Темный источник - Дженнифер МакМахон

20 июня 2019 г.

Домой я вернулась только в половине десятого. Райан высадил меня у дверей и уехал, а я поднялась на крыльцо. Диана прислала эсэмэску, что задерживается на работе, но обязательно приедет – привезет пиццу и вино.

Едва войдя в прихожую, я сразу почувствовала, что отец снова взялся стряпать. В воздухе пахло приправами, перцем и разогретым маслом.

– Тед?! – позвала я, направляясь в кухню. Свет горел только там – и в коридоре, и в гостиной лампочки были выключены.

Отец что-то сказал, но так тихо, что я не разобрала слов. Обращался он явно не ко мне. С кем же он может разговаривать? С Дианой? Но ведь я только недавно получила от нее сообщение, да и машины ее на подъездной дорожке я не заметила.

– Тед?.. – снова сказала я, входя в кухню, в которой царил полный разгром. На полу валялись пустые пакеты из универмага, все конфорки были включены, и на каждой стояло по кастрюле, разделочный и рабочий столы были заставлены жестянками с мукой, сахаром, перцем, вскрытыми консервными банками, завалены блюдцами и мисками, мерными стаканами, грязными ложками и ножами. На обеденном столе теснились тарелки и подносы с шоколадным печеньем, чизбургерами, поджаренными сырными сэндвичами и прочим. Дверцы кладовки были распахнуты настежь, а за ларем с овощами что-то торопливо поедал Свинтус.

– Что здесь происходит? – спросила я отца, который переворачивал лопаточкой бекон. Я очень старалась, чтобы мой голос звучал спокойно и доброжелательно, хотя на самом деле я разозлилась и испугалась. Подобный «творческий беспорядок» на кухне был в стиле Лекси, она всегда все переворачивала вверх дном, когда готовила. Тед ничего подобного себе не позволял.

Он не ответил, и я, подойдя к нему, тронула его за плечо:

– Эй? Что случилось?

– Она проголодалась, – ответил он каким-то не своим голосом и продолжал орудовать изогнутой лопаточкой. На меня он даже не взглянул. – Она проголодалась, но не хочет ничего есть. – И он вывалил в сковородку полбанки кукурузы под белым соусом.

– Кто проголодался, Тед?

Он наконец-то посмотрел на меня.

– Лекси, кто же еще! – сказал Тед. Его зрачки казались огромными, а лицо, хотя и блестело от пота, как у всякого человека, простоявшего у горячей плиты несколько часов, было мертвенно-бледным.

Я выключила конфорки и взяла его за руку. Она была холодной и липкой.

– Лекси? Но ведь она…

– Она была здесь! И сказала, что хочет есть. – Он бросил на меня безумный взгляд. – Я готовил ей самые разные блюда, но она так ничего и не съела. Даже не попробовала!

Его лицо сделалось таким расстроенным, таким несчастным, что мне стало его жалко.

– Ну-ка присядь, – сказала я и повела его к столу. Двигался он медленно, как лунатик, но мне все же удалось усадить его на стул. Сама я села напротив, сдвинув в сторону часть стоявших на нем тарелок и мисок с едой. Только сейчас до меня дошло, что все это были любимые блюда моей сестры.

– Она была здесь, – повторил Тед. – И сидела на том самом месте, где ты сейчас. Вот смотри!.. – Он лихорадочно зашарил по столу, едва не столкнув на пол тарелку с чизбургерами, и наконец извлек из-под завалов альбом для эскизов. – Доказательство! – выкрикнул он и, раскрыв альбом, поднес его к моему лицу.

Я взяла альбом у него из рук и стала рассматривать серию набросков, торопливо сделанных карандашом: Лекси в кухне, Лекси рядом с буфетом, Лекси сидит за столом… На рисунках глаза у сестры выглядели абсолютно сумасшедшими, а волосы – мокрыми.

Я с трудом подавила дрожь.

– Она сказала, что могла бы вернуться и снова жить с нами, – сказал отец. – Но мы должны ей помочь…

– Тед! – проговорила я с интонациями социального работника. – Я не думаю, что…

В прихожей грохнула входная дверь, и я выронила альбом. Отец подпрыгнул на стуле и посмотрел на меня расширенными от волнения глазами.

– Она вернулась! – прошептал он. – Сейчас ты сама увидишь…

Я попыталась встать и не сумела. Я не могла пошевелиться. Не могла дышать. На мгновение мне показалось – я снова под водой и мы с Лекс играем в утопленников.

Кто первым пошевелится, тот проиграл.

– Эй, это я! Я дома! – донесся из прихожей голос Дианы.

Я с облегчением выдохнула. Лицо Теда разочарованно вытянулось.

– Ничего не говори ей про Лекси, хорошо? – быстро шепнула я и, подобрав альбом, сунула ему прямо в руки.

– Но ты мне веришь? – так же шепотом отозвался он. Его лицо приобрело умоляющее выражение.

Верила ли я? Могла ли я поверить, что моя утонувшая (и кремированная) сестра сумела найти обратную дорогу и преспокойно сидеть в кухне?

Нет. Это было невероятно. Невозможно!

– Давай поговорим об этом, когда Дианы не будет, – нашлась я. – Это будет наш с тобой секрет, ладно?

Никому ни слова!

– Извините, что задержалась, зато я принесла вам пиццу и вино, – сказала Диана, появляясь в кухне. – В магазине «У Излучины» готовят отличную греческую пиццу, просто пальчики оближешь! Я уверена, вы со мной согласитесь, когда попробуете это чудо.

На Диане был светло-бежевый полотняный костюм, прическа и макияж выглядели безупречно. В левой руке она удерживала огромную плоскую коробку с пиццей, в правой – пакет, в котором позвякивали бутылки. Увидев царивший на кухне разгром, Диана резко остановилась.

– Что тут у вас произошло?! – с беспокойством воскликнула она.

– Ничего особенного. Тед… Он хотел кое-что приготовить.

Диана еще раз обвела взглядом хаос на столе, мусор на полу, кастрюли на плите.

– Один? Или ему помогала сотня дрессированных обезьян?

Я взглядом показала Диане, что сейчас эту тему развивать не стоит. Тетка покачала головой, потом посмотрела на отца, особо отметив его странную бледность и испачканную жиром и мукой одежду, но я уже забрала у нее пиццу и положила на рабочий стол, предварительно сдвинув в сторону гору посуды.

– Давайте скорее поедим! – произнесла я с напускной жизнерадостностью. – Я ужас как проголодалась!

* * *

– Как ты думаешь, с твоим отцом все в порядке? – спросила Диана, когда мы наконец остались одни. Мы съели почти всю пиццу, выпили две бутылки вина, и Тед, опрокинувший «для комплекта» пару стаканчиков джина, ушел спать относительно рано. «Сегодня был длинный день, и я совершенно вымотан», – фальшиво пожаловался он, наливая себе еще порцию крепкого. Вымотанным Тед, однако, не выглядел. Напротив, он был взвинчен и возбужден. И, разумеется, он не лег, как собирался. Нам было отлично слышно, как он расхаживает по комнате наверху.