Письмо в Лабиринт - Дмитрий Печкин

– Если только она расскажет, – пробормотал Морган.

– Пусть только попробует отмолчаться! Теперь, когда мы догадались! Мы все-таки им помогли, ну! И вообще: у нее, может, еще есть эликсир. Ты представляешь? – у меня захватывало дух.

– Надо было этого Колобка расспросить, – помолчав, высказался Морган.

– Да что он может знать! Разве что догадки. В любом случае Нета знает больше.

Ноги несли меня сами. Морган и Рыжий неслышно поспевали сзади. И помалкивали.

«Задумывались»! Значит, не просто задумывались. Теперь понятно, в чем был секрет. Значит, мы были несправедливы к Маше. Я прямо чувствовал, как оттаивает у меня сердце. Ради такой цели я был готов им простить и ту перестрелку; Морган прав – ради этого я бы и не то им простил!

Интересно, почему Маша нам не рассказала сразу? Может, она не была уверена в результате? Наверное, так и есть.

– Раньше этого овражка не было, – заметил позади меня Морган.

Мы спустились в низину и шли теперь по сырой листвяной подстилке под почти смыкающимися ветвями сгустившихся кустов.

– Да мало ли где чего не было, – отозвался Рыжий. – Тут всего ничего осталось дойти…

– Кстати, – сказал я ему. – Возможно знаешь что? Что с помощью эликсира можно не только Границу между Лабиринтом и Фриландом открыть. Может быть, так можно… и в Яму зайти, а потом выйти. Понимаешь?

Рыжий поежился.

– Я бы предпочел сначала получить какие-то гарантии, – заметил он, ныряя под сырые ветви. – Ну, что я действительно оттуда выйду…

– Да не ссы, – легкомысленно сказал я. Эйфория несла меня на крыльях. – Я же тебя не заставляю сию минуту туда идти.

Рыжий не ответил, задумчиво принюхиваясь к воздуху. Воздух тут был сырой, холодный, даже промозглый, и свет потускнел из-за нависших над оврагом густых ветвей, как вечером. Но направление правильное, я в этом был уверен. Когда эта низина кончится? Уже пора и прийти.

С ветвей моросило росой. И холодно тут. Бр-р.

– Печкин, – окликнул меня сзади Морган. Голос у него был странный.

Овраг немного расступился перед нами. Я остановился.

– Бро, это что за фигня? – спросил Рыжий, слизывая с губы холодные капли.

Я огляделся. Увидел изменившееся лицо Баламута, и потускневший цвет неба, и в нескольких шагах впереди – метрового обхвата стойку опоры аэрорельса, уходящую вверх.

У меня смерклось в глазах.

3.

...Я пришел в себя и обнаружил, что стою, прислонившись к Моргану, а Баламут больно теребит меня за уши.

– Хватит, – попросил я. – Перестань.

– Во. Глазки открылись, – деловито сказал Рыжий. Голос у него немного дрожал. – Ну? Ты какого беса нас сюда притащил? Приключений захотелось? Так шел бы один... Мы-то тут при чем?

Вокруг было темно, как ночью. Баламут почему-то был в том самом изящном костюме, в котором в Лабиринте распускал перед Машей хвост. Я увидел на себе свой собственный длинный плащ. Он был слишком легким для поздней осени, мне было холодно. Я увидел на Моргане серый костюм, который был куплен им перед вылетом в Грецию. Увидел редкий сырой лесок, смыкающий над нами тонкие ветки, и цепочку тусклых фонарей вдали, и огни пролетающих по трассе машин.

– Ребята, простите меня, – сказал я. – Я заблудился.

Я стоял, прислонившись спиной к опоре вышки (ноги держали меня плохо). Морган стоял рядом и молча мрачно курил. Рыжий бегал вокруг.

– Заблудился он, блин!.. Приключений ему мало, блин!.. Приключений ему захотелось!.. Сказано же ему было!.. Русским по белому!.. Да гори оно синим конем!..

– Но как? – спросил меня Морган. – Ведь не было никакой водной преграды.

– Так тоже бывает, – сказал я. Я как-то резко устал и ослаб, меня мутило и пробирало дрожью. – Иногда Граница выглядит как туннель. Редко, но так бывает…

– Ни денег! Ни хрена! И где мы вообще? А?

– Мда, – проговорил Морган, затягиваясь. – Проблема.

– Телефон, – пробормотал Рыжий и принялся судорожно рыться по карманам. Вытащил телефон, с удивлением повертел его в руках. Я заметил на боку аппарата логотип: теперь это был его обычный «ZTA» без всяких загадочных цветочков.

– Не включай, – сказал Морган и щелчком выбросил сигарету.

– А?

– Дай-ка сюда.

– Зачем это?..

– Позвонить, блин, симка своя... Аптека, давай свой тоже.

Я полез в карман плаща и достал свою “нокию”. Морган забрал у меня мобильник. Выщелкнул из него батарею. Кинул останки на землю и аккуратно раздавил каблуком.

– Ну?

У Рыжего слезы выступили на глазах. Он не мог смотреть, он отвернулся, чтобы не видеть, как Капитан разбивает его любимый андроид.

– А твой?!

– Мой никто не отследит, – сообщил Морган. – Пошли отсюда. Надо понять, что у нас в активе.