Избранник ада - Николай Норд

– Так это ты меня доставил в больницу? – воскликнул я и в порыве благодарности ухватил большой кожаный палец лешего, пытаясь подтянуть его руку к себе и поцеловать.

Лешак лишь крякнул растроганно, но не позволил мне этого сделать и погладил меня по голове, как малого ребенка. Впрочем, в сравнении с ним, я и был ребенок.

– А я когда в тот раз очнулся, не мог понять, как и откуда я попал в больницу и докторам ничего не мог объяснить, – сказал я. – Память-то отшибло напрочь, видать, крепко мне накостыляли, аж свитер насквозь, до тела, промок от крови. Хорошо, кости все были целы. Я утром домой отпросился – лечения-то мне никакого не требовалось, кроме как покоя. А через несколько дней амнезия прошла, я все вспомнил, вплоть до начала драки, а дальше – провал до того момента, когда уже врачей увидел.

– Тот, кому я шею сломал, тебя булыжником сзади по голове стукнул. Вот тебе и амнезия…

– А, понятно. Я, вообще-то, полагал, что это девчонка каким-то образом постаралась с больницей… А как тебе стало известно, что мне угрожает опасность?

– Да все просто. Видишь ли, все что происходит на Земле, записывается в памяти ее ноосферы. Надо только уметь считывать эту информацию.

– Если так, то не знаешь ли ты, Уруссо, про андрогинов, про захоронение Урбана де Грандье? Мне думы о них не дают покоя.

Лешак, почти не нагибаясь – трехметровый рост и длинные руки позволяли ему сделать это – вытащил откуда-то из-под снега коляску краковской колбасы и, отломив полкруга, забросил ее в рот. Двигая челюстями, словно корова на выпасе, он шепеляво пояснил:

– Телепортация. Проголодался малость. Любим мы копченую колбаску. Ничего, что я из вашего холодильника позаимствовал?

– Да, ладно, ты только рассказывай, – усмехнулся я его непосредственности.

– А ты будешь? – Уруссо протянул мне вторую половинку колбасы.

– Нет-нет, я сытый.

– Ну, как знаешь.

Тут же проглотив колбасу, словно там было не полкоральки, а только долька от нее, Уруссо продолжил:

– Да, действительно, в склепе похоронено семейство маркиза Урбана де Грандье. Но ты уже про него немного знаешь. От себя добавлю, что, будучи советником Наполеона, он спонсировал его поход на Восток, в Россию. Формально это сделали Ротшильды, но таких денег реально у них не было, и их Ротшильдам дал для этих целей маркиз де Грандье – в его ведении находилась казна Ордена Тамплиеров. Храмовники, в свое время, сумели утаить ее основную часть на Кипре. Там Рыцари Храма, практически, не пострадали от гонений короля Филлипа Ногаре и папы Климента V. Маркиз де Грандье искал ключи входа в портал Точки Зеро, где, по его мнению, обитает Великий Андрогин.

– А кто это?

– Ты видел его изображение в склепе – некое двуликое существо. Маркиз считает Великого Андрогина истинным Богом, но кто он на самом деле – мне неизвестно.

Тут я вспомнил надпись на стене склепа:

«PERRICURUM FOEDUS CUM MORTE ET CUM PRAEGRANDIS ANDROGYNE INFERNO FECIMUS PACTUM».

Позже мне перевели ее:

«МЫ ЗАКЛЮЧИЛИ СОЮЗ СО СМЕРТЬЮ И С ВЕЛИКИМ АНДРОГИНОМ СДЕЛАЛИ ДОГОВОР».

Так вот кому поклонялся маркиз! Теперь мне это стало понятно.

– Но там были изображены и маленькие андрогинчики…

– А, это – порождение Великого Андрогина. Существует легенда, будто после его исчезновения они посчитали себя наследниками Великого Андрогина и пытались отобрать власть у Бога. Только у них ничего не вышло, большинство из них пали в борьбе или бесследно исчезли. Наверное, проникли через Портал Зеро в Срединный мир к своему патрону. Вот все, что мне известно, б́ольшего я тебе пока сказать не могу. Этот мир никому недоступен, и информации о нем, практически, нет никакой.

– Да, невеселая история. Я, кстати, тоже едва не исчез тогда в склепе, как ты выразился, бесследно. Меня тогда в этом склепе тоже едва не замуровало. Вовремя кто-то канат бросил…

Уруссо отвернул голову и как-то странно ухмыльнулся.

Я догадался:

– Опять это был ты?!

– Был, на всякий случай. Там и Баал-берита был, не только я.

– А почему я его не видел?

– Видел. Помнишь громадного волка с седым загривком, воющего на Луну, на берегу озера с мертвой водой?

– Ну…

– Ну-ну! Это он и был.

– Да ты что!? А что же он-то там делал? Я ведь его и в Буграх еще раньше повстречал!

– Возможно, оберегал тебя тоже, Ад ведь тоже заинтересован в тебе. Но точно этого я не знаю. Не я так он бы помог тебе спастись. Но я его тогда предупредил на всякий случай, что и я тоже там, возле тебя – постучал себя в грудь – он понял.

– А-а!.. А я-то тогда подумал: кто это там в бубен стучал в лесочке…

– Уруссо? А ты сам-то кто такой?

– Я? Мы неадертальцы, но зовем себя айсменами. Когда кроманьонцы в Европе тридцать тысяч лет назад, в силу своей многочисленности, по сравнению с нами, стали добивать нас, остатки нашего народа тоже ушли в другой мир, в другое измерение, как потом позже и индейцы майя. Ведь, Вселенная, Коля, безгранична, не только во времени и пространстве, но и в измерениях с другими мирами.

– А почему вы зовете себя айсменами.

– Потому что остатки нашего народа были оттеснены кроманьонцами за Полярный Круг, и там, среди льда и снега, прошли последния столетия нашей жизни на Земле…

Как-то все странно переплелось тогда на Клещихе: и спецы, и Преиспдня и айсмены – все тогда крутились вокруг меня…

– Слушай, Уруссо, а вот этот последний, длинный одиночный след, тут что случилось?

Уруссо повернулся назад всем телом – короткая шея не позволяла ему свободно вертеть головой – и посмотрел в поле.

– Здесь я охранял тебе от посягательств Ада, тут развивалась эпопея с твоим Договором. Помнишь, как тринадцатого октября я вломился в твою квартиру спасать тебя от Нечистого? Но я чуть-чуть опоздал, Договор был уже подписан. Из своего мире я потом, конечно, следил за тобой и охранял, старался, насколько возможно, не подпускать к тебе все это время нечисть, но в вашем мире, мне было это делать нелегко. И мне пришлось применить хитрость. На самом деле, согласно итогам тиража, ты выиграл, что и хотел – «Волгу».

– Как это? – я вскочил с кровати, но лешак могучей рукой задвинул меня назад под одеяло.

– Да ты лежи, не высовывайся, малыш, лежи, холодно ведь. Сейчас все расскажу, – Уруссо, совсем, как человек, опять почесал затылок, вроде как, припоминая подробности. – В последний момент, когда номер газеты с тиражом был подписан к печати и набран, я, буквально перед запуском печатных станков, поменял шрифты с цифрами выигрышных номеров. То есть, твою «Волгу» поменял на велосипед. Ошибка обнаружилась только утром, когда весь тираж был уже распечатан. Ну и тиражной комиссии ничего не оставалось делать, как смириться с новой ситуацией и переписать итоговые цифры в своих документах. Не задерживать же газету еще на полсуток да еще и перепечатывать заново, это же накладно – тираж-то многомиллионный, обходится недешево.