Redrum 2018-2019 - Юлия Саймоназари

Зная работу интернет-магазина, как свои пять пальцев, злой дух поверженного программиста наносил один болезненный удар за другим: принтер жевал бумагу, плевался тонером, в наушниках операторов пропадал звук, понятные шофёрам ругательства Босса коверкались телефоном до интеллигентной неузнаваемости, проводка мистически искрила, обесточивая сервер, маршрутизаторы и чайник.

Душеприказчика звали Роман. На проблемы он обрушивался с безудержным размахом, самурайской свирепостью и глубоким знанием психологии сотрудника.

«Ваня, ты как сам считаешь, это нормально?»

«Ром, что?»

«Вот это».

«Ну… Мне сказали…»

«Ваня, послушай, если будет возврат… я отрежу тебе ухо».

«Ухо?»

«А как ты хотел? Вас предупреждали, вам писали, вам три раза говорили…»

«Васильковой за то же ноготь… и то наполовину».

«Чем ты недоволен? Одно всего ухо, у тебя же их два. Ваня, ты хороший парень, ты мне нравишься, но мы договаривались. Это справедливо. Всё, иди работай».

Привидение Троеплюева с каждым часом усиливало натиск: портило, вредило, подставляло, но за проделки мертвеца доставалось живым. Роман зверел по часам. Впрочем, возможности привидения были всё же ограничены, а косяки сотрудников предсказуемы, так что серьёзные опасения вызывал лишь новенький.

Его взяли незадолго до окончательной расправы над Троеплюевым, всего за три дня до свежевания и заточения Сашиных костей в глухую велосипедную коробку. Новенького звали Гоша. В сложившихся обстоятельствах, учитывая предыдущий суровый опыт, Роман проявлял к нему особенную бдительность. Всякий разговор с Гошей он начинал с оглушительной декларации того, что на сайте всё плохо и ничего не работает, и, не дав опомниться, виртуозно атаковал конкретикой.

«Ты считаешь, это нормально?»

«Что — это?»

«Это отстой! Это ужас! Ты, вообще, чем смотришь? Мы за такое Саше пальцы ломали. Видел?»

«Ну, да…»

«Вот здесь, и здесь. Почему такая бледная точка?»

«Это иконка… могу сделать ярче… а что, не работает?»

«Сначала это исправь. Мы тебе деньги платим, ты сегодня уже два часа работаешь, что ты за это время сделал?»

Гоша задумался. Тем временем, привидение пробралось на его компьютер и залезло в святая святых — в метод расчета товарных наценок. И разверзлись врата корпоративного ада. И почернел навесной потолок…

В полдень проявился Босс. Он вернулся со склада на мотоцикле, поставил в угол кровавую кувалду в обломках костей, и принялся со скрипом стягивать с себя мотоциклетную кожуру, в которой были проделаны аккуратные, окаймлённые стальными кольцами отверстия, куда он просовывал произраставшие у него вдоль позвоночника костяные шипы.

— Рома, что там?

— Жопа.

Рома встал из-за стола, поправил на поясе ремень с иероглифом «Гегемон» на пряжке и снова сел.

— Что?

— Жопа.

— Ну, зови этих, — кивнул Босс, — сейчас огребут.

Роман выкрикнул имя. В кабинет пролез очень высокий человек с худым лицом и руками ниже колен, костлявый и неуклюжий, богомол в пиджаке.

— Пили? — весело спросил Босс.

— Ну, так у Вани день рождения, — промямлил костлявый, испуганно косясь на прицепленные к ключу от мотоцикла в качестве брелока сушеные уши Троеплюева, нервно сглотнул и добавил:

— Мы же после шести, рабочий день…

— Неважно. Это косяк, — сухо произнёс Босс, вынимая из стола кусачки. — На. Знаешь, что делать?

— Знаю… — сложил плечи костлявый.

— Давай. Иди. Кто еще?

Работа с сотрудниками продолжилась.

К четырём дня «Техностой» погрузился в хаос. Сбой в расчете наценок, вызванный мстительным привидением Саши Троеплюева, привел к сокрушительным последствиям — товар со свистом расходился со складов по ценам дешевле закупочных, и пока новенький разбирался с программой, «Гегемон» отрывался на сотрудниках.

— Вот, ломай! — Роман положил на стол перед Николаем массивные, хромированные, зловеще изогнутые щипцы.

— Опять?! — возмутился Николай, — у меня так вообще зубов не останется.

— Твой косяк. Обещал? Не сделал? Давай!..

— Да ну нафиг, Ром, я на это не подписывался!

— Тогда пиши заявление.

— Отлично! Вот и напишу.

— Только учти, что две недели ты обязан отработать.

Николай задумался и пересчитал языком оставшиеся зубы.

— Ну что?

— Подумаю, — буркнул Николай.

— Тогда вот.

Николай зло сорвал со стола щипцы, запихнул себе в рот и сжал у основания челюсти. Роман поморщился от хруста, на стол брызнула кровь.

— Ха, язык, что ли прихватил? Еще пригодится.

— Десну… — простонал Николай.

К вечеру весь офис был залит кровью, усеян зубами и ногтями, на фикусе болтались чьи-то глаза, а в лифте застрял водитель с торчавшим из заднего прохода детским подвесным турником. Скрепя сердце, Босс всё же согласился выплатить Троеплюеву зарплату. Привидение успокоилось и вернулось в коробку от «Ласточки». Сотрудники начали расползаться по домам, кто-то мрачно шуршал бинтами на кухне, но предвкушение уже заполняло пропитанный запахом медикаментов воздух: завтра зарплата.

На следующий день в офис начали собираться все, кто за прошлый месяц имел возможность поработать на Босса: ослеплённые водители, кладовщики с переломанными руками, логисты на инвалидных колясках, операторы с присохшими к скальпированному черепу гарнитурами, девушки без губ и носов из отдела рекламации, безухие контент-менеджеры с сорванными ногтями и раздробленными фалангами. Последним приполз на руках бухгалтер — у него не хватало нижней части туловища, но он предусмотрительно завязал кишки узелком, чтобы на них не наступали в общественном транспорте.

Когда все собрались, в офисе появился Босс. Цокая копытами, он зашел в кабинет, сверился с ведомостью, достал ключи и наклонился к сейфу. На его коротко стриженной голове сверкнули рожки. В недрах бронированного сейфа весом в половину тонны посапывал на медленном огне высокий чан с густым зловонным варевом. Босс погрузил в него широкий половник и зачерпнул бурое месиво.

— Кому зарплата нужна?! Заходите.

Первым вошел Николай, залез обеими руками в половник и принялся распихивать похожую на жидкий фарш зарплату по карманам. Испачканные руки облизал, после чего крепко сжал зубы и вскрикнул от удовольствия.

— Ну, — улыбнулся Босс, — хорошо?

— Да! Все на месте.

— Следующий.

Через некоторое время офис наполнился необычными звуками останавливающихся мягких тканей, костей, шелестом отрастающей кожи и поскрипыванием надувающихся заново, словно шарики, глаз. У многих на этом заплата и заканчивалась, другие несли остатки домой — детям и всем, кто за этот месяц попал под горячую руку. Дольше всего восстанавливался бухгалтер. Кроме прочего, он забыл про одежду — вышла неловкость перед ставшими вновь симпатичными девушками из отдела рекламации.

Досталось и Троеплюеву. Босс затолкал в его коробку увесистый ошмёток зарплаты. Роман, наблюдавший за этим, добавил: «Понял? Мы никого не обманываем!».

Ничего не досталось только Гоше, он работал первую неделю и всё у него было еще впереди.

⠀⠀ ⠀⠀ ⠀⠀

⠀⠀ ⠀⠀ ⠀⠀

Иллюстрация Анастасии Баталиной (Птах)

⠀⠀ ⠀⠀ ⠀⠀