Судные дни - Адам Нэвилл

– Спасибо, не надо, – Кайл отвернулся от экрана. Он не мог больше смотреть на резкие лица, плешивые головы и худые конечности, нарисованные и раскрашенные очень грубо, но впечатляюще, – я понял.

– Правда? А ведь мы еще не закончили.

Содрогаясь от отвращения, Кайл снова посмотрел на экран. Он хотел знать все – ну так вот оно.

Но следующее изображение не показалось ему шокирующим. Более того, на него нахлынуло такое облегчение, что даже вернулась тень прежнего юмора:

– Кажется, ты слайдом ошибся.

«Ага, вставил картинку из своей коллекции порно». В лучшие времена он бы даже посмеялся.

Это был студийный снимок Чета Ригала. Когда-то он рекламировал плавки, а потом стал высокооплачиваемым голливудским актером. Настоящий плохой парень, плейбой, владелец студии «Последняя глава» и нынешний обитатель бывшего особняка Катерины в Сан-Диего.

Но Макс смотрел на Кайла победоносно, сейчас чем-то напоминая хорька.

– Чет Ригал. Давно исчез с экранов, по крайней мере по голливудским меркам. То есть около шести лет назад. А дальше только два развода и несколько громких судебных дел: за хранение наркотиков, за вождение в нетрезвом виде и за побои – в основном своих девушек и журналистов. Он ненавидит красивых женщин и вообще является бисексуалом с садистскими наклонностями. Считается, что сейчас он медленно умирает от СПИДа и гепатита Б.

– Макс, я знаю, кто это.

– Тогда, как тебе известно, он живет вот здесь.

Кайл посмотрел на фотографию роскошного дворца в стиле ар-деко. Сестра Катерина жила там, пока ее последователи убивали друг друга в заброшенной медной шахте в соседнем штате. Фотография была та же самая, что и на вклейке в «Судных днях» Левина, черно-белая. Справа на экране появился цветной снимок.

– Ты… ты же не собирался это снимать.

– Да. По крайней мере пока. Чет Ригал – пятый ребенок, спасенный из шахты 10 июля 1975 года. Полицейские звали его «чистое дитя». Хотя он какой угодно, но не чистый.

Левое веко Кайла задрожало.

– Нет, – с трудом выдавил он.

– Боюсь, что да.

– Сын Присси? Чет Ригал?

– Да. Сестра Присси, которую Катерина убила вскоре после того, как отняла у нее сына и стала ему приемной матерью. Последние десять лет он живет в бывшем доме сестры Катерины, поскольку получил его в наследство. Как ты помнишь, в ночь Вознесения погибли только четверо из Семерых. Пятый, брат Белиал, был убит в тюрьме. Но две остальные, ее любимицы, все еще живы.

– Две из Семерых?

– Две женщины, которых отправили в Сан-Франциско под предлогом возведения нового храма в 1973 году. Верные служанки, сестра Геенна и сестра Беллона. На самом деле они должны были подыскать сочувствующих родителей, которые усыновили бы чистое дитя в нужный момент. У них получилось. Родители давно мертвы. Музыкальный продюсер и его бесполезная жена, попавшие под чары Катерины в веселом Голливуде. Ты, наверное, слышал о Бретте Пирсоне. Работал с «Мамас энд Папас» и «Бич бойз». Его яхту вынесло на берег Калифорнийского залива в девяносто втором. Пустую. Супругов так и не нашли. Как только они выполнили свою функцию, от них избавились. Когда Чету было девятнадцать, чистое дитя, готовое унаследовать землю, пришло к своим новым опекунам, сестрам Геенне и Беллоне.

Кайл покачал головой, улыбаясь сам не зная чему.

– Не забывай, именно в этом доме Чет провел часть детства. У него должно было остаться не так уж много воспоминаний о жизни с сестрой Катериной, но я уверен, что помнит он немало.

Кайл повернулся в кресле, чтобы посмотреть на Макса:

– О чем ты, вообще? Чет… ну… повторяет жизнь сестры Катерины? Это он возвращает… их?

– Я боюсь, что все несколько серьезнее, мой милый Кайл. Чет Регал и есть сестра Катерина.

Здание, казалось, повернулось вокруг своей оси.

После долгого молчания Кайл усмехнулся:

– Хватит, Макс. И давай обойдемся без таких тупых конспирологических теорий. Ради меня, ладно?

Макс не улыбался.

– Деньги, восхищение, полный контроль над всеми, кто рядом. Уничтожение любого противника. Этого ей не было достаточно. Нет, даже вечной памяти о себе сестре Катерине не хватило. Она хотела жить вечно.

Кайл попытался сглотнуть слюну, но у него не вышло.

– В это так сложно поверить? После всего, что мы пережили, Кайл? Разве сама история не научила нас тому, что склонным к саморазрушению параноикам необходимо возродиться? Наделить силой своих детей…

– Нет.

– Разве не они возводят статуи, дома, даже города, которые носят их имена?

– Хватит, Макс. Заткнись.

– В ночь Вознесения Катерина полностью переселилась в тело мальчика.

– Ты глухой? Хватит.

– Во второй раз она хотела стать мужчиной и выбрала для этого самого красивого мальчика в Храме. Она заставила самого красивого парня, печально известного брата Ваала, изнасиловать самую миленькую девушку, сестру Присциллу. Та родила ей наследника. Сама Катерина хранила целомудрие. Она ненавидела свое тело. Я полагаю, что годы проституции непоправимо ее искалечили. Однажды, еще в самом начале, она призналась брату Херону, что в момент экстаза думает только о собственной смерти. Но все то время, пока она правила Храмом во Франции и в Америке, она была обручена с иными. Ты разве сам не понимаешь?

– Бред. Ты сошел с ума, Макс.

Соломон посмотрел на ближайшую лампу дневного света. Говорил он скорее сам себе, чем Кайлу. Единственный здоровый глаз горел неприятным огнем.

– Она вела беззаботную и развратную жизнь. Пока тело Чета взрослело, она поверила в то, что неуязвима. Защищена богатством, славой, властью, своим мистическим происхождением, своими поклонниками. Но это неправда. Она заболела от излишеств. Ее сексуальная месть красивым мужчинам и женщинам имела свои последствия. А любовь к кровавым видам спорта… – Он повернулся к Кайлу, и глаза его торжествующе блеснули. – Сестре Катерине пришлось искать новую возможность для трансформации. Грядет ее третье пришествие. Ты знаешь, что Чет Ригал и его последняя жена усыновили мальчика и назвали его Аварития Луксурия ^[10]*?

– Не впутывай меня в это, Макс.

– Я боюсь, мальчик мой, что ты уже в деле по уши.

Кайл встал и покачнулся. Схватился за кресло.

– Мы еще не закончили, Кайл. Разве ты не видишь? Она переродилась. Уже давно. Она вселились в ребенка, которые стал Четом Ригалом. Она даже не его биологическая мать, но вся жизнь Чета несет на себе ее следы. Ее алчность. Садизм. Жестокость. Патологическая жажда власти. Это ли не доказательство?