Недури - Елизавета Шугич

Виляющей походкой, бандит направился прямиком к паре. Душок от такого человека донёсся до Лурозного быстро. Слишком быстро.

Парень брезгливо заткнул нос, оглядывая рванный ватник на худощавом бандюгане. Мужик весь будто высох, что, несомненно, добавляло его образу неприятного акцента.

— А это кто тут у нас? — издевательски спросил он — Не уж — то сам повеса Лурозный? Здравствуй, мил батюшка! Когда долг вернёшь, паразит проклятый?! — мужик сделал выпад вперёд, но не удержавшись, сильно приложился о каменный тротуар. Следом по улице прокатился пьяный вопль.

— Не за чем, вам, матушка, наблюдать за отребьем. — Александр попытался развернуть тело незнакомки от сцены — Пройдёмте лучше дальше, милая. Я вам городские пейзажи покажу. Вы где остановились? Говорите же, говорите! Я обязательно вас провожу!

Машка, стряхнув руку паренька, уставилась на Резанова.

Мужик почти плакал и прижимал фуражку к кровоточащему лбу.

Девушка вынула из своего бархатного клатча белоснежный платок. Она аккуратно прошагала к пострадавшему и протянула кусок шёлковой ткани:

— Позвольте помочь вам? — робко проговорила ведьма.

Александр остался стоять позади в полном шоке. Как же так? Он красиво одет, обут, а «Персиковая» на него только злится. А этот, с позволения, сказать, человек, пьян и дурно пахнет, но к нему она пошла, как к родному!

— На кой такой барышне бедный Резанов? — растирая кровь по всему лицу, спросил бандюган — Чего вам надобно?

— Позвольте лишь подарить платок, о большем я и не прошу. — простодушно заверила Мария. Глаза девушки были полны искренности и какого — то правдивого желания помочь.

Резанов молча принял жест доброй воли и аккуратно сложив его, приложил к кровоточащей ране.

— Благодарствуем. — с грубой, но всё же искренней интонацией, проговорил он.

Девушка улыбнулась и начала отходить, но мужик резко вскочил, заставляя обратно развернуться:

— А волосы — то у вас седые! — выкрикнул он — Старая с лицом младенца! Мне о вас бабушка рассказывала! — словно ребёнок, хвастался местный алкаш — Аннушкой звали! Не припомните ли, госпожа ведьма?!

Маня по — доброму улыбнулась. Потомки тех, с кем она имела честь общаться ранее, прожили уже не мало лет, успели пустить свою жизни под откос и схоронить тех, кто о ней рассказывал. Какая всё — таки судьба прекрасная штука! Конечно, она узнала в нём Аннушку, в его рыжих волосах, слегка курносом носу и пухлых губах. Но также, она в нём узнала и Фросю. Во взгляде столь искреннем и наивном, с коим он сейчас рассматривал Ярилову.

— Припомню, от чего же нет. — спокойно ответила Маша — Как ваша бабушка?

— Умерла, как три года. — энтузиазм сошёл на нет.

— Как и моя. — подыгрывая, подтвердила ведьма.

— Ваша?

— Моя. — снова согласилась она — Вы перепутали меня с ней, наши волосы похожи, но не слишком. Мне достался от неё прекрасный локон в наследство, но фамильную седину, я, к сожалению, не успела застать. — девушка аккуратно сняла шляпку с причёски и вынув заколку из сложенных прядей, заставила местных модниц пооткрывать рты.

Блестящие блондинистые волосы красиво переливались на солнце, создавая вокруг новоприбывшей красавицы невиданный ажиотаж:

— Каким вы пользуетесь средством, милая? — выкрикнул кто — то из собравшийся толпы.

— Я убедила ваши сомнения? — Маша не сводила взгляда с Резанова. Казалось, сейчас, существовал только он.

Немного смутившись, мужик грозно осмотрел местных зевак.

Чуть погодя, махнул рукой и кивнул:

— А за платок благодарим — с!

Он увидел верно. Волосы её ему должны были казаться седыми. Лишь мельком увидевший потомок, не скроется от истинного облика Марены из — за опыта предков. Но только стоит Маре пожелать убедить потомка в обратном, у неё не будет для этого преград.

Резанов удалился в трактир, сжимая кусок ткани в руке.

Повернувшись, Маша увидела пухловатую женщину в алом платье, стоящей рядом с настырным незнакомцем и что — то резво говорящей.

Тот, мельком бросил взгляд на девушку и, улыбнувшись, снова вернул его к собеседнице.

— Госпожа Лурозная? — Машка недоверчиво осмотрела спину говорящей. Складки на спине, движущиеся от каждого движения мадам, резко замерли.

Признаться, честно, замерла и сама интересующаяся. Зачем спросила? Почему не скрылась, услыхав знакомые вопли? О — ох, чёртова вежливость, будь ты неладна!

Резко развернувшись, женщина бросилась обнимать блондинку, умело игнорируя выставленные (специально для предотвращения объятий) руки вперёд.

— Ну, добрались, душенька! А что же вы с распущенными космами щеголяете, дорогая моя? Ну, будет — будет! Много разговоров, много радости! С прибытием, госпожа Ярилова! Уже успели где — нибудь остановиться? Ах, не говорите — не говорите! Оставьте эту идею жить у кого — то на чердаках! Будет, душенька! Я приглашаю вас к себе! Наш особняк вместителен и вполне может расположить в себе столь компактную личность! Ну, что скажете, дорогая? — вопросы очередью лились изо рта знакомой, заставляя морщиться и натянуто улыбаться.

— Личность моя вполне обширна, госпожа Лурозная. А поселиться я у вас не могу, не позволяет воспитание. Лучше уж и правда снять у кого на чердаке, чем теснить такую крупную рыбу в столь маленьком аквариуме. Я ведь знаю, насколько вы велики в своих рассуждениях! Нам с вами будет, право, тесно! — Маша попыталась отстраниться и вытащить руку из женской хватки, которая, на удивление, оказалась очень мощной. Аналогия с удушающим питоном нарисовалась сама собой.

Пышная дама расхохоталась:

— Будет лести, дорогая! Скромность долой! У нас начинаются балы со следующей недели, вы уже успели приобрести платья, дорогая? Вы же помните, каждый день новый цвет? Новый образ?

— Как раз, собиралась докупать последнее. — не оставляя попыток выбраться, призналась ведьма — Только Бога ради объясните, как вы связаны с этим грубияном!

Пара женских глаз уставилась на Александра.

Лурозная недовольно осмотрела юношу:

— Что за новости, мой милый? Разве такому я тебя учила? С чего дражайшая Мария Макаровна зовёт тебя грубияном?

Машка устало закатила глаза. Теперь всё становится на свои места.

Вот откуда он так точно угадал её имя. Кем он ей приходится?

— Ну что вы, тётушка! — воскликнул Александр. Вопрос снят, он племянник — Это просто одно сплошное недоразумение, не более! Я пытался объяснится с этой милой барышней, но она ни в какую не хотела меня слушать! Быть может, сейчас она изменит своё мнение?

Теперь взгляд тётки впечатался в Машку. Блондина измученно выдохнула:

— Вот и прекрасно! Вот и хорошо! — завопила Лурозная, передавая женскую ручку. Парень, спохватившись, подхватил конечность, теперь, казалось, не принадлежащую хозяйке.

— Уведите меня отсюда, и я даю