Хороший, плохой, неживой - Ким Харрисон

– Прости? Пока мы его не освободим, вы не будетехранить ни капли лей-линейной энергии. Это слишком опасно.

– А я не знаю, как связывать силу лей-линии, –призналась я.

Я сделала Ника фамилиаром?

– Погодите! – Она поднесла тонкую руку колбу. – Вы не знаете, как хранить силу лей-линии? Совсем не знаете? Высделали круг шести футов в диаметре, способный остановить демона, взяв силупрямо из линии? Совсем не использовали никакую заранее запасенную энергию?

Я покачала головой.

– Вы не знаете, как удержать хотя бы унцию безвременья?Снова я покачала головой.

Она вздохнула:

– Прав был ваш отец.

– Вы знали моего отца? – удивилась я. А чтотакого? Кажется, все его знали.

– Я преподавала у него, когда он был студентом, –сказала она. – Хотя тогда я этого не знала. И не видела его потом, покатринадцать лет тому назад он ко мне не пришел поговорить о вас. – Она селапрямо и приподняла брови. – А просил он меня тут же вас выставить, если выпокажетесь у меня на занятиях.

– А п-почему? – спросила я, поперхнувшись.

– Очевидно, он знал, сколько силы вы можете зачерпнутьиз лей-линии, и хотел, чтобы я вас убедила заняться земной магией, а нелей-линейной. Он сказал, что так будет безопаснее. У меня тогда все группы былиполными, и уважить просьбу отца защитить дочь мне гроша медного не стоило. Япредположила, что он печется о вашей безопасности. Теперь, глядя назад,понимаю, что о безопасности окружающих.

– Безопасности?

– Сделать своим фамилиаром человека – это не норма, мизМорган.

– А вы могли бы это сделать? – спросил Ник, и япокосилась на него, благодарная, что он это спросил, а не я.

Она была шокирована:

– Может быть, если бы у меня было заклинание привязки.Но я бы не стала – это демонские штуки. Единственная причина, по которой я невызываю немедленно ОВ, – это что вышла такая вещь случайно, и скоро мы ееисправим.

– Спасибо, – сумела пробормотать я сквозьоцепенение. Я сделал Ника своим фамилиаром? И использовала для этого демонскуюмагию?

Голова закружилась, я ткнулась лбом себе в колени – мнепоказалось, что в этом хоть на каплю больше достоинства, чем упасть в обморок ирухнуть на пол. Почувствовав у себя на спине руку Ника, я сумела подавитьистерический смех.

Что же я натворила?

Голос Ника донесся из черноты, пока я с закрытыми глазамиборолась с тошнотой:

– Вы можете разорвать чары? Я думал, фамилиарыпривязываются пожизненно.

– Обычно да – на срок жизни фамилиара. Но фамилиараможно отвязать, если ваше искусство поднялось до такого уровня, что фамилиарвас тормозит. И тогда нужно заменить прежнего фамилиара на нового, лучшего. Ночто может быть лучше человека, Ник?

Я подняла голову от колен, увидела, как сморщила лицо докторАндерс.

Мне нужно видеть эту книгу, – сказала она. –Наверняка там есть, как отвязать человека. Демоны известны своей привычкойменять свое имущество на лучшее, когда предоставляется шанс. Но прежде всегомне бы хотелось знать: как у мне на чердаке оказалась книга по демонской магии?

– Я живу в церкви, – прошептала я. – Книгатам была, когда я туда переехала.

Я выглянула в окно – тошнота начинала спадать. Моя аура уНика – это лучше, чем если бы она досталась демону. И мы можем это исправить –как-нибудь. Я договорилась с Гленном сегодня встретиться в ФВБ, но Ник важнее.

– Я поеду привезу книгу, – сказала я, глядя назакрытую дверь. – Это можно будет сделать здесь, или нужно менее публичноеместо? Можно у меня на кухне. Лей-линия у меня есть на заднем дворе.

Неприятные черты лица доктора Андерс смягчились – теперьженщина выглядела просто усталой.

– Сегодня я ничего не смогу сделать, – сказалаона, извиняющимся взглядом посмотрев на Ника. – Но давайте я вам дам мойадрес.

Она взяла перо и написала несколько слов на бланке, гдедолжна была проставить оценку мне и моему фамилиару.

– Оставьте книгу у привратника, и я этим займусь вуикенд.

– А почему не сегодня? – спросила я, принимаяадрес.

– Сегодня я занята. Завтра я даю презентацию, и должнаподготовить оценку успехов-провалов.

Она покраснела, став от этого на много лет моложе.

– А для кого? – спросила я, снова чувствуя холодпод ложечкой.

– Для мистера Каламака.

Я зажмурила глаза, собираясь с силами.

– Доктор Андерс, – сказала я, а Ник у меня заспиной переступил с ноги на ногу. – Трент Каламак – это он убиваетколдунов лей-линий.

Тут же на ее лицо вернулась обычная презрительнаямина. – Не говорите глупостей, миз Морган. Мистер Каламак такой же убийца,как и я.

– Называйте меня Рэйчел, – сказала я, решив, чтосамое время перейти на более дружеский тон. – Но Каламак и eсть охотник наведьм. С каждой из жертв он говорил не больше чем за месяц до гибели.

Открыв нижний ящик своего стола, доктор Андерс вынула совкусом сделанную сумочку.

– Я с ним говорила весной на церемонии вручениядипломов, и я до сих пор жива. Он хочет поговорить о моих работах. Если мнеудастся его заинтересовать, он меня финансирует, и я смогу заняться тем, чемхочу на самом деле. Это результаты шестилетних трудов, и я не стану упускатьшанса найти грантодателя из-за каких-то дурацких совпадений.

Я сдвинулась на край стула, удивляясь, как быстро я перешлаот ненависти к беспокойству за нее.

– Доктор Андерс, я вас прошу, – сказала я, глядяна Ника. – Я знаю, вы меня считаете безмозглой недотепой, но не ходите кнему. Я смотрела материалы по тем жертвам, которых он убил – все умирали вмучениях. И Трент говорил с ними со всеми.

– Ну, Рэйчел, – возразил Ник, – ты же этогоне знаешь на сто процентов.

Я резко обернулась к нему:

– Спасибо за помощь!

Доктор Андерс взяла сумочку и встала.

– Принесите мне книгу. Я на нее посмотрю в выходные.

– Нет! – воскликнула я, видя, что она пытаетсязакончить разговор. – Ему вас убить – что муху прихлопнуть. – Онажестом попросила пропустить ее к двери, и я стиснула зубы и встала: – Тогдапозвольте мне поехать с вами. Мне случалось сопровождать в Низины людей, и ясмогу быть незаметной и прикрыть вам спину.

У нее сузились глаза:

– Я – доктор лей-линейной магии. Вы думаете, что можетезащитить меня лучше, чем я сама могу?

Я хотела было возразить – но не стала.