Окончательно мертв - Шарлин Харрис

А лев издал низкий грудной звук.

— Уходи! — велела я ему. Сражаться с ним мне было абсолютно нечем, и деваться тоже некуда. — Уходи! Убирайся! — заорала я.

И он нырнул в кусты.

Не думаю, что такое поведение для львов типично. Может, он унюхал приближающегося тигра, потому что через секунду появился Квинн, шагая по траве как ожившее безмолвное видение. Он потерся об меня большой головой, и мы вместе двинулись к стене. Андре положил королеву наземь и легко вспрыгнул на стену. Расчищая своей королеве путь, он раздвинул колючую проволоку, кое-как обернув руки обрывкам смокинга, потом спрыгнул, осторожно поднял Софию-Анну, подобрался и перемахнул через стену одним прыжком.

— Нет, так я не умею. — Даже я сама услышала, как сварливо прозвучал мой голос. — А можно встать тебе на спину? Я туфли сниму.

Квинн подошел к стене, а я сняла босоножки и пере¬бросила их за ремешки на плечо. Делать тигру больно, нагружая ему спину, я не хотела, но зато очень хотела выбраться отсюда, хотела так, как никогда в жизни. Так что, пытаясь мыслить позитивно, я встала тигру на спину и сумела подтянуться на стену. Посмотрела вниз, и мне показалось, что до тротуара очень-очень далеко.

После всего, что я сегодня пережила, глупо было бы стра¬шиться падения на несколько футов. Но секунд пять я просидела на стене, ругая себя идиоткой. Потом легла на живот, опустилась как можно ниже на ту сторону, громко скомандовала: «Раз, два, три!» — и отпустила руки.

Пару минут я лежала неподвижно, оглушенная тем, как обернулся вечер.

Вот я лежу на тротуаре в историческом квартале Нового Орлеана, сиськи вываливаются из платья, волосы растрепаны, туфли на плече, и здоровенный тигр лижет мне лицо — Квинн перемахнул через стену относительно легко.

— Как ты думаешь, лучше тебе будет идти как тигру или как голому мужчине? — спросила я. — Потому что и так, и так ты внимание к себе привлечешь. Но я лично думаю, что в образе тигра у тебя больше шансов быть застреленным.

— В этом не будет необходимости, — произнес голос надо мной, и появилась голова Андре. — У королевы здесь машина, и мы отвезем вас, куда вам нужно.

— Это очень с вашей стороны любезно, — сказала я, а Квинн начал обратное превращение.

— Ее величество чувствует, что она у тебя в долгу, — сказал Андре.

— Я так не считаю, — ответила я. И чего меня потянуло на откровенность? Могла ведь и промолчать. — В конце концов, если бы я не нашла браслет и не отдала его, тогда бы король…

— …все равно начал бы войну, — перебил Андре, помогая мне подняться. Протянув руку, он совершенно спокойно заправил мне грудь под зеленую ткань платья. — Он бы обвинил королеву в нарушении контракта, согласно которому все дары должны быть хранимы с честью как символы брака. Он бы выдвинул против королевы обвинение, и она бы потеряла почти все свое имущество и лишилась бы чести. Он в любом случае был готов действовать, но когда оказалось, что оба браслета у королевы, ему пришлось действовать силой. Драку начал Ра Шон, обезглавив Вайберта за то, что тот его толкнул.

Значит, того черного с дредами звали Ра Шон.

Не знаю, поняла ли я все до конца, но я была уверена, что королева сможет мне все объяснить, когда у меня будет возможность выделить под эту информацию больше мозговых клеток.

— Он был так разочарован, когда увидел браслет! Причем именно тот, что дарил! — радостно говорил Андре.

Он превратился в лепечущий ручей, этот вампир, помогая мне сесть в машину.

— Где он был? — спросила королева, лежащая на сиденье. Кровь у нее остановилась, и только по поджатым губам было видно, как ей больно.

— В банке кофе, которая казалась запечатанной, — ответила я. — Хедли была очень рукастая, и она осторожно открыла банку, вложила туда браслет и запечатала банку клеющим пистолетом.

Еще было много чего рассказывать — про мистера Каталиадиса, про Гладиолу и Нефритовый Цветок, но я уж слишком устала, чтобы выкладывать самой.

— Как же ты прошла обыск? — спросила королева. — Я уверена, что его искали.

— Сам браслет я надела под бинты, — сказала я. — Бриллиант слишком выступал, так что его пришлось убрать. В футляр для тампона. Вампирша, которая меня обыскивала, не подумала вытащить тампон, тем более что не знала, как он должен выглядеть — у нее уже веками не было месячных.

— Но мне ты отдала браслет с бриллиантом, — напомнила королева.

— Я зашла в туалет, когда меня обыскали. И у меня в сумочке был тюбик с суперклеем.

Королева будто лишилась речи.

— Спасибо, — произнесла она после долгой паузы.

Квинн влез на заднее сиденье, совершенно голый, и я прильнула к нему. Андре сел на место водителя, и мы поехали.

Он высадил нас во дворе. Амелия сидела там в шезлонге с бокалом вина в руке.

Когда мы появились, она осторожно поставила бокал на землю и оглядела нас с головы до ног.

— Прямо даже не знаю, как реагировать, — наконец сказала она.

Машина выехала из двора — Андре повез королеву куда-то в безопасное укрытие. Я не спросила, куда, потому что мне не хотелось этого знать.

— Завтра я тебе все расскажу, — пообещала я. — Грузовик приедет днем, и королева мне обещала грузчиков и водителя. Уеду обратно в Бон-Темпс.

Перспектива вернуться домой была так сладостна, что прямо языком ощущалась.

— Так у тебя дома много дел? — спросила Амелия, когда мы с Квинном пошли вверх по лестнице. Я решила, пусть спит в моей кровати. Слишком мы устали, чтобы нас на что-то хватило, тем более ночь не очень подходила для завязывания отношений, если только они уже не завязались. Завязались, наверное.

— Много свадеб, которые надо посетить, — ответила я. — И на работу вернуться тоже надо.

— А найдется свободная комната для гостей?

Я остановилась на половине лестницы.

— Может быть. Тебе нужна?

Трудно было сказать при ночном освещении, но вроде бы Амелия смутилась.

— Мы с Бобом попробовали кое-что новое, — сказала она. — И получилось не совсем то, что мы хотели.

— Где он? — спросила я. — В больнице?

— Да нет, вот он. — Она показала на садового гнома.

— Ты шутишь?

— Шучу, конечно. Боб — вот он. — Она подняла большого черного кота с белой грудью, свернувшегося на пустой цветочной кадке. — Правда, симпатяга?

— Конечно, привози его, — ответила я. — Обожаю котов.

— Детка, — вмешался Квинн, — очень рад, что ты это сказала. Я слишком устал, чтобы перекинуться полностью.

Тут я впервые на него посмотрела внимательно. У него был хвост.

— Все, ты точно спишь на полу.