Интервью с вампиром - Энн Райс

– Именно так, – удовлетворенно подтвердил вампир ипродолжил повествование: – Путешествие назад, в Пон-дю-Лак, подарило мне массувпечатлений, самым скучным и утомительным из которых был Лестат. Мы, как я ужесказал, еще не были с ним на равных. Пользуясь его словами, я все еще боролся смертвыми частями собственного тела. Я и сам почувствовал это, в ту же ночь,когда впервые убил человека.

Вампир протянул руку через стол и осторожно стряхнул пепел ссигареты молодого человека. Юноша смотрел на него с нескрываемым страхом, ивампир извинился:

– Простите, я не хотел вас напугать.

– Нет, это вы простите. Мне показалось, что ваша рука…слишком длинная. Вы дотянулись до другого края стола, не двигаясь с места!

– Нет, – ответил Луи и положил ногу наногу. – Просто я наклонился вперед так быстро, что вы не успели заметить.

– Вы наклонились вперед? Не может быть! Вы сидели всевремя в точности как сейчас, откинувшись на спинку кресла.

– Нет, – твердо сказал вампир, – я вовсе несобираюсь вас разыгрывать. Смотрите, я покажу еще раз. – Он повторилдвижение, и снова испуганный и смущенный юноша посмотрел на негонедоуменно. – Опять вы за мной не угнались. Взгляните: эта рука самойобыкновенной длины. – Он воздел руку над столом и поднял указательныйпалец вверх, словно ангел, несущий Слово Божье. – Вот в чем принципиальнаяразница между вашим зрением и моим. Мне самому этот жест показался медленным идаже вялым. И еще я отчетливо расслышал шорох, когда мои пальцы коснулись вашейкуртки. Я не собирался пугать вас, честное слово. Но это поможет вам понять,сколько нового подарила мне дорога из Нового Орлеана в Пон-дю-Лак.

– Да, – ответил молодой человек потрясенно.

Вампир посмотрел на него долгим взглядом, потом заговорил:

– Я начал рассказывать…

– О вашем первом убийстве.

– Верно. К нашему возвращению плантация походила напотревоженный улей. Был найден труп надсмотрщика, а потом и слепой отец Лестатав моей спальне. Никто не знал, откуда он взялся. В придачу ко всему меня немогли целый день разыскать в городе. Сестра сообщила в полицию, и полицейскиеприехали в Пон-дю-Лак раньше нас. Уже стемнело. Лестат на скорую руку объяснилмне, что я не должен позволить полицейским видеть себя даже при самом слабомосвещении. Поэтому я отвечал на их вопросы в дубовой аллее перед домом, необращая внимания на просьбы зайти внутрь. Я сказал, что слепой старик – мойгость, что, прибыв прошлой ночью на плантацию, я не застал надсмотрщика иподумал, что он уехал в Новый Орлеан по делам.

Постепенно все улеглось, но управлять плантациями сталотрудно. Среди рабов началось брожение, целый день они не работали. В тот год унас созрел большой урожай сырья, и без надсмотрщика было никак не обойтись.Среди рабов нашлось несколько смышленых парней. Можно было давно передать имработу надсмотрщика, но раньше меня отпугивала их африканская внешность иповадки, и я не хотел знакомиться с ними близко. Теперь же поручил имруководить работой, а лучшему из них пообещал в награду дом надсмотрщика. И ещея забрал с полей двух молодых женщин, чтобы они ухаживали за отцом Лестата. Япостарался втолковать им, что они не должны нарушать наш покой, что за это ониполучат больше денег. Я и не догадывался, что именно эти рабы, которых я тактщательно выбирал, первыми заподозрят неладное про меня и Лестата. Я не подумалтогда, что их опыт общения со сверхъестественным куда богаче, чем у белых. Дляменя это были дикие люди, разве что чуть-чуть одомашненные работой нагосподина. Как же страшно я ошибался! Но об этом после. Я собирался рассказатьо своем первом убийстве. Его подстроил Лестат. Как обычно, бессмысленно инеумело.

– Неумело? – переспросил юноша.

– Я не должен был начинать с людей. Сам я еще не знал,что могу пить кровь животных вместо человеческой. Когда полиция уехала и рабыуспокоились, Лестат потащил меня на болота. Было уже довольно поздно, и вхижинах рабов не горело ни огонька. Вскоре мы потеряли из виду и освещенныеокна нашего дома, и я всерьез забеспокоился. Но опять-таки меня мучил не самстрах, а воспоминания о нем. Если б Лестат хотел, он мог бы спокойно объяснитьмне, что я нахожусь в полной безопасности – ядовитые змеи и насекомые нам нестрашны – и что сейчас лучше всего сосредоточиться на новом умении: видеть втемноте. Вместо этого он предпочел донимать меня бесконечными насмешками иупреками. Его заботило, только как бы поскорее найти жертву и завершить моепосвящение в вампиры.

Нашей конечной целью оказался маленький лагерь беглых рабов.Лестат навещал их и раньше, в результате чего людей в нем уменьшилось примернона четверть. Он подстерегал тех, кто отходил от костра, или нападал на спящих.Они и не подозревали, куда пропадают товарищи. Больше часа мы ждали в засаде, ивот один из мужчин – а там были только мужчины – отошел от освещенного кругавсего на несколько шагов в гущу деревьев. Он расстегнул штаны, оправился иповернулся к нам спиной, чтобы идти назад. И тогда Лестат толкнул меня в бок ипрошептал: «Убей его».

Вампир улыбнулся, глядя в широко открытые глаза юноши.

– Я ужаснулся так же, как вы сейчас, и сразу отказался.Раб услышал мой голос и повернулся в нашу сторону, настороженно вглядываясь втемноту. Затем он быстро и молча выхватил из-за пояса длинный нож. Япригляделся к нему повнимательней: это был здоровый и крепкий мужчина высокогороста, голый до пояса. Он произнес какую-то фразу на местном французскомдиалекте и шагнул вперед. Лестат очутился у него за спиной с поразившей менябыстротой, молниеносным движением вцепился ему в горло и в руку, сжимавшую нож.Не видя ничего в кромешной тьме, раб закричал, попытался сбросить Лестата, нотот уже добрался зубами до горла. Парализованный, как от укуса змеи, раб упална колени, а Лестат жадно и торопливо сосал его кровь, стараясь успетьнасытиться до того, как подбегут другие. «Ты мне порядком надоел», –заявил он, когда обернулся ко мне. Все это время я стоял не шелохнувшись.Словно насекомые, надежно укрытые темнотой, мы наблюдали за суетящимися ибегающими вокруг рабами. Они нашли раненого и оттащили его к костру, послечего, рассыпавшись веером, углубились в чащу, пытаясь найти нападавшего.«Пошли, надо поймать еще одного, прежде чем они вернутся», – сказалЛестат. Мы вышли из убежища в тени деревьев и бесшумно последовали зачеловеком, шедшим немного поодаль от других. Я был потрясен. Я не только немог, но и не хотел нападать на него. Все могло быть иначе, если б Лестатправильно взялся за дело, и мой первый опыт убийства оказался бы куда богаче вомногих отношениях.

– Что вы имеете в виду? – спросил юноша.