Фантомы - Дин Кунц

Ей захотелось обнять его. И чтобы он обнял ее в ответ.

Но, как всегда, она следила за собой и не любила выставлять напоказ свои чувства. Будь она такой же открытой и непосредственной, как Брайс, у нее никогда бы не произошло молчаливое отчуждение от матери. Но она не была открытым человеком, или пока еще не была, хотела бы им стать. И потому в ответ на его яростное обещание разделаться с убийцей детей Бишоффов она возразила:

— А что, если их убил не человек? Не только в людях есть зло. Оно есть и в природе. Сколь разрушительно и слепо, например, землетрясение. Или зло рака, не разбирающее, кто его жертва. Убийцей, который действовал здесь, может оказаться нечто такое, что, возможно, и поставило перед собой цели убивать. Нечто отдаленное от наших представлений. Такое, что невозможно будет привлечь к ответственности, отдать под суд. Возможно даже, что у него иная природа, нежели у человека. Что тогда?

— Кто бы или что бы это ни было, черт побери, я до него доберусь. И я с ним разделаюсь. Я его заставлю заплатить за все, что он тут натворил, — упрямо повторил Брайс.

* * *

Выйдя из католической церкви, группа Фрэнка Отри осмотрела три следующих дома, но никого в них не обнаружила. Четвертый дом, однако, не был пустым. Тут они нашли Венделла Халбертсона, учителя средней школы, который работал в Санта-Мире, но жить предпочел в горах, в доме, что когда-то принадлежал его матери. Халбертсон преподавал английский язык, и Горди учился у него всего пять лет тому назад. Труп учителя не был посиневшим и раздувшимся, как остальные: Халбертсон сам покончил с собой. В углу спальни, куда его, по-видимому, загнали, он вставил себе в рот ствол пистолета тридцать второго калибра и нажал на курок. Смерть от собственной руки явно показалась ему более предпочтительной по сравнению с тем, что оно собиралось с ним сделать.

* * *

Выйдя из дома Бишоффов, Брайс со своей группой осмотрели еще несколько домов, но ни в одном из них не нашли новых трупов. Только в пятом доме они обнаружили пожилую супружескую пару, которая, спасаясь от убийцы, заперлась в ванной комнате. Ее тело лежало в ванне, его — бесформенной грудой на полу.

— Они были моими пациентами, — сказала Дженни. — Это Ник и Мелина Папандракис.

Тал внес их имена в список погибших.

Как и супруги Орднэй в гостинице «При свечах», Ник Папандракис тоже попытался оставить надпись, которая бы указывала на убийцу. Он воспользовался йодом из аптечки, чтобы с его помощью написать что-то на стене. Но не успел закончить даже одно слово. На стене видны были только две буквы и начало третьей:

PRC

— Кто-нибудь может сообразить, что он хотел написать? — спросил Брайс.

Каждый по очереди протиснулся в ванную, переступил через труп Ника Папандракиса и долго всматривался в оранжево-коричневые буквы на стене. Но вспышка вдохновения так никого и не посетила.

* * *

Пули.

В следующем доме, что стоял рядом с домом Папандракисов, весь пол в кухне был покрыт стреляными пулями. Не целыми патронами. А десятками стреляных пуль, без гильз.

Поскольку стреляных гильз здесь не было, можно было сделать заключение, что стреляли не тут. Не было на кухне и характерного запаха сгоревшего пороха. Не было и следов от пуль ни в стенах, ни в мебели.

Просто весь пол был усеян пулями, как будто над ним прошел таинственный пулевой дождь.

Фрэнк Отри зачерпнул в ладонь целую пригоршню кусочков серого металла. Он не был специалистом по баллистике, но, как ни странно, ни одна из пуль не была серьезно деформирована или разбита на осколки, и Фрэнк без труда установил, что выпущены они из разного оружия. Большая часть пуль — многие десятки их — были того типа и калибра, что применяются для автоматов, которыми были вооружены солдаты из взвода охраны бригады генерала Копперфильда.

«Неужели же это пули из автомата сержанта Харкера, — подумал Фрэнк. — Те самые пули, которые он выпустил в своего убийцу в холодильной камере супермаркета Гилмартина?»

Фрэнк озадаченно нахмурился.

Он бросил те пули, что держал в ладони, и они застучали по полу, потом нагнулся и подобрал с пола несколько других. Здесь были пули двадцать второго калибра, тридцать второго, снова двадцать второго, тридцать восьмого. Было даже довольно много охотничьей дроби.

Он выискал единственную пулю сорок пятого калибра и принялся рассматривать ее с особым интересом. Это была пуля от того самого типа патронов, какими был заряжен и его револьвер.

Горди Брогэн присел на корточки рядом с ним.

Фрэнк не взглянул на Горди. Он продолжал внимательнейшим образом разглядывать пулю и явно ловил ускользающую, но зловещую мысль.

Горди подобрал с пола несколько пуль:

— Они же совсем не деформированы!

Фрэнк кивнул.

— Они должны были во что-то попасть, — продолжал Горди, — а значит, они должны быть деформированы. Хотя бы некоторые из них. — Он помолчал немного, потом спросил:

— Слушай, да ты где витаешь? О чем ты думаешь?

— О Поле Хендерсоне, — Фрэнк поднес под нос Горди пулю сорок пятого калибра. — Вчера вечером в полицейском участке Пол выпустил три такие пули.

— В своего убийцу.

— Ага.

— Ну так что?

— Ну так вот, у меня есть дикое предчувствие, что если мы попросим лабораторию провести баллистическую экспертизу, то выяснится, что эта пуля выпущена из револьвера Пола.

Горди моргал, не вполне понимая, куда он клонит.

— А еще мне кажется, — продолжал Фрэнк, — что если мы переберем все пули, которые валяются тут на полу, то найдем еще две точно такие же, как эта. Заметь, не еще одну. И не еще три. А именно еще две с точно такими же царапинами, как и на этой.

— Ты хочешь сказать... это те самые три пули, которые выпустил вчера вечером Пол?

— Ага.

— Но как они попали оттуда сюда?

Вместо ответа Фрэнк выпрямился и нажал кнопку переговорного устройства:

— Шериф?

Из маленького динамика тут же послышался решительный голос Брайса Хэммонда:

— В чем дело, Фрэнк?

— Мы все еще в доме Шеффилдов. По-моему, вам стоит сюда подойти. Здесь есть кое-что для вас интересное.

— Новые трупы?

— Нет, сэр. Э-э... нечто странное.

— Сейчас придем, — ответил шериф.

Выключив радио, Фрэнк сказал, обращаясь к Горди:

— Мне представляется, что... совсем недавно, где-то на протяжении последних двух часов, уже после того как сержант Харкер пропал из магазина Гилмартина, оно было здесь, в этой самой комнате. И тут оно избавилось от всех пуль, которые попали в него за вчерашний вечер и сегодняшнее утро.