Улыбнись и умри - Роберт Лоуренс Стайн

Эй, ты зачем это сделал? — удивился Джон.

Я… я… нечаянно, — запинаясь, пробормотал я и вытянул карточку из щели камеры. — Я не хотел. Правда.

Мы с Джоном оба замигали, чтобы избавиться от ярких пятен, мельтешащих в глазах.

Это что, самопроявляющая камера? спросил Джон. — На вид она слишком старая, чтобы быть самопроявляющей.

Да, я знаю. — Я подержал в воздухе карточку, чтоб она проявилась, а про себя молил бога, чтоб там не было чего-нибудь ужасного. Ну пожалуйста, пожалуйста, пусть с Джоном на снимке будет все в порядке.

Свободной рукой я достал из кармана фонарик и стал светить на пленку. Изображение медленно проступало.

Я смотрел на крошечный снимок. Вот стало проступать лицо Джона. Глаза закрыты. Рот приоткрыт, и на лице странное выражение. Но не успел я толком рассмотреть, что выходит, как Джон вырвал у меня снимок. Он поднес его к глазам и стал рассматривать.

— Эй, что это за камера?

Я подошел сзади, чтобы разглядеть, что получилось.

— О нет! — застонал я.

Снимок вышел яркий и четкий. На нем Джон орал от боли. Глаза у него были закрыты. А рот растянулся в неистовом мучительном крике. Он задрал ногу и обеими руками схватился за свою кроссовку. Он схватился за кроссовку, потому что из нее торчал огромный гвоздь. Огромный плотницкий гвоздь. Палубный. Размером с карандаш. Прямо торчал из ступни!

Джон засмеялся и повернулся ко мне.

— Вот так-так. Что это за камера такая? Это что, камера шуток?

Я сглотнул. Я-то знал, что это не шутка. Все ужасное, проявляющееся на снимках, все совершалось на самом деле.

"Как мне уберечь Джона от этого гвоздя, на который он, вероятно, наступит? Что я могу сделать? Попробую предостеречь его, — решил я. — Придется рассказать ему всю правду об этом аппарате".

Вот это да! — воскликнул Джон, рассматривая фото. — Клево! Это же я! Но как же она работает?

Ничего тут клевого нет, — начал я, запинаясь. — Это все жуть, Джон. Эта камера — воплощение зла. На ней проклятье. Фото всегда показывает правду.

Он засмеялся.

— Так-таки правду?

Я знал, что он не поверит мне. — Ладно, — говорю, — только будь осторожен. Снимок не врет. Это не шутка.

Он снова засмеялся.

Пронесся ветер, и высокая трава зашуршала. Черные тучи затянули луну. Стало совсем темно.

Мне нужна камера, Джон. Всего на один день.

Это такая клевая камера, — неуверенно сказал Джон. — Даже не знаю. Может, мне лучше взять ее домой.

Я верну ее завтра днем, — пообещал я. — Мне только надо взять ее в школу.

Джон скривил губы, напряженно думая.

Лучше я спрошу папу. — Он показал на бревенчатую стену под деревьями. — Он там с архитектором. Они обсуждают план нового дома.