Смертельная ночь - Хизер Грэм

— Джон Эйбел. — Она наконец узнала его.

— Разумеется. — Он опустил капюшон. Он выглядел так, как всегда, и от этого становилось еше страшнее. — За последнее время… я сильно оголодал. — Он покачал головой. — Многие попадают ко мне изуродованными, безобразными. А в смерти есть красота, особенно в ее процессе. Но на работе…

— Ты давно начал убивать, — сказала она.

— Раньше я не был таким голодным, — оскалился он. — Но… потом я обнаружил эту крипту под семейным склепом, и убивать стало легче. Я, конечно, не мог предвидеть наводнение и подъем уровня воды. Глупо, наверное… Хотя за все время всплыли всего-то две кости. А знаешь… женщинам, которых я… скажем, любил… им не стало хуже. Пустячные, ничтожные существа. Их никто, в сущности, не искал.

— Но Шейлу ищут, — заметила она.

— О да. Но Шейла… это была необходимость. Она слишком интересовалась историей, совала повсюду свой нос. Я не мог допустить, чтобы она наткнулась на мой… тайник. Я часто приезжал сюда. Как-то я нашел гроб с останками солдата Гражданской войны. Забавно, что его похоронили вместе с его дневником, который отлично сохранился в промасленном лоскуте. Интересный был человек. У нас с ним много общего… Так что…

— Амелия видела огни, — сказала Кендалл.

Он улыбнулся своей обычной улыбкой. Теперь она знала, как улыбаются чудовища.

— Но зачем тебе все это? — тихо спросила она.

— Мною движет голод, — ответил он так, как будто говорил о чем-то само собой разумеющемся. — Не каждому позволено удовлетворять свой голод. Но я гений, и я заслуживаю этого. Я устал видеть безобразную смерть, мне хочется убивать молодых, трепетных, прекрасных… Но вначале я с ними нежен… Когда приходит смерть, ужас в глазах женщины сменяется покоем. И она красива. Пока не начнет гнить. — Он пнул по воде с плавающими в ней костями. — Пока еще никому не удавалось избежать разложения…

Он придвинулся почти вплотную. Протянул руку, коснулся ее щеки.

— Ты такая красивая…

— Ты не понимаешь, — сказала она, — тело гниет, но душа бессмертна.

— Что? — удивился он.

— Я знала о тебе. Мне говорили духи. Они и сейчас здесь. На твоем месте я бы бежала отсюда без оглядки и пряталась. Ты же гений, ты заслуживаешь жизни. Но тебе нужно уходить — если ты не хочешь повстречаться с духами.

— С какими еще духами?

Краем глаза она заметила у себя под ногами большую кость с остатками одежды. Сердце замерло у нее в груди — сейчас или никогда.

Она быстро нагнулась, схватила кость и изо всех сил врезала ему по голове. Он вскрикнул, оступился и выронил нож, который с плеском шлепнулся в воду. В воду. Она уже поняла, что где-то здесь должен был быть выход к реке. Она бросилась бежать, сама не зная куда, но он нагнал ее, схватил за волосы и повалил в зловонную жижу. И хуже всего — в руке у него снова был нож.

Эйдан ворвался в склеп, освещая путь фонарем. Там никого не было. Только женщина в белом, стоя у алтаря, манила его к себе. И вдруг исчезла. Он обогнул алтарь и увидел зияющий провал на месте фальшивого пола. Он без колебаний прыгнул в темноту.

Он тяжело приземлился, в туче брызг, не удержался на ногах и упал, выронив при этом кольт.

— Эйдан! — вскрикнула Кендалл.

— Не подходи! — раздался мужской голос, хриплый, почти нечеловеческий.

Джон Эйбел.

Он держал нож у горла Кендалл.

— Убей его, Эйдан, — тихо сказала она, — или он убьет нас обоих.

Он посмотрел на нее обнадеживающим взглядом, а затем обратился к ее мучителю:

— Эйбел, тебе не выйти отсюда живым. И даже нож тебе не поможет, ты…

— Не подходи! — завизжал Эйбел.

Густой туман поднялся из воды. Поднимаясь, он принимал форму. Женщина в белом — Фиона, появилась слева от него, а рядом Слоун и Брендан. Они были не одни, туман тоже оживал.

— Они здесь, — тихо проговорил Эйдан, — все женщины, которых ты убил. Они здесь, с нами. И тебе конец.

— Ты спятил!

— Оглянись, и ты увидишь их.

Эйбел оглянулся. Почувствовав, что он ослабил хватку, Кендалл со всей силы пнула его. Эйбел вскрикнул от боли, и в эту секунду Эйдан бросился на него, отталкивая ее в сторону.

Мужчины рухнули в воду, борясь за нож. Но не успел Эйдан даже коснуться ножа, как вдруг его противник громко и протяжно закричал.

Эйдан не очень хорошо понимал, что происходит. Но это было не важно. Призрачные руки вырвали нож из руки Эйбела и всадили ему в сердце. Вода окрасилась кровью. Туман постепенно рассеялся.

— Пойдем отсюда скорее, — прошептала Кендалл, хватая его за руку, — идем же, Эйдан.

— Да-да, идем.

Он обернулся — они все еще были там: Фиона и двое мужчин, которые погибли, защищая ее. И затем исчезли.

Кендалл тряслась крупной дрожью. Эйдан подсадил ее, помогая выбраться из крипты, потом вылез сам. Они вместе вышли из склепа и в изумлении остановились: их ожидала целая армия людей — военные, гражданские, женщины в старинных платьях. Впереди этой группы стояли двое военных — один в синей, а второй в серой форме. С ними был Генри.

Вперед вышла Фиона, неся розу, которую с улыбкой положила перед ними. После чего вся толпа растворилась в воздухе.

Ночную тишину прорезал вой сирен. Повсюду забегали полицейские, приехали Хэл, Зак и Джереми, и даже Винни очнулся. Всю ночь царила жуткая неразбериха, одно лишь было ясно: власть страха закончилась. Кости и тела будут захоронены. И мертвые упокоятся с миром.