Пожарный - Джо Хилл

Харпер изложила план Пожарного: Бен приезжает на полицейской машине к Верден-авеню, с одного из мобильников вызывается «Скорая помощь», а когда она появляется…

– …Джон сказал, что пошлет феникса, чтобы отпугнуть врачей и любой полицейский эскорт, – закончила Харпер. Она понимала, что вышло неуклюже, и в целом была недовольна Джоном и его театральными выходками. – Не знаю, что он имел в виду, но в прошлом он нас не подводил.

– Его очередной трюк, – сказала Кэрол. – Очередное развлечение. Он любит развлекаться.

Бен сказал:

– Не понимаю, зачем нам его помощь. Мы захватим «Скорую помощь» и сами. У нас достаточно ружей.

– И скольких вы надеетесь убить? – спросила Харпер.

– Ну, до этого не дойдет. Мы скажем: или отдавайте то, что есть в «Скорой», или вас увезут на ней. Обычно люди соглашаются сотрудничать, если им тычут винтовкой в глаз.

– У них тоже будет оружие. И полицейский эскорт.

– Конечно. Но я-то их встречу в форме и на полицейской машине. Мы застанем их врасплох. Нападем прежде, чем они поймут, что к чему, – возразил Бен.

– Но зачем? – спросила Харпер. – Почему не принять предложение Джона?

– В последний раз, когда мы следовали плану Джона, кто-то чуть не убил моего отца, – сказала Кэрол.

– Все, что случилось с вашим отцом, случилось здесь, на нашей земле. А план Джона сработал.

– Да. Именно так, как хотел он.

– Что вы имеете в виду?

Не ответив, Кэрол спросила:

– И когда же Джон собирается осчастливить нас своей помощью?

– Через три ночи.

– Мы не можем столько ждать. Сделаем все завтра. Бен, я верю, что вы обойдетесь без насилия – оставьте его на самый крайний случай.

Бен сказал:

– Ясно. Хорошо. Там будет четыре человека – двое на «Скорой помощи», двое в полицейской машине, – значит, нас должно быть пятеро. Джейми стреляет лучше всех в лагере, не считая меня. У Нельсона Гейнриха была личная страница на сайте Национальной стрелковой ассоциации, так что наверняка он хороший стрелок. А Минди Скиллинг может позвонить в «911». Она достаточно взрослая, и меня не будет мучить совесть, что я взял ее с собой. И она актриса. В колледж Эмерсона вроде ходила? Кажется…

– Погодите. Погодите, – вмешалась Харпер. – Кэрол, мы вполне можем подождать три дня. Вашему отцу…

– …почти семьдесят лет. Вы бы ждали три ночи, будь это ваш отец? Если бы могли предпринять что-то немедленно?

Харпер хотела сказать: «Мой отец не хотел бы, чтобы из-за него убивали людей», но у нее язык не поворачивался. Честно говоря, она считала, что Кэрол права. Будь это ее отец, она бы умоляла Пожарного сделать все, что в его силах, и как можно скорее. Джули Эндрюс умолять точно бы не стала, но Харпер была не столь щепетильна.

– Хорошо. Я поговорю с Джоном. Может быть, он перенесет все на завтрашнюю ночь.

Кэрол смахнула черную прядь со лба.

– Джон-Джон-Джон-Джон-Джон-Джон. Если Джон не спешит помочь моему отцу, было бы ужасно его торопить.

– Он откладывает не по прихоти. Кэрол, у него сломаны ребра.

Кэрол сочувственно кивнула.

– Да. Да, конечно, Джону нужно дать отдохнуть. Я не хочу его тревожить. Он нам не потребуется. Сестра Уиллоуз, Бену нужен подробный список всего, что вам необходимо, чтобы обеспечить моему отцу лучший уход.

– Это ничего не даст. Я должна сама пойти с ними.

– Ну, нет. Ни в коем случае. Вы очень храбры и добры, но вы должны быть рядом с моим отцом. Мы не можем рисковать вами.

– Придется. У Бена будет всего несколько минут в «Скорой помощи». Вы хотите, чтобы он выискивал среди двух сотен пузырьков нужные, разбирая фармакологические аббревиатуры? Я бы не полагалась на удачу, будь это мой отец, – вставила Харпер, чтобы посмотреть, как отреагирует Кэрол.

Кэрол ответила злобным взглядом.

– Моему отцу нужны не только хорошие лекарства. Ему нужна хорошая медсестра, – сказала она. – Одно без другого бессмысленно. Ваше место в лазарете.

Харпер не знала что ответить. Весь разговор получился запутанным, полным непонятных намеков на неприятные последствия.

Кэрол сказала:

– Бен, я хочу обсудить план с вами. Я хочу знать все. Кого вы возьмете. Как выглядит Верден-авеню. Все. Сестра… – Она зыркнула на Харпер: – Надеюсь, вы сами доберетесь до лазарета.

Харпер удивилась, что ее отпускают вот так просто, без надзора. Она уже считала себя почти таким же заключенным, как и Гилберт Клайн, только в камере поуютнее. Ее привели в Дом Черной звезды под конвоем, и она ждала, что под конвоем отправится и обратно.

Очень хотелось выскочить за дверь немедленно, пока Кэрол не передумала и не решила приставить к ней Боуи или другого дозорного из тех, что околачивались снаружи. Харпер уже предвкушала небольшую прогулку по дороге обратно в лазарет. Но заставила себя помедлить, трогая пальцами черные пуговицы на пальто. Был по крайней мере еще один вопрос, который необходимо обсудить.

– Кэрол… Я хотела поговорить об Алли. Она уже несколько дней ходит с камнем во рту – считает, что должна что-то искупить. И я думаю, это связано с тем, что она во всем берет пример с вас. Она хочет произвести впечатление на вас. Хочет, чтобы все знали, как она предана лагерю. Вы можете положить этому конец?

– Не могу, – ответила Кэрол. – А вот вы можете.

– Разумеется, вы в состоянии заставить ее прекратить. Скажите, что она достаточно себя наказала. Вы ее тетя, и она вас любит. Она послушает. У нее почти никого нет, кроме вас. Вы отвечаете за нее. Вы обязаны вмешаться, пока она не попала в беду.

– Но мы все отвечаем друг за друга, – сказала Кэрол с безумно ясным лицом. – Мы словно карточный домик. Если хоть одна карта откажется принимать на себя свою долю тяжести, рухнет весь лагерь. Это Алли и пытается объяснить вам. Она носит во рту ваш камень. Только вы можете его достать.

– Она ребенок и ведет себя по-детски. А ваша обязанность быть взрослой.

– Моя обязанность – приглядывать за полутора сотнями отчаявшихся людей. Беречь их. Не позволить им сгореть заживо. В каком-то смысле я тоже медсестра. Мне приходится защищать лагерь от заразы отчаяния и эгоизма. Мне приходится защищать нас от секретов, подобных раку. От неверности и неприязни, которые сродни лихорадке. – Кэрол постепенно выпрямлялась в кресле, и ее влажные глаза блестели больным жаром. – С момента, как слег мой отец, я пыталась стать той, кто нужен этим людям. Кого они заслуживают. Отец хотел, чтобы лагерь Уиндем стал надежным убежищем для людей, которым больше некуда податься. Этого хочу и я. Хочу, чтобы лагерь стал надежным убежищем… и эту надежность может нам дать только забота друг о друге. Отец тоже так думал. – Кэрол положила на колени переплетенные пальцы. – Вместе мы сильнее, Харпер. А если вы не с нами, то вы в одиночестве. А в эти дни нельзя быть одному. – Она глядела почти жалобно. – Разве вы не понимаете?