Бестиарий - Роберт Мазелло

Неужели стоит так убиваться из-за того, что не удалось перекинуть мяч через сетку? Хотя игра, конечно, популярная, многие его солдаты устраивали волейбольные площадки на базе в Ираке. Но Грир всегда считал эту игру легкомысленной, дурацкие желтые шорты это только подтверждали.

Стряхнув песок с мяча, Зеке посмотрел в сторону парковки и увидел Грира, тот стоял возле ограждения. Зеке кивнул в знак того, что увидел его, в ответ Грир поднес палец к козырьку бейсболки. Когда игра закончилась и все перестали обниматься и целоваться (еще одно доказательство, что пляжный волейбол — дело несерьезное), Зеке подбежал к бетонным ступеням, ведущим к автостоянке.

— Привет, хорошо, что ты здесь, — заметил он на бегу, ударяя мяч о каждую ступеньку.

— О чем это ты, мать твою?

— Последовал моему совету, вышел погреться на солнышке.

Грир в темных очках, бейсболке и рубашке с длинными рукавами иронично заметил:

— Ага, прямо-таки купаюсь в этом твоем гребаном солнышке.

Зеке подошел к белому автомобилю. Открыл багажник, закинул туда мяч.

— Что-то последнее время в «Рукаве» тебя не видно.

— Был там. Вчера.

— Вот как? А я отпросился.

— Знаю. Иначе бы с чего вдруг я приперся сюда, как думаешь?

Зеке натянул через голову чистую майку и спросил:

— Чего изволите?

— А что у тебя есть?

Грир перечислил несколько интересующих его наименований. Зеке кивнул и полез в багажник. Вытащил оттуда сумку «Адидас», настороженно огляделся по сторонам убедиться, что поблизости никого, затем дернул молнию.

— О'кей. Что тут у нас?..

У него оказалось немного перкодана, оксиконтина, несколько таблеток димедрола.

— Обычно я с собой много не вожу, — пояснил Зеке. — Все остальное в клубе.

— Ничего, и это сойдет, — сказал Грир.

Достал бумажный пакет, отобрал то, что ему нужно, потом протянул деньги.

— У нас через пару часов еще один матч. Хочешь посмотреть?

— Надо сгонять в одно место, а потом, может, вернусь, — ответил Грир.

Он направился к своему «мустангу», в ярком дневном свете было видно, что во многих местах зеленая краска облупилась, и сел за руль. На переднем сиденье валялась банка пива, еще не успевшая сильно нагреться; он сунул в рот пригоршню только что приобретенных таблеток и запил пивом. Дул легкий бриз; Грир откинулся на спинку сиденья и какое-то время смотрел на синее небо, зелено-голубой океан, желтый песок, над которым дрожал воздух, и коричневатую полоску смога вдалеке. За спиной слышался неумолчный шум движения по скоростной автомагистрали тихоокеанского побережья. «А здесь не так уж плохо», — подумал он. Вполне можно приезжать за дурью именно сюда. Куда как спокойнее, чем в «Голубом рукаве».

Черт, зачем ему понадобилось вновь вспоминать об этой дыре? Он до сих пор жалел о том, что совершил там прошлой ночью.

Дал повод Садовскому и его людям презирать себя. После номера Джинджер Грир перебрался за столик к Садовскому, Берту и двум их новых друзьям. Должно быть, совсем плохо с головой стало. Сидели они в самом дальнем углу, и Грир придвинул свой стул и сел прежде, чем Садовский успел его заметить. Стол был заставлен стаканами и бутылками, и еще на нем по непонятной причине лежала крупномасштабная карта Лос-Анджелеса. Садовский вздрогнул от неожиданности, Берт быстро сложил карту, двое парней просто сидели и ждали, что будет дальше.

— Капитан Грир! — воскликнул Садовский. — Откуда это вы заявились?

— От барной стойки.

— А, ну да, — буркнул Садовский. — Берта помнишь?

Берт молча, с каменным выражением лица, взирал на Грира. «Не видать мне членства в братстве „Сыновей свободы“ как своих ушей», — подумал Грир.

— А это Тейт и Флорио.

Грир кивнул.

— Отмечаете вступление в организацию?

— Ну вроде того.

Грир не устоял перед искушением.

— А эта карта зачем? Ищите, где лучше построить новое здание клуба?

— Ты правильно понял, — ответил Берт. — Что-нибудь эдакое, с бассейном и джакузи.

Садовский нервно хихикнул, а потом заметил:

— Вот так, друг. Теперь понимаешь, что потерял? Еще пожалеешь, что не вступил в наши ряды.

Тейт и Флорио — два здоровенных парня, на взгляд Грира, простые работяги — опустили глаза и не произносили ни слова. У Грира начало складываться впечатление, что он застукал всю эту честную компанию за разработкой сверхсекретной операции, и от этого у него вдруг возникло желание подразнить их немного.

— Да, устраивать клуб где-нибудь в западных кварталах смысла не имеет, — сказал он. — Сами знаете, там шпиков полно. Ну а юг центра, не мне вам об этом говорить, там же сплошь черные. Так что явно не самое подходящее место. Вам, ребятишки, скорее подойдет западная часть города, ну, может, Беверли-Хиллз, — тут он бросил многозначительный взгляд на Садовского, — или, к примеру, Бель-Эйр.

— Спасибо, конечно, за подсказку, — буркнул Берт и всем корпусом подался вперед, — но почему бы тебе не засунуть свое мнение в задницу, а?

Теперь Тейт и Флорио, сообразив, как складывается ситуация, злобно уставились на Грира. У одного из них — Грир так и не понял, кто из них кто, — был марлевый тампон на руке, чуть ниже предплечья. Он уже собрался было попросить показать свежую татуировку, но тут все дружно повернули головы вправо. Грир сразу понял почему.

— Ну, мальчики, как вам мое выступление? — игриво спросила Джинджер и плюхнулась на колени к Садовскому.

Оба новобранца наперебой начали расхваливать ее, говоря, что она была просто потрясающа, бесподобна, — Грир так и не понял, на кого они хотели произвести впечатление: на танцовщицу или же на Садовского, — а Берт продолжал сверлить Грира злобным взглядом. Дело наверняка кончилось бы плохо, если бы Джинджер в пурпурном бюстгальтере и такого же цвета стрингах вдруг не спросила:

— Эй, Дерек, может, еще раз станцуем?

Грир не согласился бы ни при каких обстоятельствах — кроме того, у него просто не было денег, — однако завелся, конечно. Тут Садовский сказал:

— Нет, малышка. Хочу познакомить тебя с моими новыми друзьями.

Он представил Флорио, это у него была марлевая нашлепка на руке, а затем и Тейта. Оба парня страшно удивились, когда все тот же Садовский предложил им «поразмяться» со своей подружкой. Джинджер взяла Флорио за руку, и тот покорно дал себя увести в Голубой зал.

Грир остался сидеть за столом. Именно явное нежелание Садовского и Берта видеть его здесь побудили Грира не тронуться с места. Берт сидел с улыбочкой на лице, предвещавшей, что скоро надерет ему задницу.

Грир заказал еще одно виски со льдом.