тошнотворной вонью горелой плоти. Маршалл в муках заорал еще раз, потом его голос отрезало огнем.

Кэтрин попыталась приблизиться к нему, но Хель схватила ее за руку и не пустила. Кэтрин старалась вырваться из хватки твари, вселившейся в ее дочь:

– Пусти! Я врач!

– Боюсь, твоему мужу уже не помочь. Ни медициной, ни магией. – Хель махнула рукой в сторону Маршалла, и с ее пальцев сорвались струи черной энергии, словно пять черных плетей, потом втянулись обратно. Маршалл, весь в ревущем огне, мгновение стоял неподвижно, потом упал на колени, завалился на бок и остался лежать, а пламя продолжало пожирать останки.