Псоглавцы - Алексей Иванов

– Думаю, нам поможет двойной эспрессо, – сказал он.

Кирилл смотрел, как Роман Артурович по-хозяйски обращается с кофемашиной – таким хайтековским и эргономичным агрегатом, но вспоминал дрезину Лизы – битый, облупленный грузовичок ГАЗ-51 на смешных железнодорожных колёсиках.

– Значит, всё это был только ваш эксперимент?

– Мы предпочитаем термин «миссия». Он корректнее.

– Миссия невыполнима? – горько усмехнулся Кирилл.

– Почему? – удивился Роман Артурович. – Блестящий результат.

А у Кирилла было ощущение катастрофы.

– Нас с Лизой чуть не убили… Дрезина сломана…

– Я имею в виду смысловое содержание событий, – пояснил Роман Артурович. – Мы обнаружили уникальный феномен. Аналогов ему я не знаю. Материальные издержки компенсируем. А у вас, Кирилл, думаю, посттравматический синдром. Мы предоставим вам психотерапевта.

– Значит, вы заранее всё знали про псоглавцев?..

Роман Артурович развернулся, чтобы Кирилл видел его лицо.

– Нет, мы ничего не знали, – твёрдо и спокойно сказал он. – Итог миссии – замечательное открытие, которое значительно повлияет на всю нашу базовую теорию. Но сама миссия прошла очень рискованно, и за это мне придётся ответить. Я не удержал миссию в заданных параметрах. Моя вина не абсолютна, но она, несомненно, есть.

– Вы не рассчитали, что оборотни существуют в реальности?

– Моя задача была – обеспечить вашу безопасность. Я виноват в том, что утратил над вами контроль, когда у вас украли телефон. Я неверно оценил степень готовности местных жителей на криминал. Ваши товарищи перешли черту дозволенного, а я не отследил этого вовремя. Я не придал значения вашим отношениям с этой девушкой и пренебрёг очевиднейшей аналогией с историей Христофора и Иафета.

– Стоп-стоп-стоп! – закричал Кирилл и схватился за голову. – О чём вы говорите?! Давайте по пунктам!.. Какой контроль?..

Роман Артурович выдвинул один из ящиков стола и достал телефон, точно такой же, как у Кирилла, Валерия и Гугера.

– Телефон – средство слежения. В нём джи-пи-эс навигатор. То есть маячок. Телефон пишет и передаёт на мою станцию все ваши разговоры, не только телефонные, а вообще все в зоне слышимости. Кроме того, через вай-фай я знаю ваши запросы в интернете, таким образом, могу ориентироваться в круге ваших поисков.

– Это вторжение в личную жизнь.

– Конечно. А разве вы не подписывали договор, где соглашались с этим вторжением?

Договор был на одиннадцати страницах. Кирилл его не прочитал.

– Всё равно это лукавство, нужно предупреждать отдельно.

– Кирилл, я думаю, что Даниил Львович предупреждал. Только вы пропустили мимо ушей. Извините.

– Он сказал, что вы будете контролировать, но не сказал как, – упорствовал Кирилл. – Не сказал, что через прослушку в телефоне.

– Тогда бы миссия лишилась смысла. Но в целом ваше положение он вам описал. Хотя и вы тоже правы.

– И куда пойдут записи наших базаров? – грубо спросил Кирилл.

– Никуда. Я их слушал и фиксировал только свои выводы. Мы их называем «экстракты». А сами записи ваших разговоров я уничтожал. У нас ведь не дознание, не сбор улик или компромата.

– Я вам не верю.

– Это ваше право, Кирилл. Учитывая развитие технологий, никакая демонстрация уничтожения записи вас не убедит, верно?

– Верно. Вы запишете на десять носителей, а уничтожите один.

– В договоре, который подписали и вы, и мы, указано, что мы обоюдно признаём все записи ничтожными для использования в суде.

– И тем не менее.

– Кирилл, – в голосе Романа Артуровича мелькнула усталость, – но разве сам факт того, что мы признаём прослушивание, не является свидетельством нашей честности перед партнёрами? Если бы я сейчас не сказал вам о прослушке в телефонах, вы бы не узнали никогда. Но если бы я сказал вам об этом заранее, то вы бы начали скрывать свои переговоры, и я бы не смог контролировать ситуацию.

– Вы и так не особенно контролировали.

– Вспомните драку возле развалин дома. Я успел её остановить – потому что прослушивал телефон. Вот только я упустил из виду, что после драки мне надо изъять телефон у Дергачёва и вернуть вам. Но и сами вы тоже об этом забыли.

– Кто такой Дергачёв?

– Александр Александрович Дергачёв, мелкий уголовник.

– Саня Омский, что ли?

– Да. Он. В общем, Кирилл, вопрос с прослушкой – это уже старый вопрос контроля в информационном обществе. Если вы считаете, что ваши права нарушены, предъявляйте материальные претензии, мы постараемся компенсировать моральный урон, который вам нанесли.

– Судиться с вами? – хмыкнул Кирилл.

– Можете судиться. Можете напрямую мне. Не в наших интересах и правилах, чтобы наши сотрудники чувствовали себя оскорблёнными.

– Хорошо, проехали, – согласился Кирилл. – А в чём вообще заключался ваш эксперимент?

– Миссия, – поправил Роман Артурович. – В том, о чём вам говорил Даниил Львович. Снять фреску для перемещения в музей. Посмотреть, как отреагирует местный социум. Всё.

– А социум отреагировал псоглавцами, – мрачно сказал Кирилл.

– Объясните, – тотчас с огромным интересом попросил Роман Артурович. – У меня весьма смутные представления о событиях этой ночи. Прослушав ваш телефон, я, в общем, мало что понял.

– Это не мой телефон. Гугера.

– Не имеет значения.

– А что рассказывать? – задумался Кирилл. – Меня позвали на карьеры… Сказали, из-за автобуса…

– Это я знаю. Что случилось, когда вас подобрала эта девушка?

– За нами… погнались оборотни. Только не смейтесь.

– Оборотни?

– Настоящие оборотни. Как в кино!

– «Настоящие, как в кино», – повторил Роман Артурович. – Ёмкий оксюморон для современной культурной ситуации.

– Я понимаю, что это нелепо, – Кирилл не пытался оправдываться или доказывать. – Думайте что хотите. Но я их видел. Лиза их видела.

– А зачем они за вами погнались?

– Убить меня.

– Это понятно. Но зачем им убивать вас?

– Я догадался, что местные могут превращаться в оборотней. Как на фреске. Поэтому Саня и Лёха решили меня убить.

Роман Артурович принялся задумчиво мять подбородок.

– Этого не может быть, – сказал он.

– Конечно, – саркастически согласился Кирилл.

– Я не про оборотней. Я про другое, Кирилл.

– А что ещё другое?

– Я хочу, чтобы вы прослушали запись с вашего телефона. С вашего. Который был украден Дергачёвым и находился при Дергачёве. Телефон у него сегодня днём я забрал, когда перегонял ваш автобус с карьеров. Прослушайте, Кирилл. Это важно. Важно именно в рамках миссии. Боюсь, что и я сам сделал неверные выводы. Прослушайте.