Кладбище богов - Михаил Тырин

– Ну, просто нет слов. – Марго прошлась по светлой просторной комнате и рухнула в огромное кресло. – Мальчик-зайчик оказался способным. И поднялся куда быстрее, чем я думала.

Лисин с самодовольным видом потянулся.

– Ну, а что… дела идут нормально. Пока никаких овуляций.

– Пока, – подчеркнула Марго. – При твоем ремесле на вечную удачу рассчитывать не стоило бы…

– А кто мне это ремесло присоветовал?

– Опять начинаешь? – Марго сердито стукнула кулачком по подлокотнику.

– Ладно, ладно… – проворчал Лисин. – Чего нервничать-то? Это мне надо нервничать, но я весь из себя спокойный, видишь?

– Вижу, – со странной интонацией произнесла Марго. – Спокойный и даже радостный. Снял приличную гостиницу и как сыр в масле катается. Еще не присмотрел себе какую-нибудь горничную?

– Это не гостиница, это типа пансион, – уточнил сержант. – А из горничных тут только энейцы, лохи печальные.

– А у меня, Ники, все по-прежнему. Неделями жду своего благоверного, хожу на рынок за свежими овощами и даже, представь себе, вышиваю крестиком.

– Не жизнь, а благодать, – ухмыльнулся Лисин. – Шпионы больше не ходят за тобой?

– Да нет никаких шпионов, Ники. Уж лучше бы были – все веселей.

– А все-таки удивляюсь я, подруга. Как-то быстро ты тут извернулась. Раз – и пристроилась. Прямо из помойки – в жены миллионеру. Такое только у вас, баб, бывает, наверное.

– Ох, Ники, не все так просто, как тебе кажется! Ну, во-первых, я там не единственная жена. И вовсе не главная. И работать мне там приходится не только тем местом, про которое ты подумал.

– Да все равно, пробилась же к теплой кормушке. И ведь на самом деле – из помойки. Как в сказке.

– У меня, зайчик, опыт богатый – как раз пробиваться сквозь помойки да еще сказку делать былью. Помнишь ведь, чем я занималась, когда в Москве жила?

– Да уж, конечно… – Ухмыльнулся Лисин.

– Там тоже головой работать надо было. Знаешь, почему меня девчонки Прокуроршей прозвали? Был армяшка один, Самвел. Очень ему нравилось, когда я в его офис приезжала, вся такая строгая, в очках, с папочкой кожаной и в прокурорской форме синенькой. Я ее специально из железнодорожной перешила… Сначала игрались – я ему обвинение предъявляла, допрашивала. Ну а потом он с меня синенькую эту форму сдирал, очки в сторону и… Ну и платил за удовольствие так, что ахнешь…

– Ты чего мне это рассказываешь? – поежился Лисин. – Хвастаешься, что ли?

– Нет, Ники, просто отвечаю на твой вопрос. Чтобы в жизни выплыть, надо постоянно думать, искать и обязательно играть. Мой ненаглядный и не подозревает, что я к нему в кроватку прямо из бомжатника прыгнула. А скажешь – не поверит…

– Ладно, хорош вспоминать… – с досадой отмахнулся Лисин, которому эта тема уже действовала на нервы.

Он некоторое время сопел, решаясь сказать Марго то, что не выходило у него из головы. Он боялся, что хитрая прожженная баба поднимет его на смех и разрушит ту красивую картину, которую он рисовал в воображении последние дни.

– Водки не хватает, – с досадой проговорил он. – А тебе?

– Водку я пью для удовольствия, Ники, поэтому легко без нее обхожусь. А те, кто принимает водку за лекарство, – они просто слабые и неуравновешенные типчики. Имей это в виду.

– Ладно, буду знать. – Он глубоко вздохнул и наконец решился: – Короче, Марго, есть шанс все разом прекратить.

– Что прекратить?

– И мои темные делишки, и твои секретные вылазки по гостиницам и прочим блядюшникам. Можно срубить деньжат по-быстрому и свалить отсюда подальше. Так что твой лысый чебурашка тебя искать замучается.

– Это куда?

– На острова. – Лисин подсел ближе и заговорил почти шепотом: – Меня обещали отправить на какие-то плавучие острова. Там живут нормальные люди, и никакой возни, никакой политики. С деньгами там вообще рай.

– Слышала я про эти острова, – кивнула Марго. – Рай не рай, но места романтичные и тихие. А кто такой добрый, что о нас заботится?

– Заказец мне один предложили. Такой, чтобы раз и навсегда, понимаешь? Очень серьезное дело.

– А вот скажи мне, Ники, – Марго хитро улыбнулась, – ты про кучу денег и райские острова сразу поверил? Или, может, доказательства какие-то попросил?

– Да какие доказательства! – Лисин разнервничался и вскочил, начав кружить по комнате. – Там клиенты серьезные, они не мелочатся.

– И кто у нас такой серьезный? Имею право знать?

– Да не знаю я кто, – с досадой отрезал сержант. – Они через десятые руки на меня выходят, не докопаешься.

– Браво, Ники! – Марго картинно похлопала в ладоши. – Ладно, рассказывай дальше. Где ты еще облажался?

– А чего сразу облажался? Я пока еще ни разу не облажался и не собираюсь, ясно?

– Говори, что за дело, Ники? – холодно потребовала Марго.

– Дело-то обычное… – Лисин отвел взгляд. – Человечка одного положить.

– Какого, Ники? – Марго не сбавляла нажим. – Говори все.

– Ну, в общем, из главной столицы этот чувачок. Из Академии… шишка какая-то.

– Так… – Марго сложила руки перед лицом и надолго задумалась. Лицо ее ничего не выражало. Лисин сидел на подоконнике и беспокойно ерзал. – Ты хорошо понимаешь, во что ты ввязываешься? – проговорила наконец Марго. Голос ее сыпался ледяной крошкой.

– Понимаю… – проворчал Лисин. – Чего ж не понять…

– Нет, не понимаешь, – теперь уже Марго нервно поднялась. – Слышал про их великий договор? Тот, который Догмат, слышал?

– Ну, что-то слышал.

– Так вот, Ники, ставлю сто против одного, что тебя подряжают нарушить этот Догмат. Убить человека из Академии – это что-то немыслимое! Это все равно что священника на алтаре кирпичом забить.

– Ну, не знаю…

– Не знаешь… Ники, в этом мире много чего можно. Можно прибить усода-нелегала на людной площади, и тебе ничего не будет. Но нельзя лезть в дела Академии и Темной гильдии. Ты представляешь, что будет, если тебя на этом возьмут?