Проклятая звезда - Джессика Спотсвуд

— Ой, Кейт, отпусти меня, — скулит она.

— Нет. Это важно. Я не позволю тебе сдаться. Мне нет дела до того, что случилось с остальными прорицательницами и что там говорится в этом проклятом пророчестве. Ты проживешь долгую, счастливую жизнь. Ты выучишь китайский, испечешь десятки рождественских пудингов, выйдешь замуж и родишь детей — или нет, это уж как тебе захочется — и напишешь эту свою книгу. Тебе ясно?

— Да, хорошо. Может, теперь ты прекратишь читать мне лекции? — Тэсс потирает локоть.

— Прости. Я совершенно не собиралась кричать на тебя, — я глубоко вздыхаю, стараясь взять себя в руки. — Есть еще одна вещь… Тэсс, нужно поверить, что мы — не марионетки в руках Персефоны, или Господа Бога, или Братства. Важен выбор, который мы делаем.

— Мы должны быть смелыми, даже если чем-то напуганы.

В уголках ее глаз появляется отцовская морщинка, и я надеюсь, что она говорит от всего сердца.

— Особенно если мы чем-то напуганы. Я думаю, суть в том, что мы должны прилагать усилия, даже если не совсем понятно, что в конце концов получится. Я вот все время боюсь и за тебя, и за Мауру, и за Финна. — Я поднимаю с пола залитое чаем платье и набрасываю его на туалетный столик. — Гхм… не знаю, упоминала ли об этом Маура, но вчера мы с ней ужасно поссорились.

Тэсс откидывается на латунную спинку кровати:

— Да, я слышала.

Я справляюсь с желанием спросить, что говорила обо мне Маура. Не хочу, чтобы Тэсс оказалась между молотом и наковальней, тем более что она делит с Маурой комнату.

— Я предложила устроить побег из Харвуда. Мне кажется, нам это по силам. — Обмакнув носовой платок в кувшине с водой у кровати Тэсс, я начинаю оттирать чайные пятна на ее платье. — И это решит проблему с Бренной. Маура с Алисой ухватились за эту идею, но они считали, что освобождать надо только ведьм. А мне кажется, это неправильно.

Тэсс слегка кивает мне:

— Я согласна.

— Я думаю, нужно попытаться освободить всех, но не знаю, как это сделать. Девушки там слишком одурманены наркотиками, чтоб можно было устроить бунт. — Я выжимаю платок над пустым тазиком. — И я боюсь, как бы не сделать хуже. Но, может, Маура все-таки права? Может, лучше рискнуть, чем сидеть сложа руки?

Тэсс задумчиво переплетает пальцы.

— Она из-за этого разозлилась?

Я верчу ее платье в руках.

— На самом деле нет. Она хочет стать главой Сестричества и хочет, чтоб я не мешала ей в этом. Ей и Инесс.

— А разве тебе хочется быть настоятельницей? — Тэсс обводит пальцем красные квадраты на своей клетчатой юбке. — Может быть, нечестно позволять всем думать, что ты — пророчица? Вот и Маура уже на тебя из-за этого сердится. Ведь я просто оттягиваю неизбежное. Может, нужно всем сказать, что пророчица — я?

Я сажусь рядом с ней:

— А ты уже готова? Это огромная ответственность, Тэсс, и как только ты скажешь правду… что ж, забрать свои слова обратно ты уже не сможешь. Если нужно, я могу еще сколько-то нести это бремя.

— Надеюсь, я когда-нибудь смогу признаться, но пока я не готова. И не знаю, буду ли готова когда-нибудь. — Она вздыхает — слишком тяжело для девочки ее лет. — Меня еще кое-что волнует. Если Инесс будет известно, что у нее есть целых четыре года, кто знает, что она может затеять?

— А если она думает, что власть перейдет ко мне, и у нее всего несколько месяцев, возможно, она воздержится от необдуманных поступков, — предполагаю я.

Правда, я все равно завишу от Инесс, потому что она знает о Финне. Надеюсь, любимый быстро найдет нужные сведения, и мы сможем освободиться от ее власти. Или ситуация будет повторяться снова и снова? Может, она каждый раз будет выдумывать для Финна какие-нибудь новые задания? Мысли в голове начинают беспокойно метаться. Если все так и произойдет, я заставлю ее забыть о Финне. Я должна буду это сделать.

Тэсс прислоняется ко мне.

— Я ей не доверяю. Это не предвидение, просто у меня такое чувство.

— У меня такое же чувство, но я не знаю, что нужно делать. — Я обнимаю ее за плечи. — Хочешь, я притворюсь провидицей? Ты будешь рассказывать мне свои видения, а я изображу, что они являются мне.

Тэсс, хихикнув, бодает меня в подбородок своей белокурой головкой.

— Нет, мы с тобой это не потянем. Это все слишком сложно, а ты вдобавок и врать толком не умеешь!

Я отстраняюсь.

— Это я не умею? Лучше на себя посмотри, а я…

Тэсс шлепает меня по коленке.

— Не умеешь. Ты думаешь, что у тебя выходит убедительно, но это не так. Так что твой план не сработает. Нужно еще что-то придумать.

Снова мне приходится думать, а не действовать. Это меня раздражает. И все опять складывается так, что нам нужно время, а вот его-то как раз и нет.

— Не смотри так. Мы обязательно что-нибудь придумаем. — Тэсс улыбается мне. — Я думаю, вместе мы можем справиться с чем угодно.

Я собираюсь отправиться к Саши на суд, но нигде не могу найти Тэсс. У меня для нее новости: Сестра Кора разрешила ей поехать с нами в Харвуд. Но сестренки нет ни в ее спальне, ни в библиотеке, ни в кухне. Я бегу в гостиную. Там Мэй и Перл играют в шахматы.

— Кто-нибудь из вас видел Тэсс?

Блестящие прямые волосы Мэй черной шалью ниспадают до самой талии.

— Она заскакивала с полчаса назад и расспрашивала о моих сестрах. Похоже, она за них переживает, из-за снега.

Я бросаю взгляд на окошко.

— Но снега нет.

— Видно, что он в любой момент может пойти, — говорит Перл, кутаясь в мягкий широкий шарф цвета лаванды.

— Там, где их держат, должно быть, очень холодно. Я дала Янгу для них одеяло. Посещения разрешены два раза в день, поэтому батюшка приносит им еду с утра, а Янг — после обеда. — Мэй переставляет свою королеву, и Перл издает стон. — Я хотела бы больше делать для сестер, но идти туда опасно, дорога очень неприятная, я и Тэсс об этом говорила. Идти приходится мимо доков, а там и грубияны, и карманники, и головорезы всякие.

От внезапно возникшего подозрения у меня по спине бегут мурашки.

— Так Тэсс что, расспрашивала об окрестностях скотобойни, где держат арестованных?

— Ну да. О том, где они расположены и что там вокруг. — Мэй съедает коня Перл. — Твоя сестренка — очень любопытная малышка. Она же, наверно, пока еще совсем не знает Нью-Лондона, правда?

— Да.

Подозреваю, что Тэсс именно сейчас пытается наверстать упущенное. Я извиняюсь и бегу в парадную гостиную, где меня ждут сестра София и Рори. Проклятие. Я собиралась пойти на суд, но положение критическое. Я подлетаю к Рори:

— Я не смогу… прости, тут еще кое-что случилось. Можешь сама сходить и потом все мне рассказать?