Домой не возвращайся! - Бентли Литтл

Они шли в лес, держась за руки. Ладонь и пальцы Дон были скользкими, жирными на ощупь, Лори хотела отнять руку, но не осмеливалась. Она не очень понимала, куда они идут и что им предстоит делать, но хватило ума понять, что если не открывать рот, смотреть в оба и слушать в два уха, то можно кое-то выяснить.

Лес становился все гуще.

Тропинка, по которой они шли, постепенно становилась все уже, менее различимой, скорее не тропой, а просто петляющей полоской леса, чуть менее заросшей травой, чем окружающее пространство. Несколько минут они уже шли молча. Единственными звуками, нарушавшими тишину, был хруст сучьев под ногами и отдаленные крики каких-то непонятных птиц.

Лори не нравилось в этом лесу. В каждом сплетении веток и листьев ей чудилось какое-то движение, какие-то тени, прячущиеся в траве, фигуры, моментально скрывающиеся за поваленными стволами деревьев, как только она смотрела в их сторону. Ей было очень неуютно, и она уже жалела, что согласилась на эту авантюру.

В переплетении листьев и веток слева она разглядела лицо. Трудно было понять, так ли это, или просто игра теней и света создают такой странный эффект, однако мелкие случайные тени на голых сплетенных сучьях однозначно вырисовывали злобную, крючконосую физиономию.

Она посмотрела на Дон.

Та улыбалась.

Они продолжали углубляться в лес, и ее подозрительность усиливалась.

- Почти пришли, - вдруг сказала Дон.

- Куда?

- Увидишь. Лори остановилась.

- Не хочу я ничего видеть, - воскликнула она. - Я хочу назад. Игра окончена.

Улыбка Дон приобрела странное загадочное выражение.

- Игра еще даже не начиналась.

- Я в ней не участвую.

Лори развернулась и быстро зашагала обратно в том направлении, откуда они пришли. Но тут же поскользнулась на кучке прелых листьев, упала и прежде чем успела подняться, Дон оказалась над ней, расставила ноги и присела на корточки. Под грязной потрепанной длинной рубашкой виднелась промежность с узкой розовой щелью влагалища. Завизжав, Лори откатилась в сторону и вскочила на ноги.

Дон покрутила на пальце кольцо от банки.

- Я твой муж, - заявила она.

Черт побери, что же теперь делать? Как теперь выбираться отсюда? Лори быстро огляделась. Вокруг - густой кустарник, незнакомые деревья. Могучие кроны напрочь заслоняли небо.

- Настала пора тебе исполнить супружеский долг. - Девочка задрала подол своей рваной рубашки, обнажив треугольник внизу живота. - На колени, - приказным тоном произнесла Дон. - Лижи! Лижи дочиста!

Лори отшатнулась.

Ей больше ничего не хотелось выяснять, не хотелось искать то, что может быть ей полезно. Больше всего на свете ей хотелось прекратить все это, и она рванула прочь от девочки изо всех доступных ей сил. Сквозь кусты вечнозеленой манзаниты, красные ветви которой царапали руки, а узкие жесткие листья били в глаза. Она повернула, побежала параллельно тропе, по которой они пришли, но все вокруг было совершенно незнакомым, и когда она сменила курс, пытаясь снова оказаться на тропинке, то ничего не нашла.

Тяжело дыша, она остановилась, мокрая от пота и тяжелого сырого воздуха, и затравленно огляделась по сторонам. Чувство направления напрочь отказало ей. Она понятия не имела, в какой стороне находится Дом. В поле периферийного зрения слева показался мужчина в котелке, сердце чуть не выпрыгнуло из грудной клетки, но когда она лихорадочно обернулась в его сторону, то не увидела ничего, кроме голого молодого деревца с густой макушкой не правильной формы. Где-то за спиной раздавался веселый, игривый голосок Дон, окликающей ее по имени.

- Лори!

Вот почему родители запрещали ходить сюда.

Лес - ее владения.

- Ло-ри-и!

Она снова пустилась бежать в том направлении, откуда, как ей казалось, они пришли. По-прежнему никаких следов тропинки, но куда бы ни бежать, лишь бы как можно дальше от Дон, и в данный момент это самое главное. Впереди показалось какое-то углубление, напоминающее частично засыпанную яму. Обегая вокруг, Лори не смогла не бросить туда взгляд. Яма была полна скелетов кошек, крыс и прочей мелкой живности, все это было кое-как завалено красновато-коричневой землей. Там же валялась тушка распотрошенной козы; из ее оскаленной пасти торчала красная роза с длинным стеблем.

Не останавливаясь, Лори помчалась дальше. Она чувствовала себя здорово не в форме. Уже не только легкие грозили разорваться при очередном судорожном вдохе, но и мышцы ног начало сводить от боли и напряжения, и она поняла, что долго не выдержит.

- Ло-ри-и! - кричала Дон.

Голос послышался ближе.

Она уже была готова сдаться, остановиться, попытаться вступить с этой девочкой в драку, если придется, но в этот момент между деревьев показался просвет, кустарники поредели, и в этом просвете мелькнуло нечто, напоминающее мрачную махину Дома, чернеющую на фоне неба. Собрав остатки сил, Лори побежала вперед.

Она выскочила из леса и бежала уже по открытому пространству. У заднего крыльца Дома стояли обе матери и оба отца.

- Вот ты где! - воскликнула родная мать при ее приближении.

Лори обернулась на бегу и увидела, что Дон появилась под деревьями, топает ногой и скалит зубы.

В следующий момент она исчезла.

На том самом месте, где только что стояла девочка, не было ничего, кроме вечнозеленых кустарников. Не останавливаясь, даже не снижая скорости, Лори бежала по направлению к Дому, на ходу размышляя, что произошло. Убежала ли Дон обратно в лес? Или она способна перемещаться в пространстве и уже оказалась в каком-то ином месте, например в Доме? У Лори появилось ощущение, что это исчезновение было непреднамеренным, что это скорее результат действия каких-то внешних сил, нежели желания самой девочки, и ей очень хотелось не ошибиться в своих предчувствиях.

Она уже добежала почти до самого крыльца. Все четверо взрослых, нахмурившись, смотрели на нее.

- Что случилось? - спросил родной отец.

- Ой, мамочка! - всхлипнула Лори и бросилась в объятия матери Джоша. Мгновенно всплыли знакомые ощущения, родные запахи, нахлынул целый поток забытых с детства воспоминаний, и то ли от этого, то ли от чувства избавления от пережитого в лесу страха она разрыдалась. Женщина крепко прижимала ее к груди, поглаживала по спине, приговаривала, что все будет хорошо.