На краю всего - Джефф Джайлз

Икс шагнул под укрытие и сел, не говоря ни слова. Над ними дождевая вода падала на верхушку каменной волны, а потом стекала с ее выступа, словно занавеска из бусин. Икс смотрел на океан, на гальку у себя под ногами, на гладкую вогнутую скальную стенку позади себя – на все, кроме мужчины, сидящего рядом.

– Это надолго, – сказал мужчина.

Иксу захотелось повернуться, заговорить, однако оказалось, что он на это не способен. Мужчина продолжал болтать, нисколько не смущаясь.

– Стенка просто обалденная! – объявил он, указывая на скалу позади них. – Песчаник. В жизни ничего более классного не видел.

Икс наконец повернулся к нему.

Мужчина казался безобидным, словно листок дерева.

Икс пытался придумать, что ответить, но в голове у него царила такая буря, что все мысли исчезли.

Мужчина приглашающе улыбнулся.

– Первый раз в Канаде? – спросил он.

Икс наморщил лоб.

– Это Канада? – уточнил он.

Мужчина расхохотался – и Икс с облегчением понял, что он принял эти слова за шутку. Мужчине было за сорок. У него оказалась копна каштановых волос и удивительные зеленые глаза, которые Икс почему-то узнал. Под курткой на нем была замусоленная одежда. Сапоги, куртка и очки были отремонтированы одинаковой блестящей черной летной. От его одежды пахло рыбой. Мужчина заметил, что Икс обратил внимание на этот запах.

– Занимался подледным ловом, – объяснил мужчина. – Здесь чертовски трудно хоть чем-то зарабатывать.

Икс ощутил, как от его добычи идет мощная волна одиночества. Обычно он даже не пытался понять, что творится в душах людей, но вот одиночество было одним из немногих чувств, которые он считал себя вправе оценивать.

Мужчина стянул перчатку и протянул Иксу руку.

– Я – Лео Ригли, – представился он. – А тебя как зовут?

Икс уставился на кисть мужчины – ярко-розовую, в пятнах от холода. Он не мог заставить себя ее пожать. Это из-за того, что этот человек сделал? Или из-за того, что Иксу стыдно, что ему предназначено его убить? Он сам этого не понимал, но руки у него словно были примотаны к туловищу.

Улыбка мужчины погасла. Он убрал руку и адресовал Иксу долгий обиженный взгляд.

Только теперь Икс понял, почему ему показались знакомыми глаза этого человека: они были похожи на глаза Джоны.

Икс встал. Ему необходимо было уйти. Боль стала слишком сильной.

– Ты такой же Лео Ригли, как и я, – сказал он мужчине. – Может, сейчас ты так себя и называешь, но это не твое подлинное имя.

Икс нырнул под занавесь дождя, стекавшего со скалы, и зашагал к шумному морю. Он думал о Зое. Он сейчас отправится к ней и повидает в последний раз, прежде чем спуститься в тот единственный дом, которого он заслуживает. Он понятия не имел, как он ей скажет – и скажет ли вообще, что ее отец по-прежнему жив.

16

Воскресным утром Зоя проснулась обалдевшая, словно ей ввели в вены дозу света. Тело у нее болело после спуска в пещеру, но это была правильная боль: боль спортсмена. В девять мать заглянула к ней и спросила, не хочется ли ей поехать с ней в город. Зоя даже голову к двери повернула с трудом.

– Только если у тебя найдутся носилки, – объявила она.

– Просто великолепно! – Мать наклонилась и погладила ее по голове. – Теперь у меня двое детей, отказывающихся выходить из дома.

– Хватит, хватит! – запротестовала Зоя. – Мне больно!

– Волосы болят? – изумилась ее мать. – А так вообще бывает?

– Оказывается, да, – подтвердила Зоя.

Когда мама ушла, Зоя осторожно передвинулась на край кровати: мышцы ее протестовали даже против такого короткого путешествия. Встав на ноги, она проковыляла из комнаты и, шатаясь, дошла по коридору до комнаты Джоны. Там, с криком: «Подвинься, козявка!» – она рухнула на его кровать спустя долю мгновения после того, как он из нее вылез.

Послушав стоны сестры минут пять, Джона забрался обратно на свою божью коровку, поцеловал ее в щеку и объявил:

– Ты не в состоянии быть главной.

Он спустился на кухню и начал производить страшное количество шума, сооружая ей завтрак. Зоя слышала, как множество приборов пищат, мелят и жужжат (микроволновка, блендер, соковыжималка, сушилка… тестомешалка?), так что с содроганием думала о том, что ее ждет. Однако Джона впервые за много дней был… похож на Джону. А все потому, что она спустилась в пещеру. Она сплясала бы, если бы ее тело было готово к таким подвигам. Джонин ноут был открыт на полу. Он сделал ее снимок «Я ВЕРНУСЬ» фоном рабочего стола.

В 9.30 Джона открыл босой ногой дверь и вошел с подносом для завтрака, который церемонно поставил рядом с Зоей. Зоя с трудом села. Посмотрев на поднос, она изумленно обнаружила, что Джона потратил тридцать минут на миску с хлопьями, стакан шоколадного соевого молока и пузырек с болеутоляющим.

– А что там был за шум, козявка? – спросила она.

Джона пришел в недоумение.

– Я просто играл! – жизнерадостно ответил он. – Ты что, решила, что я готовлю тебе яйца-пашот? Мне восемь лет!

* * *

Позже Зоя прохромала вниз и устроилась на диване. В последнее время она проводила там так много времени, что подушки промялись в форме ее тела. Она попыталась делать задание по алгебре, но даже задачник, похоже, понял, что ее мысли заняты другим: «Найти Икс», – предлагал он ей.

Зоя подремала, потом несколько раз перечитала заметку про Стэна (откуда у Икса взялась фиолетовая ковбойка?). И она даже получила полдник: Джона сделал ей сэндвич с арахисовым маслом и бананом на хлебе без клейковины всего за 35 минут. Ближе к вечеру ей стало так скучно, что она выкрутила Вэл руки и заставила приехать с помощью жалоб на боли и отправки пяти сэлфи, где корчила все более несчастные рожицы.

Вэл заявилась к ней в пижаме: красные фланелевые брюки и розовая футболка с надписью «Хочу быть домохозяйкой». Как всегда, с ней в дом ворвался огромный заряд энергии. Она почесала Споку и Ухуре животы. Она накрасила Джоне ногти на ногах зеленым лаком. Она расписывала Зое свою девушку, Глорию, в таких подробностях, что это звучало дико, потом трогательно, а потом снова дико. Время в обществе Вэл текло так легко, что Зоя чуть не расплакалась от чувства благодарности. Это было сравнимо с тем, как тебя несет приливом.

Когда только начало темнеть, они услышали подъезжающий грузовик. Ноги у Зои так онемели, что подгибались, пока она шла к окну.

– Это Даллас, – объявила она.

– О! – откликнулась Вэл. – Это будет интересно.

– Ты не будешь вредничать! – потребовала Зоя.

– Вряд ли, – ответила Вэл.

Джона побежал к двери. Запястье у Далласа по-прежнему было забинтовано после того падения, и он нес пакет из магазина, но Джона потребовал, чтобы его доставили в гостиную на закорках, что и было сделано. Зое всегда было немного больно при виде того, как ее брата радует присутствие в доме парней. Это было похоже на сигнал сонара в подводной лодке. Зоя понимала, что даже взятые вместе Икс, Руфус и Даллас не заполнят той пустоты, где раньше был их папа.