Анти-Авелин - Наталия Земская

Мила с благодарностью погладила кошку и закрыла глаза. В тот момент, когда она начала проваливаться в сон, вдруг почувствовала, что кто-то находится рядом с ней.

Это была Герхама. Чертовка сидела на краю ложа и прижимала к груди сверток.

– Есть хочешь? – обратилась она к Миле.

– Я эту зеленую гадость больше пить не могу.

– Понимаю. Я курочку с пряностями принесла, как ты любишь… и еще наливочку на малине. Катерина твоя приготовила.

С этими словами Герхама развернула сверток с золотисто-красной курочкой и достала из-за спины пузатую бутылочку с ярко-малиновой жидкостью.

– Она знает, что я здесь?

– Нет, конечно. Она Виталика своего ждет из командировки. У мужика и так тридцать килограмм лишнего веса, ему без ужина остаться только на пользу будет.

– Как же объяснится пропажа курицы?

– Подумает, что кот соседский через балкон утащил.

– Вместе с наливочкой?

– Решит, что выпила с тобой когда-то, и забыла.

Запах пряностей с поверхности еще теплой птицы вызывал аппетит такой силы, что начала кружиться голова.

– Составишь мне компанию? – спросила, давясь слюной, Мила.

– С удовольствием!

И две вчерашние соперницы по-дружески разорвали свою добычу, и с наслаждением вцепились в нее зубами. Услужливый карлик принес на подносе влажные салфетки для рук и изящные рюмочки на ножках для наливочки. Закончив свою трапезу они, хохоча, повалились на спину.

– Герхама, – обратилась Мила, перестав смеяться. – Можно, я задам один, может быть неприятный для тебя, вопрос. Скажи, а сам Базазаел хоть кого-то любил в своей жизни?

– Не знаю, – вздохнула та в ответ. – Но точно могу сказать, что он восторгался только одной женщиной. Кстати, она жила когда-то на вашей планете. Ее звали Авелин.

– Авелин Дангон?..

– Тебе о ней известно? От кого? От него?

– Может, и от него.

– Тогда мне больше нечего добавить.

Они поболтали еще о какой-то ерунде и уснули, закутавшись в теплые шкуры.

Следующее пробуждение было не таким тяжелым. Дружеская разрядка, которую Мила получила благодаря Герхаме, прибавила ей сил и уверенности.

Обстановка в зале тоже изменилась. Все дамы из свиты были одеты в меха, некоторые даже успели пошить меховые вечерние платья со шлейфом. Мила почувствовала себя законодательницей мод.

Зал преобразился благодаря голубому свету, льющемуся со всех сторон из купола. Он исходил от огромных голубовато-бирюзовых звезд, надвигающихся многомиллионной армадой из сияющей бесконечности.

Люди продолжали прибывать и задавать свои вопросы. Мила перестала переживать из-за колкостей и спокойно реагировала на присутствующих. Базазаел это заметил. Он дольше задерживал на ней свой внимательный взгляд и даже стал прислушиваться к ее мнению.

Было еще много перерывов на сон, которым Мила потеряла счет. Но вот однажды все тот же карлик с радостной улыбкой сообщил:

– Закончили! Это был последний страждущий.

По залу рассыпались аплодисменты свиты.

Над куполом вспыхнуло радужное сияние, навстречу которому распахнулась одна из сторон стеклянной крыши, образовав ворота в небо, и веселящаяся свита устремилась к их краю. Сбрасывая с себя одежду, ангелы взмахивали выросшими за спиной крыльями и исчезали в недрах сияния.

Мила любовалась этой завораживающей красотой света и тел, плывущих в небо на легких крыльях.

– Ты с нами? – услышала она рядом с собой.

Около нее стоял обнаженный Базазаел. Его синие глаза смотрели с нежностью. Он тряхнул головой, и черные волнистые волосы упали красивыми прядями на могучие плечи, за которыми виднелись два великолепных иссиня-черных крыла. Его покрытая мышцами грудь взволнованно вздымалась от глубокого дыхания, кубики на животе были идеальной формы, ниже… ниже Мила постеснялась опустить глаза.

– Я, наверное, тебя шокировал… своим вопросом. Пойдем, поговорим о нашем будущем.

Он с нежностью взял ее руку и, подведя к стене, открыл перед ней неприметную дверку. Они оказались на крыше рядом с куполом.

Под ногами клубились низкие тучи, а над горизонтом вставало большое красное солнце, разливаясь по облакам багряными оттенками.

– С вами – это куда? В Ад? – начала разговор Мила.

– Это прекрасное место, вопреки вашим убеждениям. Там сбываются все грезы, там нет старости и болезней…

– А мой сын, друзья, работа?

– Сын женится, и будет довольствоваться заботой другой женщины, тебе он будет позванивать раз в полгода. Друзья состарятся и уйдут с головой в свои семьи. Компания разорится, и на твое место придет новая команда, которая уничтожит плоды твоей работы.

– Но я причиню всем боль!

– Не такую сильную, как тебе кажется. Дай руку. Я покажу тебе кое-что.

Мила послушно дотронулась кончиками пальцев до его ладони. А дальше все произошло стремительно: Базазаел схватил ее за руку и быстрым движением толкнул с края крыши в бордовые тучи внизу. Крикнуть не получилось, так как встречные потоки воздуха перехватили дыхание.

Врезавшись в непроглядный туман облаков, Мила почувствовала сильный толчок за спиной, и замерла в воздухе. Она посмотрела вверх, но ничего не увидела сквозь белую пелену. Ее плоть подчинилось предпринятому усилию подняться над облаками и, вынырнув на их поверхность, она увидела крылья.

Это были ее крылья: золотистые с медными переливами от лучей солнца, они чувствовали каждое движение тела, удерживая его равновесие в воздухе. Счастье, охватившее все ее существо, выплеснулось в стремительный полет.

«Знаете – люди когда-то летали…» – вспомнились ей строки поэта. Конечно, летали! Ощущение полета было таким привычным.

Мила ринулась вниз, зависла над крышами домов, и посмотрела на окна своей квартиры.

– Так низко нельзя.

Подлетевший к ней Базазаел обнял ее за талию, и они вернулись за облака, на крышу Газпрома.

– Я дарю тебе эти крылья. Пусть они каждый день делают тебя такой же счастливой, как сегодня, – Базазаел поднес ладонь Милы к губам и замер в нежном поцелуе.

– Ответь мне на вопрос, – сделав паузу, Мила освободила свою руку. – Это ты похитил тело Авелин Дангон из подземелья тюрьмы?

Впервые за все время на лице Базазаела появилась растерянность. Он отступил от Милы и, встав на край крыши, с грустью посмотрел вниз на клубящиеся тучи.

– Она была еще жива? Ты ей тоже подарил крылья? – не унималась Мила.

– От кого тебе известно о ней? – наконец, мрачно произнес Базазаел.

– Вероятно, от того, кто могущественней тебя.