Перемены - Джим Батчер

— Это больше не повторится, — пробормотала она, но я увидел, как она поежилась.

Я скептически хмыкнул, глядя на нее сверху вниз.

Молли была не готова. Ни к чему из того, что мы собирались делать. Слишком много самоуверенности, слишком мало здравого смысла.

Что огорчало. В ее возрасте я уже поработал в подручных у частного детектива и открыл свой бизнес. И уже больше пяти лет жил под Дамокловым Проклятием.

Ну, конечно, опыта у меня тогда было побольше. Первое знакомство с темной магией в лице моего первого наставника Джастина Дюморна у меня имело место в десяти- или одиннадцатилетнем возрасте, хотя тогда я еще не знал, чем это обернется. Ну а потом я пережил и едва ли не круглосуточное наблюдение со стороны параноидального Стража Моргана.

В общем-то, этот отрезок жизни длился не так уж долго, зато он был под завязку набит болезненными жизненными уроками. Я успел напринимать уйму глупых решений и каким-то образом пережить все их последствия.

Зато я не пасовал в такой острой ситуации, как эта. Возможно, тролль под мостом или один-два раздосадованных духа не самое страшное, что бывает на свете. Однако они подготовили меня к тому, с чем я сегодня столкнулся.

Молли сама очертя голову полезла в западню. Она уже обжигалась прежде, но даже у меня уходило не больше одной попытки на то, чтобы усвоить урок.

Следующего испытания она могла и не пережить.

Она подняла на меня взгляд.

— Что? — спросила она.

— Нам надо шевелиться, — сказал я. — Пока вы трое играли с Ик'к'… с Ик-ку-ку-качу… — Я сморщил нос, пытаясь вспомнить, как звали гадину, и не смог. — С Иком, в общем, я пообщался с Ээбами. В некотором — аморальном, преступном смысле — они просто очаровашки. Томас был прав: они охотятся за мной, ищут удобного случая. Мы уходим.

— Куда?

— В церковь Святой Марии, — ответил я. — Красная Коллегия не может ступить на священную землю, и Сьюзен известно, что я уже пользовался этим местом в качестве убежища. Они с Мартином смогут найти меня там. И мне нужно передохнуть немного.

Она кивнула, поднимаясь.

— Ладно. Ладно. Пойду возьму вам смену одежды, хорошо?

— Сначала вызови такси, — возразил я. — И упакуй тайленол. И немного корма для Мыша.

— Верно. Идет.

Я стоял, опершись на костыли, и смотрел, как она мечется по комнате, собираясь. Я не рисковал садиться. Тайленол снял самую острую боль, и мои мысли, пусть усталые и не слишком быстрые, снова соединились с телом. Я не хотел снова погрузиться в апатию.

— Повтори это пять раз подряд и быстро, — буркнул я себе и сделал попытку. В основном для того, чтобы занять себя — ну, и хоть с этим у меня было меньше возможности облажаться.

Немного позже дежуривший наверху, на улице Мыш негромко гавкнул, и Молли устало поднялась по ступенькам.

— Такси пришло, Гарри, — окликнула она.

Я двинулся из дома. Подниматься по лестнице на костылях — не подарок, но я такое уже проделывал. Я поднимался не спеша, экономя силы.

— Берегись! — взвизгнула Молли.

Прилетевшая неведомо откуда бутылка разбилось о стену лестничного приямка, ее содержимое расплескалось вокруг и тут же воспламенилось. Старый добрый коктейль Молотова и теперь, спустя сто лет, все еще является эффективным оружием. И действие его не ограничивается простым горением. Столь жаркий огонь буквально высасывает из окружающего воздуха кислород — особенно в узком приямке, превращающемся в подобие дымохода. И для того, чтобы вас обожгло, горючей смеси вовсе не обязательно попадать непосредственно на вас. При достаточно жарком огне он сжигает плоть даже на расстоянии пары футов, превращая окружающий воздух в духовку.

Я поднялся всего на две или три ступеньки, но успел отпрянуть прежде, чем меня обожгло. Я попытался упасть на здоровую ногу, решив, что и она должна получить шанс позабавиться. Приземлился более или менее так, как хотел, и больно было как черт-те что, но сознания я по крайней мере не потерял. Однако взвизгнуть все-таки взвизгнул — ряд трехэтажных ругательств, а огонь тем временем ревел вокруг меня и перекинулся с приямка на остальную часть дома, с голодным энтузиазмом вгрызаясь в старое дерево.

— Гарри! — крикнула Молли откуда-то из-за языков огня. — Гарри!

Мыш оглушительно лаял. Я поднял взгляд и увидел, что огонь лезет вверх по фасаду. Пожар начался с улицы. Ко времени, когда сработают датчики внутри дома, спасаться будет уже поздно.

В столь поздний час этажом выше меня миссис Спанкелкриф наверняка спит, не подозревая об опасности. А на втором этаже — Уиллоуби, мои пожилые соседи, и все потому, что им не посчастливилось жить в одном доме со мной.

Я уронил один из костылей, и он загорелся. Пытаться прибегнуть к магии я не мог — до тех пор, пока не поем и не отдохну немного. Блин-тарарам, да я даже не знал, смогу ли стоять без посторонней помощи. Но если я не сделаю что-нибудь, в огне пожара погибнут три невинных человека. Это не считая меня самого.

— Давай, Гарри, — сказал я себе. — Ты не калека, ты просто неуч.

Огонь ревел уже высоко над головой, и это мешало мне поверить в собственные слова.

Но я уперся руками в пол и начал подниматься.

— Шевелись, Дрезден, или умрешь, — рявкнул я себе, стараясь не обращать внимания на клубившийся в груди ужас. — Шевелись или умрешь.

Признаюсь, второе представлялось мне на порядок более вероятным.