Пастырь мертвецов - Антон Вильгоцкий

Геката – покровительница различной нечисти, колдовства, ворожбы. Ее называют змеевласой повелительницей псов и изображают трехликой, а иногда и трехтелой, с факелами и кнутами в руках.

Гекате приносят в жертву черных собак. Возжигают ей черные же свечи или чадящие факелы на рукоятях того же цвета. Угодные богине благовония – белена или могильный барвинок, лучше всего – смешанные с кровью жертвы.

Время ритуалов Гекаты – первый и третий часы после полуночи, предпочтительно первые два и последние два дня Луны.

Место ритуала – перекрестки заброшенных или безлюдных дорог и троп, кучи камней, острова на болотах. При необходимости проведения срочного, или же небольшого ритуала, вполне подойдет и лаборатория некроманта.

Мужским божеством-покровителем некромантии считают Аида, или Гадеса. Аиду приносят в жертву черных быков, сбрасывая их в шахты и пропасти. Наилучшим благовонием для ритуалов, связанных с Аидом, является сера.

Время этих ритуалов – третий час ночи, при мертвой луне, либо же в полнолуние. Места – пещеры, склепы, гробницы, ущелья, заброшенные шахты.

Время для обращения к основным богам Темного пантеона стояло сейчас не слишком подходящее. Поэтому Егор держал про запас еще несколько вариантов – вплоть до японской богини смерти Идзанами, и Самэди из гаитянского культа Вуду.

Но до воззваний к столь экзотическим покровителям было еще далеко. Первым в списке после Гекаты и Аида стояло имя, прекрасно известное не только тем, кто особо увлечен эстетикой смерти и посмертия.

«Он мог также словом потушить огонь, или утихомирить море, или повернуть ветер в любую сторону, если хотел. И у него был корабль, на котором он переплывал через большие моря, и который можно было свернуть, как платок. Он брал с собой голову Мимира, и она рассказывала ему многие вести из других миров, а иногда он вызывал мертвецов или сидел над повешенными. Потому его называли владыкой мертвецов».

Так говорится в преданиях о боге Одине, более всего известном по скандинавскому эпосу, куда этот персонаж, в свою очередь, пришел из древнегерманских легенд, где его звали Водан. Обычно некроманты к Одину не обращаются – все же, основные функции этого божества лежат в совсем иной плоскости. Один может просто не захотеть помогать кому-то в делах, связанных с мертвецами, сославшись на некие более важные заботы.

Чтобы облегчить себе задачу, Егор решил произвести обряды для обращения к десяти богам смерти разом. Надлежащих подношений у него сейчас не имелось – откуда ж было заранее знать, что придется делать это? Киреев рассчитывал обойтись благовониями, да собственной кровью, принесенной в жертву Гекате. Тут главным было – не уронить даже крошечной капли на поднос, предназначенный Аиду. В противном случае повелитель мертвых мог запросто утащить некроманта в свой подземный мир.

Откликнулись четверо: Геката, Один, Самэди и Осирис. Как и предполагал Киреев, Аид, которому интереснее было общаться с мертвыми, чем с живыми, остался глух к столь слабому воззванию, каким являлось сжигание щепотки серы.

Изображения богов возникли перед ним в воздухе – будто четыре окна, ведущих в иные миры, открылись перед Киреевым. Это здорово напоминало сетевую видеоконференцию. Когда Егор, обучаясь в Академии, впервые налаживал связь с покровителями, он едва удержался от улыбки, увидев, как это выглядит.

– Приветствую вас, Владыки, – склонив голову, произнес Егор.

– Здравствуй, Грегориус, – сказала Геката.

– Привет, – помахал рукой Один.

– Приветствую тебя, сын Северной земли, – пафосно произнес Осирис.

– А, это ты, – буркнул Самэди. – Чего надо?

Егор только усмехнулся про себя. Гаитянский властитель теней был известен своим скверным характером. В особенно дурное расположение духа он приходил, когда его вызывали люди, не входившие в «подведомственную группу». В большинстве случаев Самэди, конечно, поможет и белокожему некроманту. Но нервы в процессе потреплет здорово.

– Должно быть, происходит нечто чрезвычайное, раз уж ты счел необходимым одновременно обратиться к такому количеству покровителей? – произнесла Геката, окинув взглядом стоявшие на алтаре перед Егором подносы.

– Это так, Владычица, – кивнул некромант. – Дело мое серьезно и неотложно. Очень надеюсь на вашу поддержку в нем.

– Не тяни, – рявкнул Самэди. – Рассказывай.

Очухавшись, вампир Ринальдо обнаружил, что лежит, закутавшись в плащ, на обшарпанной скамейке, в каком-то темном дворе. Если не считать света, падавшего из окон образовывавших двор блоков многоэтажного дома. Ну, в темноте ничего удивительного кровосос не нашел – в городе стоял поздний вечер. Но как он очутился здесь? И что вообще вчера было? Да, кстати, сегодня-то какое число?

Разогнув затекшие ноги, Ринальдо сел, извлек из кармана мобильник и посмотрел последние звонки. «Альмаксис… Ох, ну да, ему ж вчера четверть века стукнуло». Голова стремительно наполнялась воспоминаниями о безумной вечеринке в «Крыльях ужаса». «Да, там еще была потрясающая маленькая упырица. Правда, вдвое старше меня. Так, но почему же я здесь? И где оно – это „здесь“?».

Вот этих подробностей Ринальдо припомнить не смог. Пришлось звонить друзьям.

Сам Альмаксис трубку так и не взял – учитывая то, сколько именинник выпил накануне, сей факт тоже ничуть не удивил Ринальдо. Поняв, что до Альмаксиса не дозвониться, он набрал номер Крагера – еще одного вампира из числа присутствовавших вчера – или еще сегодня? – в клубе.

– Алло? – раздалось в трубке. По звучавшей на фоне голоса Крагера танцевальной мелодии Ринальдо понял, что веселье продолжается. – Ринальдо, ты?

– Ага, я. Что происходит, можешь мне объяснить?

– Нет, это ты мне объясни, что происходит, – оборвал его Крагер. – Под утро ты сказал, что хочешь пойти подышать свежим воздухом. И с тех пор как сквозь землю провалился. А мы продолжаем гулять. Ты где вообще?

– Не знаю, – признался Ринальдо. – А вы где? В «Крыльях ужаса»?

– Нет, перебрались к Альмаксису домой. Веселуха мировая просто. Так что давай, подтягивайся. И поживее. Мышью, мышью, – Крагер отключился.

«Надеюсь, я за день ничего дурного не натворил», – подумал Ринальдо, вставая.

За спиной загрохотала дверь подъезда.

– Нет, Колян, ну ты посмотри, какое чмо! – раздалось через несколько секунд. Ринальдо подумал, что эта оскорбительная фраза, вероятнее всего, относится к нему – больше ведь во дворе никого не было. Несоответствие прозвучавших слов реальному положению дел возмутило вампира до глубины его мертвой души. Ринальдо решил разобраться в ситуации и расставить точки над «i».

Развернувшись, он увидел стоявших на бетонном крыльце двоих парней характерной «приблатненной» наружности. Один – среднего роста, плечистый, с расплющенным носом, в кепке – «еноте» на бритой наголо голове. Второй – долговязый и лопоухий, с ежиком черных волос. Одеты были оба в синие спортивные костюмы, разнящиеся только покроем.