День мертвеца - Шарлин Харрис

Мэра Терри Вейла, похоже, при одном только взгляде на меня бросало в озноб. С этим делом он был связан меньше других, я вообще не понимала, зачем ему постоянно присутствовать при наших встречах, но остальные явно были обеспокоены его душевным равновесием, поэтому мы с Толливером ушли.

После серии телефонных звонков выяснилось, что дантиста Тини, доктора Керри, в городе не будет еще четыре дня. Тело можно было опознать только в Литтл-Роке. Шериф Брэнском позвонил в криминалистическую лабораторию штата, и ему пообещали заняться опознанием, как только получат тело. У Брэнскома имелась копия карточки Тини из зубного кабинета, которую послали вместе с трупом.

Значит, нам придется застрять в Сарне по меньшей мере на двадцать четыре часа. Нам и раньше доводилось проводить много времени в ожидании, но это было не так-то просто.

- В мотеле есть канал НВО [4], - сказал Толливер. - Может, покажут кино, которого мы еще не видели.

Однако, просмотрев программку, мы поняли, что видели все, представляющее хоть какой-то интерес. Толливер отправился на поиски официантки, которой успел приглянуться. Он мне об этом не доложил, я догадалась сама.

Я никак не могла настроиться на чтение, а в кровать ложиться не хотелось, потому что я уже согрелась. Наконец я решила заняться маникюром и педикюром, просто чтобы скоротать время. Вынула маникюрный набор и принялась красить ногти на ногах в темно-красный цвет. И тут в дверь постучали.

- Можно войти? - спросил Холлис Бокслейтнер.

Я глянула ему за спину: хотела узнать, не приехал ли он на патрульной машине. Нет. Хотя Холлис по-прежнему был в форме, он прикатил на собственном автомобиле - ярко-синем «форде»-пикапе.

- Войдите, - сказала я.

Я оставила дверь открытой. Погода была хорошая, и полицейский не возражал.

Холлис Бокслейтнер уселся на стул, я тоже села и предложила ему «фрески» [5], достав из холодильника запотевшую банку. Он ее откупорил и сделал глоток. Я поставила ногу на край стола и продолжала заниматься педикюром.

- Предлагаю пойти в ресторан и заказать там жареную курицу, - сказал он.

- Спасибо, нет.

Был второй час дня, и хотя пора было перекусить, есть мне не хотелось.

- Боитесь калорийной пищи? Вам не мешало бы поправиться.

- Дело не в калориях.

Я осторожно провела кисточкой от основания до кончика ногтя.

- Ваш брат уже там. Беседует с Джанин.

Я пожала плечами.

- А как насчет «Соника»? [6]

Я быстро взглянула на него: лицо у него было не слишком заинтересованное.

- Чего вы хотите? - спросила я.

Мне не нравится, когда мной манипулируют.

Бокслейтнер отставил банку.

- Хочу поговорить с вами о Монтин Хопкинс. О свояченице. О девушке, которую вы нашли сегодня.

Ничего не желаю о ней знать.

Так будет лучше. Я и без того знала предостаточно: прочувствовала на себе последние моменты ее жизни на земле. Куда уж больше!

- Гарантирую, - прибавила я, поскольку была задета моя профессиональная честь, - что тело, которое мы обнаружили, принадлежит Монтин Хопкинс.

Он посмотрел на свои большие руки с золотистыми волосками на тыльной стороне ладоней.

- Я боялся, что вы это скажете. - Холлис помолчал. - Пойдемте, выпьем по коктейлю. Меня вырвало, и желудок требует, чтобы его чем-нибудь наполнили. Да и ваш наверняка готов к приему пищи.

Я посмотрела на Холлиса долгим взглядом, пытаясь понять его намерения. Однако проникнуть в его мысли мне не удалось. Как-никак он был живым. С мертвецами легче.

В конце концов я кивнула.

Ногти еще не просохли, поэтому, несмотря на осень, я села в машину босиком. Похоже, его это позабавило. Холлис Бокслейтнер был крепким мужчиной с крючковатым носом, широким лицом и белоснежными блестящими зубами. Впрочем, в данный момент ему было не до улыбок. Светлые волосы Холлиса были гладкими, как стекло.

- Вы всегда жили в Сарне? - спросила я, когда мы подъехали к «Сонику».

Он нажал на кнопку и заказал два шоколадных коктейля.

- Десять лет, - ответил он. - Переехал сюда за два года до окончания школы, да так и остался. Поступил в колледж. Часть обучения оплачивали местные власти. Учился и работал, живя дома, но после первого курса переселился в общежитие.

- Должно быть, женились, раз Тини была вам свояченицей?

- Да.

Я кивнула.

- Дети?

- Нет.

Должно быть, Бокслейтнер предполагал, что женитьба долго не продлится.

- Моя жена была старшей сестрой Монтин, - сказал Холлис. - Она умерла.

Вот это да! Я вздохнула. Пока Холлис расплачивался за коктейли, я подумала, что мне все-таки придется навести справки о Тини Хопкинс, хочу я того или нет.

- Впервые я увидел Монтин, когда ей было тринадцать. Подобрал ее на перекрестке во время дежурства. Сразу было видно, что она несовершеннолетняя и на дороге ей делать нечего. Она стала приставать ко мне прямо в машине. Совершенно отбилась от рук. Я отвез Монтин домой, к матери, тогда и познакомился с Салли. - Холлис немного помолчал, припоминая. - Салли понравилась мне с первого взгляда. Она была хорошей девушкой и очень милой. Не то что Тини. Ту иначе как оторвой трудно было назвать.

- Должно быть, Тигам не нравилось, что их сын встречается с ней?

- Еще бы! Тини уродилась в мамашу. В то время Хелен сильно пила и приводила домой кого ни попадя. Но потом взялась за ум и бросила пить. А когда мать перебесилась, Тини последовала ее примеру.

Сибил рассказывала об этом совсем не так, и я решила проверить факты.

- Каким образом вы получаете заказы? - спросил Бокслейгнер.

Я присосалась к соломинке, удивившись резкой смене темы разговора. Коктейль оказался хорошим, хотя в такую погоду не следовало пить холодные напитки. А ведь я была в придачу босиком и невольно задрожала.

- С помощью сарафанного радио. Так меня наняли здесь: Терри Вейл услышал обо мне на конференции мэров. Люди общаются и лично, и с помощью электронной почты. Да и в профессиональных журналах выходят статьи.

Бокслейтнер кивнул.

- Должно быть, вы не можете позволить себе рекламу.

- Иногда позволяем. Трудно найти нужные формулировки.