Безнадега - Стивен Кинг

Энтрегьян постоял, потом повернулся на триста шестьдесятградусов и одновременно перезарядил револьвер. Одри сказала, что он улыбался вовесь рот. Джонни знал, что она имеет в виду. Он все это видел, то ли в дурномсне, то ли в другой жизни.

Вьетнам возвращается, подумал Джонни. Рассказ Одри о копенапомнил ему о некоторых обкурившихся коммандос, всколыхнул в памяти некиеистории, которыми делились с ним иногда поздно ночью. О том, что творили вовьетнамских деревнях их парни, американские парни с улыбкой до ушей. ЭтоВьетнам, только и всего. Чего нам не хватает, так это транзисторногорадиоприемника, высовывающегося из чьего-то кармана, и тогдашних песен, таких,как «Странные люди».

Но только ли Вьетнам? Внутренний голос в этом сомневался. Внутреннийголос утверждал, что здесь есть и что-то другое, не имеющее ничего общего своспоминаниями писателя, которого кормили сказками о войне, как какоготостервятника… и который в результате написал плохую книгу. Собственно, другого ибыть не могло.

Хорошо, если вьетнамские воспоминания не дают ответа навопрос, тогда где его искать?

— И что вы тогда сделали? — спросил Стив Одри Уайлер.

— Вернулась обратно в подсобку прачечной. А там залезламежду тумбами письменного стола, свернулась клубком и заснула. Я очень устала.Все эти ужасы… убийства… лишили меня последних сил.

Спала я очень чутко. Продолжала все слышать. Выстрелы,взрывы, звон бьющегося стекла, крики. Понятия не имею, что мне снилось, а что яслышала на самом деле. Окончательно я проснулась во второй половине дня, ближек вечеру. Болело все тело, я подумала, что меня мучил кошмар и я все еще вКоппер-Рэндж. Потом я открыла глаза и увидела, что лежу, свернувшись, междутумбами стола, в нос ударил запах мыла и стирального порошка, я поняла, что ещенемного, и у меня лопнет переполненный мочевой пузырь. А еще затекли ноги.

Я начала выбираться из-под стола, убеждая себя, что не стоитпаниковать, если я неожиданно застряну, но вдруг услышала, как кто-то зашел впрачечную, и снова забилась под стол. Это пришел Энтрегьян. Я узнала его позвуку шагов. Ко мне приближался мужчина в сапогах.

Он спросил: «Есть тут кто-нибудь?» — и двинулся по проходумежду стиральными машинами и сушилками. Он шел по моему следу. Я сразу понялапричину: мои духи. Обычно я ими не пользуюсь, но я надела платье, а потомурешила и подушиться, чтобы доставить удовольствие мистеру Саймсу. — Одри пожалаплечами и добавила с раздражением: — Вы знаете, маленькие женские хитрости.

Синтия, похоже, ничего не поняла, а Мэри кивнула.

— «Это «Опиум», — произнес Энтрегьян. — Не так ли, мисс? Этоваши любимые духи?» Я молчала, сжавшись в комок под столом и обхватив головуруками. А он продолжал: «Почему бы вам не выйти? Если вы выйдете, я все сделаюбыстро. Но если мне придется вас искать, смерть будет медленной». Я ужесобралась выходить, до того он меня напугал. Я не сомневалась, что он знает,где я, что он, как ищейка, нашел меня по запаху духов, и я решила вылезтииз-под стола и подойти к нему, чтобы он быстро отправил меня в мир иной. Толькоя не смогла. Я словно превратилась в статую, лежала под столом и думала лишь отом, как ужасно хочется писать. Потом я увидела стул, который я выдвинула ещераньше, чтобы залезть между тумбами, и в голове у меня мелькнула мысль: «Сейчасон увидит отодвинутый стул и поймет, где я». А Энтрегьян уже вошел в подсобку.«Есть тут кто-нибудь? — спросил он вновь. — Выходи. Я не причиню тебе вреда. Ялишь хочу задать несколько вопросов о том, что здесь происходит. У нас тутсерьезные проблемы».

Одри начала дрожать. Джонни предположил, что именно так онадрожала, забившись между тумбами и ожидая Энтрегьяна, который вот-вот подойдетк столу, вытащит ее из убежища и убьет. Только сейчас она при этом еще иулыбалась такой улыбкой, от которой мороз пробирает по коже.

— Сами видите, что он совсем обезумел. — Одри положиладрожащие руки на колени и переплела пальцы. — Только что сказал, чтовознаградит меня быстрой смертью, если я сама выйду к нему, а потом заявил, чтохочет лишь задать мне несколько вопросов. Безумие. Но я сразу поверила ипервому, и второму. Так кто из нас безумнее? А? Кто безумнее?

Энтрегьян вошел в подсобку. Думаю, на пару шагов, не больше.Его тень легла на стол и за него. Помнится, я еще подумала, что у тени естьглаза и уж они-то точно меня увидят. Стоял он долго. Я слышала его дыхание.Потом бросил: «Твою мать» — и ушел. Минуту спустя я услышала, как открылась ихлопнула дверь на улицу. Поначалу я решила, что это ловушка. Энтрегьяна ябуквально видела, причем так же отчетливо, как сейчас вижу вас. Вот оноткрывает и закрывает дверь, а сам отступает в сторону с револьвером наготове,застывает около автомата, продающего кусочки мыла, и ждет, когда я начнуподавать признаки жизни. И знаете, что я вам скажу? Я нисколько не сомневалась,что он стоит у двери, даже когда взревел двигатель патрульной машины и копумчался прочь в поисках других жертв. Думаю, я бы так и осталась под столом, нотеперь уж я точно знала, что надую в штаны, если сейчас же не побегу в туалет.А вот этого мне совсем не хотелось. Ни в коем разе. Если уж Энтрегьян унюхалмои духи, то запах свежей мочи точно приведет его ко мне. Короче, я выползлаиз-под стола и поплелась в туалет, подволакивая ноги, словно старуха.

И хотя она говорила еще минут десять, Джонни подумал, что именнона этом закончилась история Одри Уайлер, на ее долгом пути в туалет с твердымнамерением отлить в унитаз, а не в трусы. Автомобиль стоял неподалеку, ключилежали в кармане, но с тем же успехом Одри могла находиться не на Главнойулице, а на Луне. Несколько раз Одри выходила из подсобки в прачечную (Джоннине сомневался, что даже для этого ей приходилось собирать всю свою волю вкулак), но не дальше. Она была на грани нервного срыва. Когда сводящие с умавыстрелы и рев мотора на какое-то время прекращались, Одри, конечно, подумывалао том, чтобы прыгнуть в машину и укатить прочь, но всякий раз перед еемысленным взором возникал образ догоняющей ее патрульной машины, котораяприжимает ее к обочине и заставляет остановиться. А потом Энтрегьян вытаскиваетее из кабины и выстрелом сносит полголовы. Опять же, сказала им Одри, онарассчитывала, что помощь придет. Должна прийти. Да, Безнадега расположена встороне от основного шоссе, но не так уж далеко. И дело шло к открытию шахты,поэтому в город постоянно кто-то приезжал.

И какие-то люди действительно приехали, рассказывала она.Примерно в пять часов мимо прачечной прокатил грузовик «Федерал экспресс»[59],потом пикап департамента электроснабжения округа Уискофф. До Одри донесласьмузыка, гремящая в кабине пикапа. А вот рева двигателя патрульной машины она неслышала, однако через пять минут после того, как пикап проехал мимо прачечной,загремели выстрелы и пронзительно, словно девушка, закричал мужчина: «Нет!Нет!»