Подарок убийцы - Гапарон Гарсаров

Впрочем, охранник, подъехавший к университету в условленный час, ничуть не проявлял интереса к внешности студентки. Он вообще был немногословен и, казалось, торопился поскорее закончить работу. Лавра поблагодарила его, предвкушая горячую ванну и сон, но в квартире Холодовых её поджидал очередной на сегодня сюрприз.

– Привет! – воскликнул Рудольф, встретив девушку в прихожей квартиры Холодовых. – Я уж думал, ты сегодня не придёшь.

– Здравствуй, – растерялась Гербер. – А что случилось?

Орфин достал из своего портфеля бутылку с коричневой жидкостью и радостно потряс ею перед студенткой.

– Решили с Глебом выпить, – пояснил парень, изучая потрёпанный вид Лавры.

– Ну сколько можно ждать! – возмутилась Екатерина Львовна, выглянув со стороны столовой. – Давай, проходи уже, а то еда стынет…

Признаться, предложение оказалось как нельзя кстати. В Вольске Лавра ничего есть не стала. Да и после нападения Стреглова и мантий аппетит пропал на несколько часов. Но сейчас, в тёплой домашней обстановке, девушка поняла, что сильно голодна. Вот только Рудольф мешался под ногами, дожидаясь, пока она пройдёт к столу первая. Ей-богу, это «джентельменство» начинало раздражать Гербер.

За столом сидел Глеб Валентинович и ещё какой-то мужчина. Лавра видела его впервые, но на всякий случай поздоровалась. Екатерина Львовна вместе с прислугой как раз меняли тарелки. Орфин торжественно водрузил бутылку на середину стола, чему все тут же обрадовались. Видимо, это был какой-то дорогой алкоголь.

– Я удивляюсь твоему усердию, – восхитился Рудольф, усадив Лавру возле себя. – Глеб сказал, ты провела в библиотеке весь день. Я, например, ужасно не любил возиться с книгами.

– А мне, наоборот, это нравится, – пожала плечами студентка. На самом деле, разговаривать с ним ей хотелось меньше всего. Она не была настроена на общение с Марининым кавалером. Тем более после сражения в обгоревшем бараке хотелось побыстрее принять горячую ванну и поесть чего-нибудь вкусненького.

– Надо иметь железное терпение, чтобы заниматься одной лишь учёбой, – продолжал осыпать её комплиментами Орфин.

– Только оно у меня и осталось, – сообщила Лавра.

– Мариша точно такая же, – вставил Глеб Валентинович, сидя напротив них. – Постоянно с книгами, качает что-то с интернета и сидит, уткнувшись в монитор. Я уже боюсь, что она глаза так себе быстро посадит.

– Лучше бы ты боялся, чтобы она не попала к лапы к этим бандитам, – парировала Екатерина Львовна.

– Так а уже известно, кто за всем этим стоит? – полюбопытствовал Орфин.

– Ну, наша доблестная милиция молчит, – ответил Маринин отец. – А я работаю в этом направлении. Думаю, когда мои ребятки найдут дебилов, лично пооткручиваю им головы.

– Глеб! – возмутилась госпожа Холодова. – Гости же!..

– Я полностью Вас поддерживаю, – сказал Рудольф, и перед ним поставили тарелку с салатом. – Когда власть бездействует, не остается ничего другого, как брать инициативу в свои руки.

– Вот ты наш человек! – похвалил его Глеб Валентинович и схватился за бутылку.

Следующие полчаса присутствующие пробовали диковинный алкоголь. Орфин вёл себя в высшей степени любезно. Лавра же витала сейчас совсем в другом пространстве, нацепив на лицо маску внимательного зрителя. Пару раз Рудольф спрашивал у неё что-то насчёт их недавней дискуссии, но Гербер быстро уходила от такого разговора, делая вид, будто увлечена ужином. В действительности, она пыталась переварить далеко не только салат и восхитительный свекольный суп. Куда больше её интересовали новые обстоятельства.

Прежде всего, странная невиновность Стреглова. Нет, конечно, всецело верить ему было нельзя. Но после нападения таинственных красных мантий сомнения в слова Андрея Дмитриевича рассеивались. Привлекать к себе постороннее внимание ему было, действительно, невыгодно, учитывая, что его разыскивают все спецслужбы. К тому же, к ненормальному Пете в клинику наведывались двое подозрительных парней. Они тоже искали Стреглова-старшего и интересовались Лаврой. Если взять историю археолога про последователей Бальваровского за истину, то, сто процентов, теми двумя ребятами были именно они. И странная тётя Тамара, родственница Андрея Дмитриевича, тоже упоминала про странных людей, которые расспрашивали её о племяннике.

С другой стороны, Стреглов, отвязавшись от настырных летающих мантий, бросился ловить не тех, кто виновен в краже его ненаглядных сокровищ, а беззащитную и абсолютно не опасную для него студентку, которая желала лишь поскорее убежать от врагов. Если бы не шокер, неизвестно чем бы закончилось их общение в той башне, в которой Лавра обезвредила археолога.

Да, ситуация вырисовывалась совершенно запутанная. Кому верить, а кому нет, Лавра уже не понимала. И если умение летать у археолога объяснялось какой-то конструкцией, спрятанной под его бесформенным одеянием, то как тогда парили в воздухе подозрительные «мантийцы»? Помнится, никаких механических звуков при их появлении Гербер не уловила. Впрочем, перед приходом Стреглова в барак тоже не было слышно особого шума. А ведь мужчине удалось как-то взобраться к потолку и поймать Лавру в самый неожиданный момент.

– Ты не желаешь попробовать? – обратился к ней Рудольф, вернув из мира размышлений в столовую Холодовых.

Выглядел парень сейчас очень соблазнительно – с лёгким румянцем, без галстука, в бежевой рубашке. Он как раз разливал очередную порцию бренди, поставив перед задумчивой Гербер резную рюмку.

– Пожалуй, да, – согласилась тут же Лавра, чувствуя, что от перенапряжения сегодня спасёт только алкоголь.

– У тебя отстранённый вид, – подметил Орфин. – О чём думаешь?

– Да я увлеклась дипломной работой и теперь погружена в тексты.

– Как интересно. И о чём же твоя работа?

– Весьма занимательная история, – оживилась девушка. – Если есть время, могу поделиться…

– Времени у меня – вся ночь, завтра ведь воскресенье.

Действительно, часы в столовой показывали уже половину одиннадцатого. Глеб Валентинович уже успел захмелеть. Маринина мама тоже угостилась парой рюмок. Они о чём-то беседовали с тем мужчиной, который, как выяснилось, был бухгалтером какой-то крупной партнёрской фирмы.

– Товарищи, давайте на десерт перейдём в гостиную, – попросила Екатерина Львовна.

Лавра, попробовав напиток Орфина, с удивлением обнаружила чудесный вкус. А спустя минуту её напряжение стало вдруг сходить на нет. Голова сделалась лёгкой, на душе потеплело. Только вот тело стало каким-то менее поворотливым. Поэтому девушка присела перед журнальным столиком на диван, а Рудольф с двумя бокалами устроился в кресло напротив.

– Так о чём же твоя дипломка? – напомнил он.

– Об одном малоизвестном князе, – охотно начала Лавра. – Его звали Скопий Бальваровский, он был приближённым киевского правителя – Святополка Изяславича. Когда верховный князь умер в 1113 году, в Киеве случилось восстание горожан. Они были недовольны ростовщиками и свитой князя. Так вот, воспользовавшись народными волнениями, Бальваровский похитил драгоценности покойного властителя и скрылся в неизвестном направлении. Долгие годы учёные били головы, куда он запрятал сокровища. И оказалось, что тайник находился в нашей области, в монастыре Хеста, слышал про такой?