Дракула бессмертен - Йен Холт

— Хорошо, что вы меня нашли, — негромко произнес ван Хелсинг. — Мина оправдала мои ожидания, показав вам телеграмму.

Для человека, пережившего схватку с Дракулой, профессор был пугающе спокоен; ни малейшего сходства с безумным стариком, который подстерег его в переулке. Внимание Квинси привлек столик, уставленный оружием, потом незашторенное окно. Дым от сгоревшего «Лицея» укрыл город пеленой. Зачем мы стоим тут и ведем пустые разговоры? Чем больше они будут тратить времени зря, тем быстрее их обнаружит полиция — или Дракула. Пора уже подумать о следующем шаге.

Холмвуд рассказывал профессору о Батори, одновременно изучая оружие на столике. Рядом с саквояжем покоились несколько крестов, деревянный кол, охотничий нож и пузырьки, в которых скорее всего была святая вода. Чеснока юноша не приметил. В центре лежал арбалет, полностью готовый к бою.

ван Хелсинг встретил новость о втором вампире без малейшего удивления, словно уже знал о графине. Проковыляв к столику, профессор стал дрожащими руками открывать бутылку бренди. Он производил впечатление дряхлого старика — в отличие от мужчины, который утер Квинси нос пару ночей назад.

Наконец ван Хелсинг заговорил с ним:

— Как я вижу, мистер Харкер, вы решили обойти вниманием мой… совет.

Квинси непроизвольно стиснул зубы.

— С гибелью отца у меня пропало желание подчиняться грубой силе.

— Что ж, и к лучшему, — отозвался ван Хелсинг с лукавой улыбкой, наполнив два бокала бренди. — По правде говоря, для меня большая удача, что вы сейчас здесь.

— Почему же?

Старик промолчал. Взяв скрюченными пальцами один из бокалов, он заковылял к Артуру Холмвуду, изучавшему охотничий нож.

Бросив нож на стол, лорд принял у профессора бокал.

— Если бы только я поверил Сьюарду! — Чтобы заглушить неприятные воспоминания, он сделал изрядный глоток. — Тогда — может статься — он, Джонатан и Басараб были бы сейчас живы.

— Басараб? — с любопытством переспросил ван Хелсинг.

— Румынский актер, — ответил Холмвуд.

Профессор оперся на трость и предложил второй бокал

Квинси.

Он не пьяница, как его отец!

— Мне не надо, спасибо.

ван Хелсинг без лишних слов поставил бокал на стол, однако в жестах его теперь чувствовалась некая холодность. Он считает меня безрассудным мальчишкой. Квинси решил, что лучше всего вернуть беседу к Басарабу.

— О Дракуле и Батори мы узнали как раз из переписки Басараба с доктором Сьюардом.

— Басараб, — повторил ван Хелсинг, смакуя каждый звук, и вновь повернулся к юноше спиной. — Холмвуд, неужели ты так ничего и не вынес из наших приключений?

На лице лорда отразилось недоумение.

— К чему вы клоните?

— Скажи, ты когда-нибудь лично встречался с этим Басарабом? — поинтересовался старик.

— Нет. Его видел только Квинси. А что?

— Изобретательный ход, — усмехнулся профессор.

У Квинси лопнуло терпение. Захотелось сию же минуту схватить старика за грудки и вытрясти из него всю правду.

— Профессор, если вы что-то знаете, скажите нам. Не держите нас во мраке неведения.

ван Хелсинг смерил юношу долгим взглядом, потом вздохнул.

— А кроме мрака, джентльмены, ничего и нет, — сказал он. — Вы уже проиграли. Для нас остался единственный путь — его.

— Чей? — не выдержал Квинси.

Словно лектор в университетской аудитории, ван Хелсинг положил морщинистую руку на лацкан пиджака, чтобы привлечь внимание слушателей. Тьма в его глазах проникала прямо в душу Квинси.

— Дракула — всего лишь титул, который он взял себе, став князем. Настоящее имя Дракулы — Владимир Басараб.