Человек-Хэллоуин - Дуглас Клегг

— Я тебя ищу все утро, — сказал Деннехи. — Хочешь леденцов?

Стоуни помотал головой. Он откинулся на спинку сиденья, глядя сквозь стекло на пролив. Морские чайки качались вверх-вниз на бурных волнах.

— Я все время был в городе.

— Ты здоров? Вид у тебя такой, будто ты не в себе. Запаха алкоголя я не чувствую…

Стоуни ощутил себя великим обманщиком:

— Ну, скажем так, у меня просто было скверное утро.

— Гм-м.

Деннехи склонил голову набок, обдумывая фразу. Он кинул в рот кусок прозрачного твердого леденца, захрустел им. Один из коренных зубов заныл, что, видимо, означало грядущее удаление очередного нерва.

— А зачем вы меня искали?

Деннехи достал фотографию Лурдес.

— Это твоя девушка?

Стоуни кивнул и спросил:

— Что-то случилось?

Деннехи пожал плечами.

— Она исчезла. Не знаешь, где она может быть?

— А вы были у нее дома?

В голосе испуг. Подросток встревожен. Деннехи уже сейчас было ясно, что Стоуни нечего скрывать, но вид у парня был такой, словно он не спал несколько ночей.

Деннехи смерил его ничего не выражающим взглядом.

— Слушай, малыш, у тебя такой вид, будто ты только что вернулся из ада. Что с тобой случилось?

— Вам не обязательно знать.

— Мне обязательно.

— Нет, на самом деле нет.

— Ладно. Тогда расскажи мне о себе и о Лурдес Кастильо.

— Она моя девушка, — ответил Стоуни. — Этим утром мы с ней собирались бежать. Мы хотели пожениться.

— Ого! И что же произошло?

— Она так и не пришла.

— Расскажи о себе.

— Зачем?

— Надо, — ответил Деннехи. — Слушай, малыш, в этом городишке полным-полно упертых типов вроде тебя, настоящая Новая Англия. Выйди уже в большой мир. Я здесь, чтобы помочь. Я здесь, чтобы найти твою девушку. Я тебе не враг.

И тогда Стоуни — и потому что не знал, что еще предпринять, и потому что чувствовал, что вот-вот взорвется, — выложил все, начиная с откровений Норы и заканчивая встречей с Джонни Мираклом и отцом Джимом.

— Ну и дела-а, — озадаченно протянул Деннехи. — Вот так утро у тебя выдалось, малыш.

— Угу, — кивнул Стоуни. — Сегодня Хэллоуин, и я все-таки надеюсь, что это просто жестокий розыгрыш.

Голос его сломался, иссяк.

Деннехи вдруг охватило неожиданное желание отвезти мальчишку подальше от этого чертового поселения, увезти в Мистик, поручить заботам сестры. Ирэн нальет ему миску густой похлебки с моллюсками, сделает сандвич, и пусть сидит там и ждет, пока он, Деннехи, не найдет девушку. Если хотя бы половина рассказанного парнем правда, его девушка выбрала не самое подходящее время, чтобы потеряться.

Деннехи завел патрульную машину. В рации бормотали голоса из диспетчерской, но он отключил звук.

— Стоуни, вот что я предлагаю. Давай заедем к ней домой, может, мы догадаемся, куда она могла уйти. Идет?

Стоуни покачал головой.

— Не стоит. Если ее там нет, я не хочу выслушивать всякие гадости еще и от ее семейства. Нужно найти Лурдес.

Деннехи выехал обратно на Хай-стрит, слишком быстро прошел поворот, едва не сбив вальяжную кошку, которая гордо дошла до середины улицы и тут же опрометью метнулась назад, увидев несущуюся на нее машину. Потом, поддавшись импульсу, полицейский предложил:

— Слушай, ты не хочешь перекусить или что еще? В доме моей сестры в Мистике есть свободная комната, а судя по твоему виду, несколько часов сна тебе точно не повредят.

Стоуни пожал плечами, глаза у него слипались.

— Нет, я в полном порядке, честное слово.

— Да уж, — вздохнул Деннехи.

Он выехал из города на шоссе номер один и свернул в сторону Мистика, к старому дому на Гринмэнтл-драйв, где Ирэн, наверное, уже готовила обед.

Подросток на сиденье рядом с ним заснул, не успели они доехать до Векетукета.

2

Стоуни проснулся в темноте.

Пот стекал по шее.

Он услышал доносящиеся из коридора голоса. Под дверь пробивался тоненький, как иголка, луч света. На миг ему показалось, что он маленький мальчик, а родители снова ссорятся, но эти голоса были гораздо спокойнее.

— Прошло всего четыре часа, дай ему еще поспать, — произнес женский голос.

— Да, но ему нужно вернуться, он не может оставаться здесь. — Это был Деннехи. — Кроме того, вдруг девушка тоже его ищет.

— А почему это тебя так волнует?

— Волнует, и все. Ему здорово досталось.

— Ты имеешь в виду эти россказни, — усмехнулась женщина — Он же подросток. Иногда подростки фантазируют. Ты тоже таким был.

— Нет, Ирэн, я знаю, что он рассказал правду. Никто не стал бы сочинять такое. И ты сама слышала рассказы…

— О, только это не хватало, неужели ты в это веришь? Лет двадцать назад кучка фундаменталистов из Векетукета начала сеять слухи о каких-то сатанистах в городе и…

— Это мой участок. Город очень странный. Я там кое-что повидал…

— Но ты же полицейский. И ты хочешь сказать, что веришь, будто в этом городке живет толпа сатанистов? Злобных богачей, которые используют местных жителей в своих садистских черных мессах?

Последовала пауза. Стоуни потянулся, садясь на перине. Он потер заспанные глаза, чувствуя во рту кислый привкус остатков какого-то сна.

— Ты же знаешь, что я в это не верю, — сказал Деннехи. Он откашлялся. — Лично мне кажется, что этому мальчику вообще не стоит туда возвращаться. Ситуация в семье и с его…

— Это не твое дело, — прервала женщина — Помнишь последний раз, когда ты пытался помочь? Как ее звали? Натали?

— Перестань. Я сделал для нее все, что мог.

— Ага, и сейчас она под опекой государства и, вероятно, уже никогда не вернется к прежней жизни.

— Но ведь ее же били. Ее вообще могли убить.

— Может быть. Не исключено. — Голос женщины смягчился. — Но ты ведь не можешь спасти всех, Бен. Просто не можешь. Что бы ни пережил этот мальчик, ты должен отпустить его.

— Да, но дело в том…

— Бен?

— Дело в том… что я был там, Ирэн. Был там в день, когда он родился.

— Этот мальчик?

Снова пауза.

— Я объезжал город, просто патрулировал, услышал крики матери и подъехал… Шел проливной дождь. Такой сильный дождь, что я почти ничего не видел, когда я подъехал, там уже был священник и остальные тоже, были Крауны и полно другого народа — наверное, человек десять-двенадцать. Складывалось впечатление, будто они стоят вокруг матери защитным кордоном, и клянусь, Ирэн, я совершенно точно видел там двух младенцев. Один был весь в крови, а второй чистенький и явно не сию минуту родившийся, и еще…