Ассоциация - Бентли Литтл

Морин спустилась к компьютеру и занялась своим сайтом. Барри поднялся в кухню перекусить.

Вскоре после полудня позвонил Майк.

– Видели извещение?

– Это ты нам его принес?

– Нет, я тоже такое получил. Хотел спросить, как ваши планы.

– Пока не знаю.

– Вам могут начислить штраф. Не заплатите – наложат арест на дом.

– Какое счастье, что мы живем в демократической стране.

– Мы живем в охраняемом коттеджном поселке, – поправил Майк. – Одно исключает другое.

– А ты что собираешься делать?

– Пойду на митинг.

– Я, наверное, тоже.

– Если хочешь, прихвачу для тебя бейсбольную биту.

Бейсбольную биту? От мысли о том, чтобы ударить битой другого человека, Барри пробрала дрожь.

– Думаешь, в самом деле дойдет до драки?

– Кто знает. На всякий случай надо подготовиться. Как говорится, чтобы потом не жалеть.

Повесив трубку, Барри сказал Морин, что пойдет на митинг. Единственная надежда предотвратить кровопролитие – показать, что жители поселка в состоянии дать отпор.

Он ожидал возражений, но Морин уже смирилась. Только сказала, что пойдет с ним. Раз уж никак не отвертеться, надо стоять плечом к плечу.

Весь день они не находили себе места. Время тянулось бесконечно. Пробовали браться за домашнюю работу, но отвлечься все равно не могли. В конце концов Морин устроилась на диване с журналом, а Барри сел смотреть телевизор – сначала судебную хронику, а потом политическое ток-шоу на Си-эн-би-си.

Они заставили себя поужинать раньше обычного и вместе помыли посуду. Потом посмотрели местные новости, общеамериканские новости, «Новости шоу-бизнеса».

А потом настало время идти на митинг.

Дождя сегодня практически не было, только днем чуть-чуть накрапывало, но жара спала, и вечер был непривычно прохладный. Морин накинула жакет, Барри надел рубашку с длинными рукавами. Заперев дверь, они отправились к воротам.

Солнце совсем недавно зашло. Если смотреть от дома, небо на западе еще озаряли рыжеватые отсветы, а внизу среди сосен уже сгустились сумерки. Ночь в лесу наступает рано.

Впереди на дороге виднелись еще люди: две пары и семья из четырех человек. Их силуэты чернели в свете редких фонарей. Барри и Морин шли молча, а впереди, у подножия холма, среди кустов и деревьев слышался ровный гул. Шум толпы.

За поворотом гул стал громче. Из боковой улочки появилась еще одна пара, освещая себе путь электрическими фонариками. Барри хотел поздороваться, завести разговор – может, они что-то знают о происходящем, – но люди были незнакомые, и он не решился подойти. Мало ли, вдруг это сторонники ассоциации…

Барри сжал руку Морин и замедлил шаги, выжидая, пока та пара подальше уйдет вперед.

Морин поняла без слов.

– Не угадаешь, кто на какой стороне, – шепнула она.

Барри кивнул.

– Осторожность не повредит.

Деревья слева кончились. Барри и Морин вышли на открытый участок. Бассейн уже был готов и даже наполнен – в воде отражалось черное небо. Правее виднелись деревянная опалубка и бетонный фундамент будущего клуба.

Добровольцы не сидели сложа руки.

Барри и Морин постарались быстрее миновать стройплощадку. В ужастиках, в том числе и его собственных, зло всегда обитало в местах с бурным историческим прошлым, а не там, где вовсе нет прошлого, одно только будущее. Но в Бонита-Висте все шиворот-навыворот. Недостроенный клуб и новенький бассейн отчего-то казались зловещими. Барри даже вздрогнул от отвращения.

Миновали дом Фрэнка и Одри. Прошли мимо освещенных теннисных кортов.

Поворот.

А вот и толпа.

Здесь собралось, наверное, около сотни людей. Мощные галогеновые прожекторы на крыше будки освещали большой кусок дороги. В ярком свете деревья вокруг выглядели плоскими, будто нарисованными. Большинство жителей поселка пришли пешком, хотя несколько машин тоже стояли у обочины – должно быть, на них приехали те, кто жил по ту сторону холма. Пикапы и легковушки выстроились в несколько рядов перед воротами, наподобие бастиона. В стороне, за будкой охранника, стояла машина шерифа.

Люди смеялись, пили пиво, болтали, словно на пикнике. Не подумаешь, что происходит нечто из ряда вон выходящее, если бы не четкая разделительная линия ворот – за ними было черно и тихо. А еще все собравшиеся принесли с собой оружие. Огнестрельное, правда, Барри увидел только у шерифа и охранника, зато многие держали молотки, бейсбольные биты и монтировки. Какая-то женщина сжимала в руке большой кухонный нож, ее собеседник помахивал бильярдным кием.

– Не нравится мне это, – прошептала Морин.

Барри тоже не нравилось. Очень неуютно видеть, как самые обычные люди – соседи, знакомые – готовятся сражаться с враждебно настроенной толпой.

– Идут! – крикнул кто-то.

Сквозь решетку ворот, поверх выстроившихся в ряд автомобилей виднелась цепочка огней. Огоньки приближались к Бонита-Висте. Барри вспомнились классические фильмы о Франкенштейне, где толпа разъяренных крестьян с вилами и факелами врывается в замок безумного ученого.

На этот раз, правда, не будет ни вил, ни факелов.

Разве что электрические фонарики.

И дробовики.

Толпа притихла, словно вдруг разом осознав серьезность момента. У Барри живот подвело от страха.

С той стороны к воротам начали подъезжать пикапы, старенькие «Шевроле», «Бьюики» и потрепанные джипы. Скоро их стало так много, что прибывающие машины уже не помещались на обочине и заняли всю проезжую часть.

Хитмэн с охранником, стоя возле будки, заряжали револьверы. Барри в который раз подивился, отчего шериф слушается ассоциацию домовладельцев Бонита-Висты, даже в ущерб служебному долгу. Он ведь не живет в поселке?

Или…

Барри сам поразился, как настолько очевидная мысль не пришла ему в голову раньше. Вот, например, Грег Дэвидсон – местный паренек, выбился в люди и переехал в Бонита-Висту. Что, если и Хитмэн?.. Это многое объясняет. Наверное, ему предложили здесь поселиться, еще и скидку сделали.

По ту сторону ворот захлопали дверцы машин. Один за другим замолкали моторы, хотя наружу никто пока не вышел. По толпе жителей поселка пробежал шепоток. Все повторяли одну и ту же фразу, однако говор заглох, так и не дойдя до того места, где стояли Барри и Морин.

Через минуту горожане дружно двинулись вперед. Плотная масса разъяренных фермеров, строителей, механиков и мелких предпринимателей намеревалась штурмом взять ворота. Барри узнал кое-кого в толпе. Хэнк. Джо. Лайл. Берт. Тошнота подступила к горлу, но, что ни говори, инстинкт самосохранения всегда берет верх над принципами. Если нападут – Барри готов защищаться.