Падшие из ада - Илья Шумей

– И как результаты?

– Мы не успели. Своей выходкой Волочин отправил все наши усилия псу под хвост! Его действия настроят общество против «чистых», и вместо смягчения от нас потребуют, наоборот, более решительного закручивания гаек. А с учетом того, что в Лиге теперь практически всем единолично заправляет Эдик, перспективы вырисовываются самые мрачные.

– Как Вашему брату удалось заполучить контроль над Лигой?

– Такова была затребованная им цена за помощь в освобождении «Айсберга» и вызволении Юлии из плена, – Александр помассировал виски, – я до сих пор пытаюсь понять, не обменяли ли мы шило на мыло? Ведь никто не знает, что творится у Эдика в голове и никому не известны пределы его возможностей. Ты видел, что он творит?

– Когда он парализовал всех на этаже? Да, впечатляет!

– На этаже!? Ха! Да он заморозил все живое в радиусе как минимум километра! На улице повсюду птичьи тушки валяются! – Председателя словно прорвало, – и он при этом даже не вспотел! Такое впечатление, что мы до сих пор копались в песочке детскими лопатками, а он подогнал карьерный экскаватор! И я вижу, что у него есть План, но его деталями он делиться со мной не спешит. Думаю, он так и не простил мне своей ссылки, что бы он там ни говорил.

– Какой еще ссылки?

– Четыре года назад я, поддавшись давлению других членов Совета, отправил Эдика на пустынный остров, где он и обитал все это время. Ты не думай, – усмехнулся Александр, увидев, как удивленно вытянулось мое лицо, – там ему были созданы все условия для комфортной жизни со всеми мыслимыми удобствами. Эдакая пятизвездочная тюрьма, если угодно. Слишком уж много хлопот он нам доставлял, то и дело отрабатывая свои умения на окружающих. Его силы росли с каждым днем, а вот взрослел он, увы, заметно медленней. Заметать под ковер последствия его выходок становилось все трудней, и он уже начал представлять реальную угрозу. Так что мы решили подстраховаться.

– Вряд ли он с энтузиазмом воспринял такой поворот.

– Не то слово! Обозлился на меня страшно! Мы с Эдиком почти год вообще не разговаривали, и я даже думал, что он уже никогда не отойдет, но потом он все же немного остыл и образумился.

– То есть ссылка все же пошла ему на пользу?

– Трудно сказать, – Председатель поскреб небритую щеку, – то, что он изменился – факт. Но вот простил ли он нас, или же его миролюбие является лишь напускным, скрывая подготовку к изощренной мести – неизвестно. Только время сможет ответить на этот вопрос. В любом случае, вернуть ситуацию к исходному состоянию, как и затолкать зубную пасту обратно в тюбик, уже нельзя.

– Ну и дела…! – протянул я озадаченно. Масштаб грядущих перемен пока плохо укладывался у меня в голове, но уже было ясно, что впереди нас ожидают совсем другие времена.

– Так что, боюсь, моим мечтам на старости лет отойти от дел и спокойно нянчиться с внуками сбыться уже не суждено. В лучшем случае, будем и дальше впахивать как проклятые, пока Эдик не перекроит весь мир в соответствии со своим видением. А про худший вариант я даже задумываться не хочу.

Все это выглядело немного странно – когда один из могущественнейших людей на свете откровенничает с первым встречным. Но, если подумать, то я, возможно, являлся для Александра единственной возможностью спустить пар. Обычный человек, не коллега, не партнер, не конкурент, не родственник или подчиненный – я никоим образом не пересекался с привычным кругом его общения, и мое мнение не значило для него ровным счетом ничего и абсолютно ни на что не влияло. Точно так же и Юлия только при мне могла позволить себе проявление слабости, не опасаясь дискредитировать свой глянцевый имидж. Странная мне выпала доля – выслушивать жалобы Великих на свою тяжкую жизнь.

– Тут сегодня почти вся Лига собралась, – продолжал тем временем Председатель, – совместными усилиями у нас несколько дней уйдет только на то, чтобы навести порядок в головах тех, кто будет спускаться с верхних этажей. И тут уже гомеопатией не отделаешься, придется работать в полную силу, иначе такие авгиевы конюшни не вычистить. От одного только перечня мурашки по коже – убийства, ритуальные жертвоприношения, каннибализм, насилие…

– Странно, что на таком фоне мы с Кирой отделались, можно сказать, «малой кровью». Что помешало и нам слететь с катушек заодно со всеми?

– Думаю, дело в том, что у вас перед глазами не оказалось соответствующего образца для подражания. Ведь человек, у которого отключилась пикировка, подобен камешку на вершине холма – малейшего дуновения ветерка достаточно, чтобы определить, в какую сторону он скатится. А уж за ним последует целый камнепад. Ты помнишь, с чего у тебя все началось?

– Это когда на моих глазах разбился коптер Дмитрия Аркадьевича? Разгромил торговый автомат, а потом нажрался как свинья и все.

– Вот в этот-то свисток и вышел весь твой пар. А твоя супруга, насколько мне известно, после ухода из «ЕвроСтил» прошла процедуру раскодировки, и с нее сняли целый ряд обязательных для компании ограничений. А те, что остались, носили больше косметический характер, так что ее «отскок» не носил столь фатального характера. Так что вам с ней, можно сказать, повезло.

– Да уж, подфартило так, что на всю жизнь запомнится. Для Вас все те ужасы, что творились в стенах «Айсберга» – всего лишь слова, а нам пришлось через все это пройти и испытать на собственной шкуре! Мы своими руками собирали куски, оставшиеся от людей, изрубленных взбесившимся коптером. Мы слышали леденящие кровь крики сгоравших заживо прихожан в храме. Мы вдыхали запах поджаренной на костре человечины. Мы громили, грабили, калечили и даже, возможно, сами… убивали.

– Исключительно в рамках необходимой самообороны.

– Вам-то откуда знать!?

– Не важно, что и как обстояло на самом деле. Главное – что ты сам помнишь о тех событиях.

– О! Я помню все в мельчайших деталях, и картины пережитого теперь не вытравить из меня и каленым железом. Мне до самой смерти многоэтажные кошмары сниться будут.

– Это вполне поправимо.

– В смысле…? Нет-нет, даже не уговаривайте! – я вдруг понял, к чему он клонит, – после всего, через что я прошел, после всего, что Вы мне тут рассказали, Вы ждете, что я соглашусь на новую пикировку? Нет уж, с меня хватит!

– Никто не собирается тебя уговаривать, – взгляд Александра стал жестким, пятиминутка его доброжелательности истекла, – нельзя позволить накопившемуся в «Айсберге» яду выплеснуться наружу. Последствия окажутся просто катастрофическими! Так что тебе придется пройти повторную процедуру. А не хочешь – добро пожаловать за Стену. Выбирай.

– Так вот он каков, Ваш «дивный новый мир», – вздохнул я, – в который всех счастливчиков насильно загоняют.

– Поверь, мне самому будущее виделось несколько иначе, но далеко не все определяется нашими желаниями. И разве тебе самому не хочется стереть из памяти особо неприятные и тяжелые эпизоды? По крайней мере, чуть смягчить краски?