Белая ведьма, черные чары - Ким Харрисон

Я прислонилась к спинке дивана, согнув плечи. Ни одно доброе дело… и так далее.

Ринн Кормель сел точно так же, как и я, на этот раз с медленной грацией вместо прискорбной внезапности.

— Что вы можете сделать для нас, Рэйчел? — спросил он, очень спокойно посмотрев на Айви. — Нам нужно что-то такое, чтобы думать о вас с более добрыми чувствами.

Я знала, чего он просит. Он хочет, чтобы я нашла для вампиров возможность сохранять при себе душу после смерти, и он думает, что я это сделаю ради спасения Айви.

— Я над этим работаю, — пробормотала я, скрестив на груди руки и глядя в огонь.

— Я не вижу результатов.

Я нахмурилась, подняла на него глаза:

— Айви…

— Айви устраивает все как есть, — перебил он, будто Айви тут вообще не было. — Вам следует быть поагрессивнее.

— А вот это, — ответила я возмущенно, — совершенно уже не ваше дело.

Дженкс поднялся в воздух, осторожно повис в трех футах над Кормелем.

— Ты свою мотыгу держи в собственных цветах, — предупредил он, подбоченившись.

— Ринн, прошу тебя! — взмолилась Айви.

Но тут Ринн Кормель показал, кто он и что он. Глаза вспыхнули черным, его аура ударила в меня.

— Разве тебе это не нравится? — прошептал он.

Я ахнула, отталкиваясь от него, а его глаза коснулись моего демонского шрама. Сидела я в углу дивана, с одной стороны спинка, с другой — подлокотник, и деваться некуда. Выдох превратился в стон — это я почувствовала пробежавшую по коже дрожь, усиленную там, где ко мне прикасалась одежда. У меня парализовало мысль — так это было ошеломительно интимно, и кровь застучала, уговаривая поддаться, не противиться, взять, что предлагают и раствориться в этом.

— Прекрати! — заверещал Дженкс. — Прекрати немедленно, а то всажу тебе сейчас эту палку в нос так, что зубной камень сниму!

— Не надо! — выдохнула я, подобрав колени к подбородку, ощущая обивку дивана как чью-то кожу. Из ниоткуда лилось это ощущение… господи, до чего же приятное! Как я могу этого не видеть? Он просто ткнул меня лицом сюда, показал, чего мы с Айви себя лишаем.

— Ринн, пожалуйста! — смогла прошептать Айви, и ощущение прервалось с внезапностью пощечины.

Я ахнула от этой перемены, глаза повлажнели в предчувствии слез. Оказалось, что я сижу, лицом уткнувшись в диван, свернулась калачиком, прячась от страсти и восторга. Тяжело дыша, я постепенно расплела руки и ноги. Глаза видели не очень хорошо, но Кормеля я сразу разглядела — он удобно сидел в своем кресле. Между нами, держа в руках палочку для еды, парил Дженкс. А этот вампир выглядел невозмутимо, как камень, и сочувствия в нем было тоже как в камне. Маска у него идеальная, но все же он зверь.

— Если хоть раз еще тронешь мой шрам… — пригрозила я, но что я могла сделать? Он защищает Айви и защищает меня.

Пульс у меня постепенно успокоился, только ноги еще тряслись. Вампир знал, что мои угрозы ничего не стоят и в упор меня не слышал.

Он смотрел на Айви, и я, проследив его взгляд, побледнела.

— Айви! — прошептала я с душевной болью. А она смотрела черными отчаянными глазами, сражаясь со своими инстинктами. Ее мастер напал на меня у нее на глазах — и отодвинулся, молча говоря: «Заканчивай ты». Мы так боролись за то, чего сейчас достигли, а он растоптал все наши усилия, как носорог. Меня это разозлило.

— Не имеете права! — сказала я дрогнувшим голосом.

— Вы мне нравитесь, Рэйчел, — сказал он неожиданно для меня. — Нравитесь с тех пор, как я услышал увлеченное описание от Айви, а потом увидел, что оно точно. Вы изобретательны, умны и опасны. И я не смогу сохранить вам жизнь, если вы не начнете учитывать факт, что последствия ваших действий не кончаются на будущей неделе.

— Никогда больше не смейте делать так со мной и с Айви, — прошипела я, дымясь. — Вам ясно?

— А почему? — спросил он, и недоумение было слишком искренним для поддельного. — Я ничего не сделал вам неприятного. Айви подходит вам, вы подходите ей. И я не могу понять, почему вы обе не хотите видеть такого… идеального соответствия.

Я не могла отодвинуться от Айви. Она держала себя в руках, но не обращать на нее внимания — это была единственная защита, которую я могла ей предложить.

— Айви знает, что нельзя делиться кровью без того, чтобы один не подчинился воле другого. Я подчиняться не хочу, а она не может.

Он задумался.

— Тогда одной из вас надо научиться поддаваться. — Как будто этим все и решалось. — Стать второй.

Я подумала о его наследнице — он ее услал, потому что без нее проще с нами управляться.

— Ни одна из нас этого делать не будет. Потому мы и можем жить вместе. Оставьте — Айви — в покое.

Он неопределенно хмыкнул:

— Я как раз думал, что она должна поддаться, а не вы.

Я с отвращением покачала головой:

— Я ее люблю такой, как она есть. Если она прогнется, я просто уйду. Если прогнусь я, ей достанется только оболочка.

Он наморщил лоб и задумался под треск камина.

— Вы уверены? — спросил он, помолчав, и я кивнула, не зная, спасенье это для нас или гибель. — Тогда это может не получиться, — сказал он, думая еще о чем-то.

Дженкс, до сих пор молчавший, выпустил из рук палочку.

— Получится! — воскликнул он, когда палочка клацнула по столу. — В смысле, Рэйчел так много уже нашла. Она работает с мудрым демоном и найдет способ для Айви сохранить душу!

— Дженкс, перестань, — попросила я, но Кормель задумался, и я видела, как неприятна ему мысль, что знания для развития его вида будут получены от демонов.

— Ал может знать способ, как оставить при себе душу после смерти, — уговаривал Дженкс, и треугольное личико подобралось от страха за меня.

— Заткнись! — крикнула я.

Айви задышала спокойнее, я рискнула на нее посмотреть. Кулаки у нее разжались, но она все так же смотрела в пол и дышала неглубоко.

— Спросите своего демона, — сказал Кормель.

Осторожно вошел Джефф с факсом в руках, посмотрел на Айви с тревогой и отдал факс Кормелю. Даже не глянув, неживой вампир холодно протянул бумагу мне, мимо Айви.

— Ваш отказ от госпитализации.

Я сунула лист в карман.

— Спасибо.

— Как вовремя, — беззаботно сказал Кормель, но я теперь уже видела его без маски. Ни приятный разговор, ни понимающие улыбки меня уже больше не обманут. — Теперь можем поесть с легкой душой.

Ага, как же.

Я повернулась к Айви и увидела, что карий ободок в ее глазах становится шире. Тогда я встала.

— Спасибо, Ринн, но нам пора.