Похороны куклы - Кейт Хэмер

Пять утра.

Я проснулась. Посмотрела в окно. Я знала, что нужно делать. Уверенность сгустилась за ночь, вползла в меня, как плотный низовой туман вползает в землю. Охотник. Собиратель, но не того, что смертно, не человеческих останков. Сейчас нужно было выйти на охоту. Добыча была готова, она почти желала, чтобы ее нашли. Я чувствовала, как она ждет, ждет, ждет меня. Я слышала прошлой ночью ее резкий голос, звавший меня по имени откуда-то снаружи. «Где ты? – кричала она. – Мне смертельно нужно с тобой кое-чем поделиться».

Подушка Сандры пустовала – ее спящего лица на месте не было. Я второпях оделась, у меня дрожали пальцы, пока я застегивала на пальто пуговицы с якорьками. Посидела на кухне, попила чаю, пока не рассвело, а потом вышла из дома, чтобы в третий и последний раз навестить пустое дерево.

– Глядите-ка, – сказал Криспин, привалившись к дереву, внутри которого скрывалась его гниющая плоть. – А ты не спешила. Я тут, по-моему, уже лет сто, совсем один. Понятия не имею, куда все делись.

Его глаза цвета металла блеснули, обратившись на меня, словно он подозревал, будто это моя вина – что, наверное, отчасти так и было. Он напомнил мне картинку из «Маленького принца»: брюки заправлены в сапоги, плащ, утомленный вид. Я заставила себя взглянуть на сердцевину пустого дерева, чуть правее глаз Криспина.

– Ты что там увидела? – резко спросил он.

– Ничего.

Я отвела глаза от торчавшего вихра, – который ушел глубже с тех пор, как я здесь была, погрузился в дерево, – и снова посмотрела Криспину в лицо.

Я не знала, как начать.

– Ты не устал? – спросила я, словно престарелая тетушка, осведомляющаяся, как он себя чувствует.

Вот же неуклюжая.

– С чего ты вдруг? Я редко устаю, – зыркнул на меня Криспин.

– Ясно.

Я опустила глаза и потыкала носком ботинка в толстый слой слежавшихся листьев и рыхлую мягкую землю. Стебли стелющегося плюща уже начинали цепляться за кору пустого дерева, снова запечатывая его.

– Ты уверена, что с тобой все нормально? – спросил Криспин. – Ты как-то похудела, я смотрю.

Несмотря на насмешливый тон, пальцы его тревожно заметались по карманам плаща.

– На что ты смотришь? – повторил он, и я отвела глаза от клочка золотистых волос, присыпанных кусочками коры и земли; теперь за них зацепился еще и мертвый бурый лист.

– Криспин, – начала я, охваченная внезапным вдохновением, – ты еще не был в Африке? Элизабет мне как-то сказала, что ты больше всего на свете хотел туда поехать.

Он посмотрел на меня настороженно, с подозрением. Серебристые глаза снова потускнели до матового металла.

– А что? Ты пытаешься от меня избавиться?

Я покраснела и пожала плечами:

– Нет, конечно. Просто она мне как-то сказала, что у тебя есть карта и что ты ее все время рассматриваешь, выучил все названия…

Его плечи обмякли.

– А, да. Странно. Я об этом чуть не забыл. Все бы отдал, чтобы снова увидеть ту карту. В последние дни ничего не могу найти. Там Ботсвана, и еще мне нравился Свазиленд. Хотел бы я когда-нибудь побывать у шаманов.

Я порылась в подлеске.

– Вот она, – сказала я, показывая Криспину карту.

– Как здорово, что она опять у меня.

Его глаза засияли, потом снова потускнели.

– Мне здесь стало довольно непросто. Раньше за меня многое делала ты, но потом ты, кажется, ушла. Знаешь, так нельзя, я так сильно старался тебя заполучить.

– Ты о чем? Ты с самого начала был против того, чтобы я осталась. Ты ревновал Элизабет и Тома. Ты ни с кем не хочешь их делить.

Он пожал плечами.

– Думай как знаешь.

Потом его глаза потемнели, и он склонил голову к плечу.

– От того, чего не знаешь, вреда не будет.

Несмотря ни на что, он по-прежнему мог меня доставать. От раздражения закололо в затылке.

– Опять ты со своими штучками. Поспорить готова, ты тогда знал, что это заяц, да? Ты нарочно заставил меня его убить, потому что решил, что так будет смешно?

Он вздохнул и посмотрел вдаль. За его спиной зашуршало какое-то мелкое создание, и он обернулся его послушать.

– Может быть, – наконец произнес он. – Я всегда любил пошутить. Хотя… шутки не всегда были такими злыми. Но я заскучал, мне не нравилось, как все шло в последнее время. Если бы я знал, как из этого выпутаться, так бы и сделал.

Он впервые выглядел по-настоящему напуганным.

Я не должна была спрашивать. Не должна. Разве Том мне не говорил, что людей когда-то наказывали за вторжение в тайны мертвых? Что есть вещи, которые не должны знать те, кто живет и дышит, но Криспин стоял передо мной, и я не смогла удержаться. Мне хотелось вглядеться в могильную тьму и увидеть, что там.