При свете луны - Дин Кунц

– Калифорния. Диснейленд. Голливуд. Мост Золотые Ворота. Ты понимаешь, Калифорния.

– Калифорния, – подхватил Шеп. – Площадь сто шестьдесят три тысячи триста семь квадратных миль.

– Ты прошел сквозь стену в Калифорнию? – голос Джилли не оставлял сомнений в том, что она ему не верит.

– Да. Почему нет? А куда, по-твоему, мы отправились? В Нарнию? В страну Оз? К центру Земли? Калифорния – место куда более странное, чем упомянутые выше.

Шеп, похоже, многое знал о родном штате.

– Население примерно тридцать пять миллионов четыреста тысяч человек.

– Но я не думаю, что мы прошли сквозь стену, – добавил Дилан, – или вообще сквозь что-то. Шеп сложил здесь и там.

– Самая высокая точка, гора Уитни…

– Сложил что и куда?

– …четырнадцать тысяч четыреста девяносто четыре фута над уровнем моря.

Теперь, когда злость ушла, а облегчение принесло с собой спокойствие и ясность ума, Джилли поняла, что Дилан в восторге. Немножко нервничает, да, немножко боится, есть и это, но в основном в восторге, его просто переполняет мальчишечий восторг.

– Он свернул реальность, возможно, время и пространство, может, и первое и второе, может, только второе, но соединил здесь и там. Что ты сложил, Шеп? Что именно ты сложил?

– Самая нижняя точка – Долина смерти…

– Похоже, какое-то время он будет говорить только о Калифорнии.

– …двести восемьдесят два фута ниже уровня моря.

– Так что ты сложил, брат?

– Столица штата – город Сакраменто.

– Прошлым вечером он сложил первую и четвертую кабинки, но тогда я этого не понял.

– Первую и четвертую кабинки? – Джилли нахмурилась, растирая правую руку, которая болела от нанесенных Дилану ударов. – Знаешь, сейчас я понимаю Шепа гораздо лучше, чем тебя.

– Птица штата – калифорнийская куропатка.

– В мужском туалете. Вошел в кабинку номер один, а вышел из кабинки номер четыре. Я тебе этого не рассказал, потому что тогда не понял, что произошло.

– Цветок штата – золотистый мак.

Джилли требовались разъяснения.

– Он телепортировался из первой кабинки в четвертую?

– Нет, телепортация тут ни при чем. Видишь… я вернулся со своей головой на плечах, он – со своим носом. Это не телепортация.

– Дерево штата – калифорнийская секвойя.

– Покажи мне твой нос, Шеп.

Шеп по-прежнему смотрел в пол.

– Девиз штата – «Эврика», что означает: «Нашел!»

– Поверь мне, нос его. Это не фильм Дэвида Кроненберга.

Она задумалась над последней фразой, тогда как Дилан улыбался и поощряюще кивал.

– Слушай, я знаю, что еще не завтракала, но очень хочется выпить пива.

Шеперд эту идею не одобрил.

– Психотропный интоксикант.

– Он говорит со мной, – удивилась Джилли.

– Да.

– Не при мне, а именно со мной. В каком-то смысле.

– Да, – повторил Дилан. – С ним происходят какие-то изменения. – Он опустил крышку сиденья унитаза: – Шеп, присядь.

– Время принять душ, – напомнил им Шеп.

– Хорошо, скоро примешь, но сначала присядь. – Дилан подвел брата к унитазу, заставил сесть.

– Шеп грязный. Время принять душ.

Опустившись на колени перед братом, Дилан быстро осмотрел его руки.

– Ничего не вижу.

– Время принять душ. Девять минут.

Дилан снял с ног Шепа шлепанцы, отодвинул их в сторону.

– Как по-твоему, из какого мультфильма? – спросил он Джилли.

Ей еще больше захотелось пива.

– Мультфильма? – в недоумении переспросила она.

Наклонив голову, Шеп наблюдал, как Дилан отодвигает шлепанцы.

– Девять минут. По одной минуте на каждую руку.

– Кролик или щенок?

Посмотрев на полоску пластыря на сгибе локтя, Джилли увидела, что она разболталась, но пока закрывает место укола.

Дилан снял носок с правой ноги Шепа.

– По одной минуте на каждую ногу…

Подойдя ближе, Джилли наблюдала, как Дилан внимательно осматривает ступню брата.

– Если ему сделали укол, почему не в руку?

– …и одну минуту на голову…

– В тот момент он собирал картинку-головоломку, – ответил Дилан.

– И что?

– …две полные минуты, чтобы намылилось все остальное…

– Ты никогда не видела, как мой брат собирает паззл. Очень быстро. Его руки в постоянном движении. И он сосредоточен.

– …и еще две, чтобы смыть мыло, – закончил Шеп. Потом добавил: – Котенок.

– Так сосредоточен, – продолжил Дилан, – что его нельзя убедить остановиться, пока паззл не собран полностью. Нельзя заставить его остановиться. И ему без разницы, что ты будешь делать с его ногами: ноги в собирании паззла не задействованы. Но ты не сможешь зафиксировать его руку.

– Может, его вырубили хлороформом, как меня.

Не найдя следа укола на правой ступне, Дилан ответил:

– Нет. Когда я уходил в ресторан на другой стороне улицы за нашим обедом, он собирал паззл, когда очнулся, привязанный к стулу, Шеп по-прежнему собирал паззл.

– Котенок, – повторил Шеп.

– Если бы его вырубили хлороформом, он бы не смог так быстро прийти в себя.

Джилли живо вспомнились свои ощущения.

– Котенок.

– А кроме того, хлороформ нанес бы Шепу намного больше вреда, чем тебе. Психика у него очень неустойчивая. Придя в себя, он бы или сильно возбудился, или свернулся в позе зародыша, отказываясь пошевелиться. Уж точно не смог бы так быстро вернуться к своему паззлу, словно ничего и не произошло.

Дилан снял носок с левой ноги Шепа.

На полоске пластыря красовался мультяшный котенок.

– Котенок, – сказал Шеп. – Шеп ставил на котенка.

Дилан осторожно отклеил полоску пластыря.

– Шеп выигрывает.

После инъекции не прошло и двенадцати часов. Ранка оставалась воспаленной и чуть вздулась.

Увидев, что Шепа постигла та же участь, что и ее, Джилли содрогнулась всем телом, хотя не могла понять, чем вызвана такая реакция.

Сняла со сгиба локтя полоску пластыря с кроликом. Увидела такую же воспаленную, чуть вздувшуюся ранку.

И под полоской пластыря с мультяшным щенком на руке Дилана они увидели ранку, ничем не отличающуюся от остальных.