Хороший, плохой, неживой - Ким Харрисон

– Оценка фамилиаров – это надолго, – согласиласьона.

Пальцы свободной ее руки перебирали мех между ушами кошки.Белая мэнская бесхвостая закрыла глаза, явно наслаждаясь оказанным вниманием. Япокосилась на Боба. Его я поместила в большую банку из-под арахисового масла инакрыла крышкой, чтобы не выскочил. Джанин охнула, когда его увидела, но язнала, что это выражение сочувствия. Почти все принесли кошек, один студент –хорька. Я про себя решила, что это круто, а владелец хорька говорил, чтофамилиары из них получаются классные.

Оценить осталось только нас с Бобом, и аудитория почтиопустела, но Джанин ждала Полу, ту самую студентку у стола Лидере. Я беспокойнопододвинула банку поближе к себе и посмотрела из окна на мигающие на парковкеогни.

Сегодня вечером я надеялась увидеть Айви. Мы так и непересеклись с тех пор, как Ник ее вырубил. Я знала, что она была дома. Вкофейнике днем остался кофе, сообщения на автоответчике стерты. Она встала иушла, пока я еще спала. Это. писем было на нее не похоже, но у меня хватило умане форсировать разговор, пока она не будет готова.

– Эй! – привлекла мое внимание Джанин. – Мы сПолой собираемся позавтракать у Пискари до захода солнца, пока ещевампиры-нежить там не соберутся. Хочешь с нами? Мы тебя подождем.

Ее предложение было мне приятнее, чем я хотела бы признать,но я покачала головой.

– Спасибо, не получится. У меня планы встретиться смоим бойфрендом.

Ник работал в соседнем здании и должен был освободитьсяпримерно к концу моего экзамена. Так что мы собирались к «Микки-д» на его ужини мой ленч.

– Возьми его с собой, – настаивала Джанин. Густоподвезенные синим глаза создавали контраст в остальном со вкусом сделаннойвнешности. – Если за столом с девчонками сидит один парень, то и другие,одинокие и симпатичные, туда сбегаются.

Я не смогла сдержать улыбку:

– Да не-ет, – протянула я, не собираясь говорить,что Пискари меня пугал до судорог, от него оживал мой демонский шрам и вообщемоей соседке по комнате он дядя – за неимением более точного термина. –Ник – человек, – объяснила я. – Может получиться неловко.

– Ты встречаешься с человеком! – заинтересованнопро шептала Джанин. – Слушай, это правда, что о них говорят?

Я покосилась на нее. Пола закончила разговор с докторомАндерс и подошла к нам.

– Что именно? – спросила я.

Пола запихивала сопротивляющуюся кошку в складную переноску.Кошка шипела и мявкала.

– Ну… – Джанин толкнула меня локтем. – Что уних… у них на самом деле…

Оторвав взгляд от трясущейся переноски, я улыбнулась:

– Ага. На самом деле.

– Уаау! – воскликнула Джанин, хватая Полу заруку. – Слышала, Пола? Надо мне приворожить к себе человека, до того, какстану слишком старой, чтобы его оценить.

Пола зарделась, что было особенно заметно при ее светлыхволосах.

– Прекрати! – прошипела она, бросив взгляд надоктора Андерс.

– Что прекратить? – спросила Джанин, ничуть несмутившись. Она открыла свою переноску, и кошка добровольно в нее полезла,свернулась клубком и замурлыкала. – Замуж я за него не пойду, но почему быне закрутить с человеком, пока ищешь своего Единственного? У моего папы перваяжена была человеком.

Наш разговор как ножом отрезало, когда доктор Андерсмногозначительно покашляла. Джанин схватила сумку и слезла с табуретки. Я слабоулыбнулась девушкам, нехотя взяла со скамейки банку с Бобом и пошла вперед.Пентаграммы Ника я зажала под мышкой.

Когда я поставила контейнер на стол доктора Андерс, она дажеглаз не подняла. Больше всего мне хотелось плюнуть на все это и смыться.Сегодня Ник после ленча должен меня отвезти в ФВБ для разговора с Сарой-Джейн.Гленн просил ее прийти и выяснить примерно, как проводил свои дни Дэн, а заодновыяснить, где был и что делал Трент в последние дни. Особенно доволен этойверсией он не был, но черт его побери, это и мое расследование тоже.

Нервничая, я заставила себя сесть на стул перед докторомАндерс, одновременно думая, не прав ли Дженкс насчет того, по Трент послалСару-Джейн в ФВБ с целью таким обходным путем до меня добраться. В одном можнобыло не сомневаться: охотник на ведьм – это не доктор Андерс. Противная баба,но не убийца.

Джанин и Пола задержались в дверях, покосившись под тяжестьюпереносок.

– До завтра, Рэйчел, – сказала Джанин. Я ейпомахала, доктор Андерс издала горлом нетерпеливый звук, потом, сидя словноаршин проглотила, положила перед собой бланк и большими печатными буквамивывела мою фамилию.

– Черепаха? – спросила доктор Андерс, глянув намой контейнер.

– Рыба, – сказала я, чувствуя себя полнойидиоткой.

– Что ж, вы хотя бы знаете границы своихвозможностей, – сказала она. – Будучи колдуньей земли, вы вряд лиможете набрать достаточно безвременья, чтобы привязать к себе крысу, не говоряуже о кошке, как вам наверняка хотелось.

Снисходительное презрение звучало почти неприкрыто, и мнестоило труда разжать крепко сцепленные пальцы.

– Видите ли, миз Морган, – продолжала докторАндерс, приоткрыв крышку и заглядывая, – чем больше вы каналируете силы,тем умнее должен быть ваш фамилиар. У меня лично фамилиаром – серый африканскийпопугай. – Она подняла на меня глаза. – А это ваше домашнее задание?

Подавив свое раздражение, я протянула ей розовую папку,полную коротких эссе. Внизу лежали заляпанные водой пентаграммы Ника – чернаябумага свернулась и покоробилась. Андерс так поджала губы, что в них неосталось ни кровинки.

– Спасибо, – сказала она и отодвинула рисункиНика, даже не глянув. – Получаете отсрочку, миз Морган. Но вам на моихзанятиях не место, и я вас выгоню при первой возможности. Я старалась дышатьнеглубоко, чтобы не сорваться. Будь здесь еще хоть кто-нибудь, она бы себетакого не позволила.

– Ну хорошо, – выдохнула она так, будто ей все насвете надоело. – Посмотрим, сколько ауры может воспринять ваши рыба.

– Восприняла очень много. – Я нервничала. Никвчера осмотрел перед уходом мою ауру и сказал, что она очень истончилась.Постепенно она восстановится, но сейчас я остро чувствовала свою уязвимость.

Мнение о моей явной суетливости доктор Андерс оставила присебе. Глядя куда-то в пустоту, она опустила пальцы и банку с Бобом. У меня кожанатянулась на затылке, будто волосы шевельнуло ветром, который вечно дует вбезвременье. Я смотрела как завороженная, как голубой туман от ее пальцевокружил Боба. Это была лей-линейная сила, из красной ставшая голубой – принявшаяосновной цвет ауры этой женщины.

Непохоже было, что доктор Андерс черпает силу изуниверситетской лей-линии. Эта сила была взята раньше и где-то сохранена – такбыстрее создаются чары. Наверное, у этой тетки в животе сфера с безвременьем, иоттого всегда такая кислая физиономия.