Прячась от света - Барбара Эрскин

Паула отвернулась, смущенная ее прямотой.

– Конечно же нет. Просто... видишь ли, порой ему нелегко устоять перед красивой женщиной. Не то чтобы у него случались романы, нет. Надеюсь, что нет. Просто... черт возьми! Мне не очень-то легко с этим мириться.

Эмма покачала головой.

– Тебе не о чем беспокоиться, Паула. Алекс очень мил, но, – Эмма пожала плечами, – никакого увлечения тут нет, по крайней мере с моей стороны. – И она протянула Пауле фужер. – Я по-прежнему люблю Пайерса. Не знаю, уладим мы с ним все это или нет, но никого другого я не ищу. Честно.

Паула кивнула:

– Верю.

– Я очень рада, потому что сказала тебе чистую правду. Тебе следовало бы больше доверять Алексу. – Последняя фраза получилась куда более резкой, чем она того хотела, и Эмма тут же заметила, как Паула сердито сжала губы. Она хотела было как-то смягчить свое замечание, но тут дверь распахнулась, и в комнату вошел Макс. Он остановился и испытующе посмотрел на Паулу. Та в ужасе откинулась на диванные подушки.

– Ради бога, пусть он уйдет! Я не выношу кошек!

– Конечно. Макс, брысь отсюда! – сказала Эмма насупившись. Она выгнала кота из комнаты и закрыла дверь.

Паула успокоилась. Выпила несколько глотков вина, которое развязало ей язык, и решила сменить тему.

– Я слышала, раз уж мы стали обсуждать всякие слухи и говорим начистоту, что тебя постоянно допекает Линдси Кларк?

– Ну, это уж слишком громко сказано! – воскликнула Эмма, садясь поближе к камину. Она была рада, что они больше не говорят об Алексе. – Просто она немного действует мне на нервы.

– Она тебе говорила, что считает себя ведьмой? – Паула сделала еще глоток. – Разумеется, это глупости. Ей просто хочется чем-то шокировать окружающих. Не обращай внимания. Вообще-то, я тоже хороша, сказала тебе, будто здесь водятся привидения, но, конечно, все это ерунда. Ничего подобного тут нет. Про любой старый дом можно насочинять таких историй. – Она пристально оглядела комнату, словно оценивая, насколько велика вероятность проникновения в комнату привидения. – Не позволяй мне запугивать тебя. Думаю, я недооценила то, что ты живешь совсем одна. Я считала, что Пайерс хотя бы иногда здесь появляется... – сказала Паула, пожав плечами.

Эмма пристально смотрела на огонь.

– Вся беда в том, что я немного боюсь. Мне снились кошмары.

– Кошмары?

Эмма кивнула.

– Кошмары. Дошло до того, что я просто боюсь ложиться спать, – сказала она с виноватой улыбкой.

– Эмма, это ужасно!

Паула взглянула на нее, только сейчас заметив, какое у нее усталое лицо.

– Послушай, у тебя есть свой врач? Если нет, могу посоветовать нашего, он очень хороший специалист. Пусть пропишет тебе снотворное, будешь спать как убитая. Он мне выписывал отличное лекарство. – Она замолчала, подбирая слова. – А о чем сны, можно спросить?

– Сны? О ведьмах. Об этом месте. О смерти, о пытках...

Паула сморщилась.

– Это просто отвратительно!

– Да уж.

– Но это никак не связано с Линдси?

Эмма пожала плечами.

– Не знаю. Что-то здесь странное творится. – Она немного помолчала, потом сказала: – Кстати, тут выяснилось, что мы с Линдси – родственницы.

– Ты шутишь! – Видно было, что эта новость потрясла Паулу.

– Нет. – Эмма взглянула на столик, где были разложены альбомы и письма, недавно полученные от матери. Эмма изучала их все утро.

– Ну что ж, – задумчиво промолвила Паула. – А знаешь, Линдси куда богаче, чем предпочитает выглядеть. У нее состоятельные родители.

– Но, похоже, она не слишком счастлива.

– Нет, – ответила Паула, вздыхая, – хотя я не могу понять почему. Она очень добра с нашими ребятишками. И они ее просто обожают. Линдси всегда казалась мне счастливой. Она рисует, пишет... Я думала, она работает над книгой о растениях. Она же преподавала в Кембридже ботанику.

– Наверное, она очень умная. – Эмма вспомнила маленькую темную комнатку, убогую меблировку. Она не помнила, чтобы там были книги. – Да, так, мы с ней родственницы, и это все меняет. Я больше не чувствую себя такой одинокой, хотя мы пока и не ладим с Лин, – добавила она с горькой усмешкой. – Все как-то запутано... пока не придет на помощь священник. – Эмма сказала это в шутку, но слова почему-то прозвучали как-то фальшиво.

– Что ты думаешь о Майке? – спросила Паула, внимательно вглядываясь в ее лицо.

Эмма глубоко вздохнула:

– Майка явно беспокоит Линдси.

– Вполне закономерно. Это его работа – беспокоиться о ведьмах. – Паула рассмеялась. – А он симпатяга, тебе не кажется?

Эмма улыбнулась.

– Мне кажется... – Она никак не могла подобрать нужные слова. – Что-то в нем есть такое... тревожное. Да, он хорош собой, он милый человек, но в его обществе я почему-то чувствую себя неуютно. Это каким-то образом... – Эмма опять сделала паузу, глаза ее смотрели в куда-то пустоту, – связано со всем остальным: с ведьмами, с домом Лизы, с призраками и моими ночными кошмарами. – Голос ее стих до шепота.

Паула не сводила с нее глаз. Быстро сделав большой глоток вина, она спросила:

– А... в церковь ты ходишь?

Эмма покачала головой.

– Может, тебе и следовало бы. Если тебе не нравится Майк Синклер, можешь ходить в нашу церковь, – сказала Паула.

Эмма лишь развела руками:

– Думаю, это лучше оставить про запас. В данный момент я больше рассчитываю на себя, чем на Провидение.

Паула залпом допила вино и встала.

– Да, пожалуй, если ты происходишь из рода ведьм, в церкви без тебя тоже будет куда спокойнее, – сказала она, пытаясь улыбнуться. – Кто знает, что именно ты могла унаследовать? Ну, мне пора. Главное, помни: не очень-то рассчитывай на моего мужа, иначе мы с тобой не поладим.