Число зверя - Йорг Кастнер

Дэвид Финчер уже успел заснуть и потому тер уставшие глаза, когда отец Криспи, незадолго до полуночи, вел его в кабинет генерала ордена. Генеральный секретарь хотел что-то сказать, но, обведя взглядом присутствующих, передумал. Помимо Гавальда, там присутствовали адмонитор, Пауль и Клаудия. Финчер, кажется, проснулся за одну секунду. У него был встревоженный вид, но он постарался сгладить это впечатление улыбкой. Генерал ордена отпустил молодого священника.

– В настоящий момент я не нуждаюсь в вас, отец Криспи, – сказал он и обратился к генеральному секретарю; лицо его было серьезным. – Сядьте, Дэвид, мы должны кое-что обсудить.

Финчер нерешительно опустился в свободное кресло.

– Я не знаю причину этой ночной конференции, но она, очевидно, весьма знаменательна. В противном случае я счел бы ваше поведение безответственным, отец генерал: вы должны лежать в кровати, чтобы поберечь себя.

– Я мог бы себе это позволить, имей я надежных помощников.

– Они у вас есть, – возразил Финчер.

Гавальда окинул его пронзительным взглядом.

– Неужели?

Пауль вынужден был признать правоту Финчера: Жан-Кристоф Гавальда действительно производил очень тяжелое впечатление, как если бы ему приходилось прилагать все силы, чтобы выдержать происходящее. Вероятно, рак измучил генерала ордена не меньше, чем Марию. Пауль подумал о своей умирающей матери, о том, как сжимал ее руку в своей ладони. В отличие от Марии, у Гавальда были хорошие врачи и любые лекарства, которые только могли ему понадобиться.

Финчер, который, похоже, чувствовал себя все более неуютно, заерзал в кресле.

– Что здесь, собственно, происходит? Мы должны выслушать последние результаты полицейского расследования? Я так думаю, именно по этой причине здесь присутствует комиссар Бианки.

– Можно и так сказать, Дэвид. Комиссар Бианки и брат Кадрель недавно вернулись из горного района и принесли с собой важные новости.

– Из горного района? Вы имеете в виду деревню в Альбанских горах, где чуть не похитили этого писателя?

«Этот человек хорошо информирован», – подумал Пауль. И последние новости Финчеру сообщал не он.

– Они были не в Альбанских горах, а в Абруцце, – объяснил Гавальда.

Клаудия наклонилась к Финчеру.

– Мы были в маленьком монастыре неподалеку от Челано, монастыре Санта-Клара, где живут сестры чистоты. Но вы и сами это знаете, отец Финчер.

– Я не понимаю, о чем вы говорите.

– Об этом, – ответил Пауль и подал ему открытый медальон.

– Кулон, который обнаружили рядом с трупом Сорелли? Я все еще ничего не понимаю.

Клаудия вытащила пластиковый пакетик со вторым медальоном.

– Вы ошибаетесь, отче. Вот это и есть кулон Сорелли. Тот, который держит Пауль, принадлежал его матери, сестре Марии. Разве она не показала вам кулон четыре дня тому назад, когда вы с ней говорили?

Внезапно Финчер расслабился, откинулся на спинку кресла и вытянул ноги.

– Так, значит, вы в курсе. Пауль, вы меня разочаровали. Вы ведь должны были уведомлять меня обо всем. Разве вы мне этого не обещали?

– Тогда я еще не знал, что вы лжете и просто используете меня.

– Что за громкие слова, – рассмеялся Финчер. – Мы все используем друг друга, такова жизнь. Вас использую не только я, Пауль. Генерал тоже использует вас в своих целях. Он, пожалуй, не говорил вам этого, да?

– Я не понимаю, какое отношение одно имеет к другому, – сказал Гавальда.

– Поймете, если выслушаете мое признание. Вы ведь хотите добиться от меня признания, верно?

– Я хотел бы получить объяснение, – сказал генерал ордена. – И вы, в конце концов, можете считать, что вам повезло – вы ведь можете говорить здесь, в этом кругу. У комиссара Бианки есть право допросить вас в полицейском управлении, на ее условиях и так, как ей хочется. Вы должны быть благодарны ей, потому что только по причине ее благосклонности мы сидим здесь, Дэвид.

Финчер не сводил с Гавальда дерзкого взгляда.

– Вы действительно хотите, чтобы все это обсуждалось здесь, преподобный генерал? Ведь тем самым вы раскроете самую большую тайну нашего ордена.

Генерал затрясся в легком приступе кашля, и адмонитор, Хуан Фелипе Мартин, ответил вместо него:

– Commissario Бианки обещала не разглашать конфиденциальную информацию. Поэтому она находится тут одна, без своих коллег.

– Ну, тогда начинайте партию, – вызывающе произнес Финчер. – Расскажите о настоящей могиле Петра, так как все связано именно с ней!

– Настоящая могила Петра? – повторила Клаудия. – Теперь мне становится действительно интересно.

Гавальда сделал глубокий вдох, будто желая придать себе решимости, и начал:

– Вот уже несколько тысячелетий Рим – это важный город. Раньше это был центр светской власти, сегодня здесь располагается наша святая католическая церковь. Все это вовсе не случайность. Из старых преданий, хранящихся в тайных архивах Ватикана, мы знаем о древней силе, божестве, которому здесь поклонялись и которое, должно быть, и помогло первым римлянам превратить свое маленькое поселение в империю, господствующую во всем мире. Но это была злая сила, основанная на насилии и убийстве, на войне и разрушении. Не божество, а демон, стремящийся навлечь на людей беду. Этого демона нужно было прогнать, а его силу – держать в узде. По этой причине наша Церковь и обосновалась здесь, в Риме. Только присутствием добра, силы Бога, зло можно удержать в рамках.

– Зло? – недоверчиво спросила Клаудия. – О чем именно вы говорите, преподобный генерал?

– Зло имеет много лиц и имен. Его называют сатаной, змием, искусителем, дьяволом, зверем и так далее. Главное – не имя, а его суть. Рим был городом светской власти, источником искушения и греха, пока апостолы Иисуса не принесли сюда христианство. Теперь Рим – место, которое охраняет мир от зла. Сам Петр охраняет город и защищает нас от нового восстания темных сил. Так захотел Господь, когда сделал Петра первым епископом Рима. Его могила находится над обителью зла, настоящая могила, а не та, которую показывают туристам под собором Сан-Пьетро.