Камень ангела - Ливи Майкл

— Тебе приятно будет услышать, что мы обойдемся без всего этого вздора, — продолжил Дух. — Только новолуние — и этот камень вон там, наверху. И, конечно, ты и я.

Кейт взглянула вверх и увидела Камень ангела, возвышавшийся в темноте. Постепенно возвращались на свое место очертания склепа: стены и ступени, ведущие в неф собора. Камень ангела был в стене над склепом. Когда Кейт опустила глаза на надгробие, между свечами лежал Дух — точно так же, как прежде там лежал мальчик.

— Что происходит? — произнесла она слабым голосом.

— Ну, ты же смышленая девочка, Кейт, — похвалил ее Дух. — Я полагал, ты сама догадаешься.

Он уселся на надгробном камне, прихватив свечу. Его короткие толстые ноги свешивались с края надгробия.

— Видала? — сказал он и, запрокинув голову, попытался удержать свечу у себя на лбу, и подхватил ее, когда она начала падать. — Когда-то у меня это хорошо получалось, — похвастался он с легкой улыбкой сожаления.

Кейт слышала, как громко бьется ее сердце. В голове не было ни одной мысли — только какое-то жужжание.

— Кто ты такой? — спросила она, пытаясь отойти подальше, но у нее это не получалось: она только кружила вокруг надгробия. Дух наблюдал за ней, оперевшись на локти.

— Может быть, тебе бы следовало спросить, кто такая ты, Кейт, — или я должен звать тебя Китом?

Кейт проигнорировала это замечание и спросила:

— Где этот мальчик? Где Саймон? — Она вдруг вспомнила его имя. — Что с ним произошло?

— Ну, тут случилось небольшое несчастье, — ответил Дух, не сводя взгляда с ее лица. — Можно сказать, он потерялся.

— Потерялся — где же? — задала Кейт нелепый вопрос, и Дух улыбнулся.

— Ну, если бы мы это знали, он бы вряд ли потерялся, не так ли? — заметил он.

Кейт тряхнула головой, словно пытаясь избавиться от жужжания в ушах.

— Я не понимаю, — сказала она.

— А тебе и не нужно понимать. Достаточно сказать, что все должно было получиться несколько иначе. Мой ученый друг должен был в назначенное время совершить ритуал и послать сознание мальчика в загробный мир, и — ап! — я бы оказался в его теле и пребывал бы там до тех пор, пока оно бы не износилось и не подвернулось бы следующее. Идеальный план. Только ему помешали.

И дух сверлил Кейт взглядом до тех пор, пока волосы у нее не стали дыбом.

— Но настоятель… — запинаясь, произнесла она.

— Он тоже потерялся. Вообще-то все мы потерялись, поскольку ритуал был так несвоевременно прерван. Всех нас унесло в тартарары, или как тебе угодно это назвать.

Теперь Дух опирался на один локоть, по-прежнему не сводя глаз с Кейт.

— Из-за того, что ритуал прервали, — продолжал он, — ни один из нас не мог отыскать дорогу назад.

Кейт в ужасе судорожно сглотнула.

— Я не знаю, о чем ты говоришь, — сказала она.

— Ты что, не слушаешь? — возмутился Дух, снова приняв сидячее положение. — И кто же это нас прервал? Как раз когда у нас дело пошло на лад? Кто же отправил нас сквозь чревоточину во времени? Чревоточина, — повторил он, почесывая голову. — Хорошо сказано.

Жужжание в ушах у Кейт усилилось. Она прижала пальцы ко лбу.

— Я — не понимаю, — вымолвила она слабым голосом.

— Да? Ну что же, позволь мне изложить это иначе, — сказал Дух, поднимаясь с надгробия.

Мать доченьку с самого детства,

Чтоб той не лишиться наследства,

Звала только Китом —

И все шито-крыто.

Вот только не дай Бог раздеться!

Что-то в этом духе. Настоятель всегда был более силен в поэзии, чем я. А он к тебе привязался Кит, это точно. Хотел оставить тебе свое наследство. И, как ни забавно, в некотором роде так и сделал.

В мозгу у Кейт замелькали образы, но так быстро, что она ничего не разобрала.

— С какой стороны ни взглянуть, это на самом деле одна и та же история, — продолжил дух. — Ребенок ищет отца, отец ищет ребенка, поиски бессмертия. Вот только отец может получить то, что хочет, лишь отказавшись от ребенка.

— Мой отец от меня не отказывался, — слабо возразила Кейт, и Дух удивленно взглянул на нее.

— Да? А тогда что же ты здесь делаешь?

Кейт не могла говорить. «Я так виноват. Я люблю тебя. Твой отец», — было сказано в его записке.

— Чего ты хочешь? — с трудом выговорила она. — Чего ты хочешь от меня?

— Ну что же, давай-ка выясним это, — предложил Дух, похлопывая по освободившемуся месту на надгробии. — Почему бы тебе не дать отдых ногам?

Кейт отпрянула.

— Не дотрагивайся до меня! — воскликнула она.

Ей казалось, что она кричит, но на самом деле ее было едва слышно.

Дух улыбнулся.

— О, надеюсь, у нас не будет в этом необходимости, — сказал он. — Применять силу — это не мой стиль. Я думал, ты просто добровольно здесь приляжешь.

Кейт чуть не рассмеялась.

— Размечтался! — ответила она и отступила от Духа, а он надвигался на нее. — Не подходи ко мне! — закричала она.

Ей казалось, что она отвернулась от Духа и двинулась к лестнице, но вдруг почувствовала, что ее прижали к надгробному камню, и холодный камень врезается ей в тело.

— Кейт, Кейт! — сказал Дух. — Ну для чего тебе жить, на самом-то деле?

Кейт задохнулась от ужаса. Дух стоял перед ней, загораживая путь. На лбу у нее выступил холодный пот.

— Папа! — вдруг позвала она. — Папа! Папа!

Дух засмеялся, и Кейт вдруг увидела вблизи его неприглядные зубы.

— Я же говорил тебе, что здесь никого нет. Твой папа оставил тебе записку, потому что знал, что ты придешь. Это было частью сделки.

— Нет! — воскликнула Кейт, оступилась и начала опрокидываться на надгробие.

Дух наклонился над ней, придавливая ее книзу.

— Я всегда считал, что мне не нужна девчонка, — заметил он. — Как меняются времена, а?

— Отойди от меня! — завопила Кейт и оттолкнула Духа, но это было все равно, что отталкивать мощное силовое поле.

— Все это прекрасное дыхание, — прошептал он и приложил палец к ее губам. Кейт словно ударяло током, когда он нажимал на губы и отпускал в такт ее дыханию. — Вдох — выдох, — мечтательно шептал он. — Вдох — выдох.

Кейт уворачивалась от него, извиваясь, но Дух приподнял ее подбородок и подался вперед, улыбаясь своими ужасными пустыми глазами. Его поцелуй обжег ее губы, как лед. Кейт зажмурилась, задерживая дыхание, и ощутила, что летит в темноту. И в эту минуту зазвонили колокола собора.

Она ничего не видела и не слышала, но чувствовала, что движется к какой-то огромной пропасти. Все, что когда-то существовало, что жило и умерло, одновременно неслось к этой пропасти с немыслимой скоростью. Вокруг краев этой пропасти, как огромный водопад, текли тысячи, тысячи душ, как световые точки, и, казалось, само время и свет переливаются через край.