Улыбка монстра - Виктор Точинов

Выступление закончилось, зрители покидали трибуны дельфинария. Хэммет вышел с общим потоком и вновь — второй раз за сегодняшний день — повернул к океанариуму. Вновь купил билет и опять двинулся по тоннелю с прозрачными сводами, проложенному по дну бассейна с морской водой. Но сейчас его не интересовали экзотические виды рыб, морских членистоногих и моллюсков, — их он внимательно изучил во время первой прогулки. Изучил и убедился: гвоздя программы — четырехметровой белой акулы — в океанариуме нет. Хотя она упоминалась в рекламной брошюрке аквапарка, купленной сегодня Хэмметом в Трэйк-Бич…

Сейчас Хэммет обращал внимание совсем на другое — и увидел-таки искомое.

Мужчина в униформе аквапарка, с пластиковым ведром-контейнером в руке, прошмыгнул по тоннелю и исчез за крохотной дверцей без надписей.

Вид у мужчины был достаточно обнадеживающий: беспокойно бегающие глаза, нос и верхняя часть лица набухли красными прожилками.,.

«Белая рвань» — подумал Хэммет с презрением. Этот термин, родившийся южнее линии Мейзон — Диксон, вполне подходил к скрывшемуся в служебном помещении индивиду[5]. Детектив дождался, пока группа посетителей пройдет мимо, и решительно толкнул неприметную дверь без таблички.

Молдер, Трэйк-Бич, 24 июля 2002 года, 15:21

После седьмого «скрудвайзера»[6] — а иных прохладительных напитков экс-адмирал не признавал — Молдер узнал всё. Ну, или почти всё, что происходило с мистером Косовски за двадцать лет отставной жизни в Трэйк-Бич. Знал имена его многочисленных знакомых, и вес рекордных рыб, пойманных старым джентльменом, и много чего еще… Вот только о дне, ставшем роковым для семейства Беркови-чей, расспросить никак не удавалось. Косовски с удивительной ловкостью переводил разговор на иные происшествия, имевшие место в Трэйк-Бич, — и употреблял очередной «скрудвайзер».

Наконец жажда старика слегка умерилась. И неожиданно он без обиняков, конкретно и точно, начал рассказывать.

— Я ловил как раз на границе бухты и озера, на перепаде глубин. А они, отец с сыном, проплыли мимо меня около одиннадцати утра — может быть, чуть раньше. На надувной лодке с электромотором — на никуда не годной, скажу вам прямо, сэр, тайваньской лодке. Дешевка, больше одного сезона не выдерживает, Это Молдер зная. Знал он и о том, что лодка до сих пор не найдена.

— Скажите, — спросил он, — эта дешевка могла попросту лопнуть и моментально уйти на дно? Например, воздух в баллонах перегрелся, и…

— Исключено, сэр! Да, у всех подобных лодок есть главный дефект — через два-три месяца использования швы начинают пропускать воздух. Но моментально от этого на дно не отправишься… Итак, я продолжаю. У них были заброшены два спиннинга — блесны тащились за лодкой. Спиннинги — обратите внимание — были тяжелые, мощные, больше подходящие для морской ловли, с очень толстой леской. И мальчишка крикнул мне, что они едут ловить старину Трэйка — ни больше и ни меньше. Потом они вышли в озеро, а я остался на том же месте, спиной к ним, и не видел, как проходит их рыбалка.

Молдеру стало грустно. Слова старика лишь подтверждали показания миссис Беркович — не доверять которым и без того оснований не было. Похоже, и время, и «скудвайзеры» были потрачены зря.

Словно услышав его мысли, Косовски сказал:

— Все это я рассказал и шерифу Кайзерманну. И он меня внимательно выслушал. Но вот о чем он не пожелал слушать…

Старый джентльмен сделал многозначительную паузу. Молдер вздохнул и заказал еще один коктейль. Пару раз приложившись к бокалу, Косовски продолжил:

— Спустя какое-то время я встал в лодке — оглядеться, размять ноги… И, оглянувшись, увидел лодку Берковичей. Она как раз исчезала за каменистым мысом, что отделяет бухту от озера, и двигалась к середине Трэйклейиа. И вот что я скажу вам, сэр: лодка двигалась кормой вперед! А один из спиннингов был согнут просто-таки в дугу!

— Очевидно, им попалась рыба?

— Я ловлю здесь двадцать лет, сэр! И с немалым успехом! Уверяю вас; ни один из подводных обитателей Трэйклейна не смог бы так согнуть эту мощную конструкцию — морской спиннинг! Вернее, смог бы, но только один-единственный…

— Биг-Трэйк?

— Он самый! Или его брат-близнец, или случайно заплывшая сюда русская субмарина, или проснувшийся от спячки плезиозавр, но никак не обычный здешний озерный лосось.

— Вы достаточно долго видели лодку и согнутый спиннинг?

— Секунды две-три, потом их закрыл от меня поросший кустарником мыс.

— А солнце? Оно светило вам в глаза или в спину?

— Естественно, в глаза. Я всегда сижу в лодке спиной к солнцу, иначе от бликов на воде недолго заработать снежную слепоту…

Понятно, почему шериф отмахнулся от этих показаний, подумал Молдер. Тем более что они шли абсолютно вразрез с интересами и Кайзерманна, и его покровителя.

— Скажите, мистер Косовски…

— Зови меня просто Фрэнком, парень! — безапелляционно заявил экс-адмирал. «Скрудвайзеры» на жаре сделали-таки свое дело, и слово «сэр» из его речи напрочь исчезло.

— Скажите, Фрэнк, а вы сами верите в Биг-Трэй-ка? В то, что за этой легендой стоит что-то реальное?

На этот раз Косовски ответил после долгой паузы.

— Как вам сказать… Когда был на двадцать лет моложе — верил. Ну, не совсем в то, что тут не один век живет лосось длиной с катер, — скорее, что в озере действительно водятся суперрекордные экземпляры, способные сокрушить любую снасть. Слишком многие видели в воде нечто. Очень большое нечто. И отнюдь не все они были любители приврать за стаканом. Кое-кто вполне заслуживал доверия… В общем, я верил и довольно долго пытался изловить старину Трэйки. Собственно, я и поселился здесь во многом из-за этого. Вы знаете, каков размер премии за его поимку? Если бы покойный Беркович или кто-то еще подцепил его в этом году, «Биг-Трэйк-фонд» раскошелился бы на семь миллионов двести тридцать шесть тысяч долларов, не больше и не меньше. В следующем году сумма вырастет.

— Так много? — удивился Молдер. — Я слышал, что сумма превышает миллион, но чтобы настолько…

— Руководство фонда — а во главе там стоят Вайс-гер и его родной брат — предпочитает не слишком ее рекламировать. Очевидно, опасаются, что в противном случае тут будет не продохнуть от ловцов, пытающихся добыть Трэйка не самыми законными, но весьма дорогостоящими способами, — и это отпугнет остальных отдыхающих. Но у меня свои источники информации…

— Как же могла сумма настолько вырасти? — В голосе Молдера слышалось сомнение. — Первоначально, шестьдесят с лишним лет назад, премия составляла двести тысяч, правильно? При стандартных и даже повышенных банковских процентах семи миллионов никак не наберется…