Городские легенды судмедэксперта - Елена В. Федорова

Кожа была темно-зеленовато-серо-коричневой, в каких-то фантастических извилинах-наростах, которые себе, и представить в страшном сне было не возможно!

Глаза были похожи на человеческие, однако белки были с зелеными пятнами. Что это такое? НЕ обезьяна, не человек? Действительно, инопланетянин?

Испугавшись шокера, существо снова затряслось, словно в лихорадке, упало на колени и начало что-то кричать.

— Про-шу-у-у, не тро-гай-те ме-ня-я! — С удивлением разобрал в том бормотании Прохор.

— Ты понимаешь наш язык? — обратился к существу Прохор.

— Ко-неч-но! Это и мой язы-ы-к! — Более или менее внятно ответило существо, медленно разгибаясь.

С чувством ужаса, он увидел, что настоящий рост существа был выше его. И чупакабра, очевидно, была сильнее его. Тогда, почему она не одолела его?

— Тогда скажите, кто Вы?

— Я — человек, такой же, как и Вы. Только — больной, к несчастью.

— Человек?

Прохор осмелился тщательно присмотреться к существу. Действительно, части тела у него были такие же, как и у них. Даже наличие лохмотьев на бедрах, свидетельствовало об определенном интеллекте и застенчивости. Однако, эти пятна на глазах, эти извилистые наросты на коже? Если это болезнь — то какая?

Прохор в универе учил о чем-то похожем. Да, склеродермия! Но эти изменения выглядели не совсем такими, как при этой болезни. Существо огляделось.

— Пойдемте ко мне, я все Вам расскажу, — предложила оно, точнее, он.

Прохор с осторожностью согласился. Существо повело его по каким-то кочкам в первый же заброшенный дом у подножия горы.

Они прошли двор, зашли в сарай, существо приоткрыло дерюжку, лежавшую в углу, и подняло дверцу.

— Сюда, — показало оно в люк.

Парень остановился в нерешительности. Сейчас он уже не сомневался, что перед ним разумное существо. Однако, что может ожидать там его? Ловушка? Существо, поняло колебания Прохора, и первым спустилось в люк само. Спустя минуту, там забрезжил небольшой свет.

— А, будь что будет! — отчаянно скатился вниз Марущенко.

Оказавшись в подвале, он был крайне удивлен. Здесь все было оборудовано для комфортного проживания. Была хорошая комната, было несколько боковых дверей, одни были открыты, и там Прохор увидел кухню с выпотрошенной курицей на столе.

— Вот, смотрите, — пробормотало существо и протянуло ему… паспорт гражданина Украины. «Черненко Константин» — с удивлением прочитал Прохор. Прописан он был здесь, в Ставничем, по этому адресу.

— Как Вы дошли до такого состояния?

— Это — долгая история. Поэтому, садитесь. Не бойтесь, это — не заразно.

Прохор внимательно осмотрелся. На столе стояла толстая свеча. И именно она сейчас давала свет.

Однако, он заметил, что в подвале есть и электропровода.

— Сейчас нельзя включать свет. Заметят. А ночью я пользуюсь. Ворую у соседей. Да, это плохо. Но, что мне делать?

— У вас есть ванна или душ?

— Да есть. Но у меня возникает очень значительный дискомфорт, когда я моюсь, до боли. Поэтому, самому неприятно, что должен пахнуть, как не знаю кто!

На Константина было страшно смотреть, не то, что и общаться, сидя рядом. Однако, Прохор, в первую очередь, должен был для себя понять, что случилось с этим несчастным. Поэтому, он пересилил себя и заставил терпеливо выслушать больного.

— Мне сорок семь лет. Во времена СССР здесь был завод. Я работал то в плавильне, то — в литейке. Это была вредная работа. Жена говорила, что от меня начало пахнуть металлом, потом она не выдержала, развелась и уехала к родителям. Я ее очень любил. Но, понимал, что не могла, же она заставить себя так жить…

С тех пор, особого смысла жизни у меня не стало. Однако, надо было продолжать жить. Постепенно я стал замечать, что симптомы хронического отравления стали ухудшаться. Кожа и глаза начали зеленеть.

— Когда это случилось? — уточнил Прохор.

— Это уже после распада Союза произошло. Но завод еще работал. Когда мне стало уже совсем плохо, я заметил, что у меня начали трястись руки, я стал раздражительным, и пошел на комиссии. Они меня исследовали, дали, правда, инвалидность. Однако, на те деньги прожить невозможно!

Правдами-неправдами, меня еще устраивали на ночную работу. Даже, когда здесь сделали производство красок и лаков, я работал. Дышать здесь было нечем. Однако, мне надо было зарабатывать на лекарства, продукты, поэтому я продолжал работать. Но болезнь начала прогрессировать.

Был один врач, который взялся меня исследовать. Однако, он сам вскоре умер. Люди начали от меня шарахаться.

Я стал никому не нужен. Когда меня увидел новый директор, он чуть не упал от отвращения. Меня сразу выгнали.

Что мне оставалось делать? Ехать на лечение за границу — у меня не было средств. Видеть, как я вызываю у людей ужас — не было сил. Поэтому, я пустил слух о том, что еду лечиться в столицу. Обустроил себе здесь жилье и стал жить отшельником. Вы не поверите, но я уже пару лет не с кем не разговаривал. И то, последний раз говорил с почтальоном через дверь. Выхожу во двор, когда стемнеет.

— Воруете у людей еду? — с сочувствием спросил Прохор.

— А что мне делать? У меня осталась банковская карточка, но я не могу выйти в город. А сейчас мне вообще охотятся.

— Послушайте, я — врач, однако, не лечебной специальности. Если хотите, я отвезу вас в больницу, хоть — в эту, хоть — в столичную.

— Нет. Спасибо. У меня и так мало сил. Я уже хочу дожить так, чтобы меня никто не трогал.

— А почему Вы не хотите отсюда уехать, лечь в больницу?

— Не знаю. Я уже привык здесь. К тому же, здесь иногда возникает волшебное облако, которое переносит меня к замечательному миру. Я все надеюсь, что однажды оно меня таки унесет к тому миру, и я забуду о своем проклятии здесь!

— Значит, Вас удерживает облако!

— Да, оно существует на самом деле!

«Я знаю, что оно существует! Значит, оно действует на всех, кто оказывается на его пути?»— подумал Прохор.

— Хорошо, давайте, я помогу Вам, чем смогу.

— Тогда, может, каких-то книг мне принесете?

— Хорошо. Я сейчас мотнусь домой, и через часок вернусь. Трижды постучу. Впустите меня?

— Да — с удовольствием ответил Константин.

Прохор выбрался из погреба, вышел со двора и облегченно рассмеялся. Вот тебе и страшная чупакабра! И сразу осекся от своего смеха. Ему стало стыдно. Несчастный человек — Черненко Константин, «чупакабра», ЧК. Он для меня будет теперь ЧК. Память о том, как люди могут обращаться с себе подобными. Чего же ЧК не искал его участковый врач? Пропал человек и это никого не волнует!

Прохор быстренько мотнулся домой, набрал полную